Глава 22. Трепещите, гады бездушные!
— У наф руки в натуре будут фаняты, — невнятно бормотал спускающийся надо мной по лестнице Сергеич. В руке он держал вилы, а в зубах сжимал пакет с отвертками и прочим инструментом, который может пригодиться, из-за чего одновременно и картавил, и шепелявил. — Чо, так и потафимфя, как барыги на бафар?
— Нет, конечно, — ответил я. — Если оружие получится бестолковое, возле маяка его и припрячем. И наоборот.
С битой своей я не расстался. На данный момент она была самым эффективным и, что важнее, испытанным оружием.
Сергеич сразу полез в иллюминатор, а я спустился вниз — поискать сухой бумаги для костра, ветоши и, если повезет, деревяшек. Нашел пожелтевшую от времени газету и полпачки салфеток. Также распихал по карманам ссохшийся невнятный мусор, которого тут было в избытке, и обломки фанеры. В краю, где круглый год лето, высокая влажность и все цветет, топливо для костра лишним не бывает.
Когда я высунулся из окна-иллюминатора, Сергеич жался к маяку с вилами наизготовку и выжидал зомби, но поблизости никого из них не было — видимо, разбрелись за ночь по округе. Пакет с инструментами и ножами лежал у ног электрика.
Я сбросил биту и мачете, спустился по веревке, подобрал оружие и встал рядом с ним.
— Надо поторопиться, Сергеич. Бамбуковая, говоришь, рукоять для копья?
— Не-е, — помотал головой он. — Я тут покумекал… она же полая! Пустая внутри, и нож держаться не будет. Лучше прут какой поискать и приладить как надо. Давай ты костром займись, нагрей и сбей рукояти с ножей, а я поищу дерево. Или сам хочешь порыскать? Я тогда огнем займусь и ножами.
Ну до чего же деликатным стал Сергеич! Как будто вчера в него и правда бес вселился.
— Я останусь, а ты иди.
Кивнув, он бросил мне спичечный коробок и потрусил в джунгли, прихватив, помимо вил, топорик. Спички отсырели, пришлось использовать зажигалку, но, слава богу, салфетки занялись быстро, огонь перекинулся на обломки фанеры, а сверху я положил мокрые ветки.
Костер зашелся дымом. Следовало поспешить, пока на его запах не стянулись бездушные, поэтому я попытался сбить рукоять с мачете, не нагревая ее, — черта с два. Пришлось действовать, как задумывал.
Хруп-хруп-хруп! — донеслись удары топора. С рукоятью я справился, когда вернулся Сергеич. Он притащил два прута, бревно с руку толщиной и бамбуковый ствол. Скинув все возле меня, он уселся на корточки.
— Сгодится?
Я изучил свойства деревяшек:
Деревянный прут
Обычное тупое оружие.
Урон: 1–2.
Полено
Обычное тупое оружие.
Урон: 2–3.
Бамбуковый ствол
Обычное тупое и колющее оружие.
Урон: 1–2.
— Сгодится. А теперь, Сергеич, не отвлекай, мне надо сосредоточиться. Лучше ножом для копья займись, рукоять сними.
В одну руку я взял полуметровое полено с измочаленными краями, еще сочащееся соком. В другую — мачете. Пожалел, что не ходил по походам, не увлекался холодным оружием, да и в принципе не особо работал руками, предпочитал нанять специалиста, чтобы сделать тот же ремонт или стиральную машинку починить.
По идее, крафт тоже должен качаться. Я соединил полено и мачете, покрутил их, прикладывая друг к другу то так, то сяк… и пришло понимание, что делать дальше — будто чертеж перед глазами возник!
Однако сразу взяться за работу мне не дала затрещавшая рация:
— Ден, Сергеич, ответьте Базе, — донеслось из нее. — Прием.
Достав рацию, я раздраженно ответил:
— База, у нас все в порядке. Отбой.
Отдав рацию Сергеичу, я подхватил нож шеф-повара со скругленным верхом и принялся выпиливать в деревяхе паз, в который вошла бы железка рукояти. Продольно рубить не стал, чтобы не треснуло дерево.
Карина частенько подтрунивала надо мной, называя рукожопом, теперь же во мне будто проснулись доселе почивавшие таланты. Сантиметр за сантиметром я выгрыз паз. Сергеич, молодец, наблюдал молча.
Закончив, я сунулся в пакет с инструментами, нашел гвозди и эпоксидный клей, порадовался, что не прогнал вчера Сергеича — пригодился мужик, сдержал обещание. Что б я без его запасов сейчас делал? Опять скотчем бы мотал? Затем приладил мачете к пазу, в два отверстия вогнал гвозди, прибивая нож к увесистой рукояти. Следом залил все эпоксидным клеем, вытянул из веревки тонкий шнур и принялся обматывать копье виток за витком.
Вроде было готово, но требовалось подтверждение. Я схватился за рукоять, замахнулся, сымитировал удар, еще один — и уставился на оружие, ожидая, когда система его идентифицирует… Ну же, давай!
— Чего ждешь-то? — заволновался Сергеич.
И тут по рукояти прокатилась световая волна, лизнула лезвие и растаяла на его конце. Есть контакт!
— Вот чего! — потряс я мечом, хотя знал, что вспышки электрик не увидел.
Плохой короткий меч из полена и мачете
Необычное колющее и режущее оружие.
Урон: 8–12.
Особый эффект «Кровотечение»: с вероятностью 5 % цель начнет истекать кровью, теряя 1 % активности каждые 3 минуты в течение 30 минут. Эффект суммируется.
А неплохо вышло! Офигеть, даже какой-то особый эффект появился! Перечитав свойства меча, я ахнул — необычное качество! У «Палки-убивалки» Макса ничего подобного не было!
В этот момент возник вопрос, откуда система берет такие названия для оружия и составляющих компонентов, и ответ сразу же нашелся: да из моей же головы и берет!
Следом выскочило ожидаемое уведомление:
Денис Рокотов, вы изобрели чертеж модификации оружия «Плохой короткий меч из полена и мачете».
Компоненты: полено, мачете, веревка, гвозди (2 штуки), эпоксидный клей.
Качество: необычное.
Особый эффект: «Кровотечение».
Хотите дать модификации свое название?
«Небесный рассекатель», — подумал я, оскорбившись на «плохой меч». Я, мать вашу, старался!
Чертеж необычного меча «Небесный рассекатель» внесен в список известных модификаций.
— Готово! Как тебе? — Я протянул изделие Сергеичу и с гордостью пояснил: — Это меч. Небесный рассекатель! Урон восемь-двенадцать, так что нулевок будешь с двух ударов валить.
Тот повертел его в руках, пощелкал языком и прищурился:
— Вот это дело! Не то что вилы с киркой… Толковую вещь сварганил, Денис! Осталось в бою опробовать…
Пожелание Сергеича тут же исполнилось — затрещали кусты, и оттуда вывалилась юная бездушная девушка лет восемнадцати. Заверещав, она рванула к нам. Ярость и голод исказили хорошенькое личико.
— Ты гляди, какая телочка к нам пожаловала! — радостно ощерился Сергеич. — На ней и испытаем!
Он выступил навстречу. Замахнувшись и выждав, пока бездушная приблизится, Сергеич хекнул и одновременно ударил. Мачете раскроило череп, электрик проворно отскочил в сторону, сняв с лезвия заткнувшуюся девушку, после чего пнул ее и снова ударил по шее наискосок, намереваясь отсечь голову, но лезвие застряло между позвонков дергающейся в агонии бездушной.
«Какой кровожадный электрик», — подумал я, снова осознавая, что с Сергеичем нужно держать ухо востро.
— И правда с двух ударов! Вж-жух — и башка с плеч! — ликовал «кровожадный электрик».
Похоже, он влюбился в «Небесный рассекатель» и на волне адреналина продолжил делать выпады и отрабатывать удары по невидимому противнику.
Поглядывая на него, я взял длинный нож, покрутил его в руках.
Нож для разделки мяса
Обычное колющее и режущее оружие.
Урон: 5–10.
Опасный клинок был почти в полметра длиной — сантиметров сорок, может, даже сорок пять. С его острейшим концом лучше копья ничего придумать я не мог. Для древка должен был сгодиться полутораметровый деревянный прут, который принес Сергеич. Определившись, я принялся делать то же, что и чуть раньше.
На изобретение следующего изделия ушло минут двадцать — пришлось повозиться, потому что по ходу придумывания пришла идея зазубрить нож. Перед глазами встала картина того, как лезвие вонзается в плоть бездушного, а сила гравитации и зазубренные грани рвут жилы и артерии, когда я тяну копье на себя…
Сергеич, который сначала терпеливо ждал, начал суетиться и подгонять:
— Денис, да что ты возишься? Палка, клинок — чего тут велосипед изобретать? Как бы зомби на дым не приперлись!
— Уже приперлись… то есть приперлась. Нестрашно, ведь, если что, ты снова сделаешь свой «Вж-жух — и башка с плеч!» Так что побереги силы. Подай-ка лучше напильник… И больше не отвлекай!
Сосредоточившись на процессе и на том, каким вижу свое будущее оружие, я продолжил. Все окружающее исчезло, даже голос электрика, разговаривающего по рации с Максом, доносился откуда-то издалека.
Когда я закончил, идентификация системой нового оружия заняла больше времени, чем обычно, но едва по нему прошла световая волна, я мысленно станцевал джигу — возня точно стоила того! Сразу два полезных эффекта!
Смертельное копье из деревянного прута и ножа для разделки мяса
Редкое колющее оружие.
Урон: 12–24.
Особый эффект «Кровотечение»: с вероятностью 5 % цель начнет истекать кровью, теряя 1 % активности каждую минуту в течение 60 минут. Эффект суммируется.
Особый эффект «Смертоносность»: с ничтожной вероятностью удар упокоит цель мгновенно; чем сильнее цель, тем меньше шанс срабатывания эффекта.
Над названием голову не ломал, придумал его еще в процессе создания, разве что добавил эпитет из-за эффекта оружия:
Чертеж редкого копья «Смертельный дырокол» внесен в список известных модификаций.
— Готово? — осторожно поинтересовался Сергеич.
— Ага.
— Мне что отдашь? Меч или копье?
Он держал «Небесный рассекатель» с нежностью, как мать любимое дитя. Реши я забрать его, Сергеич бы спорить не стал, но точно расстроился бы. Впрочем, делать этого я не собирался, потому что, во-первых, копье получилось круче, а во-вторых, была надежда, что «Везение» поможет не только с униками и талантами, но и с шансом срабатывания эффектов оружия.
— Меч твой. Себе оставлю копье, — сказал я.
Сергеич явно остался доволен моим выбором. Потрясая над головой «Небесным рассекателем», он закричал:
— Трепещите, гады бездушные, смерть ваша идет!