Глава 20

Сто девяносто пятый рассвет без нее.

Смешно, что я никогда прежде не считал дни, вообще не обращал внимания на время. Недели, месяцы, годы ничего для меня не значили. Ничего не происходило или, наоборот, происходило слишком многое, но по большей мере было плевать. Я ведь бессмертный, мать вашу. А теперь все мое бессмертное существование держалось на хиленькой силе воле и звонка рыжей девчонки. Сегодня Николь расскажет как Мэй и скинет запись ее голоса. У нас договор.

Ладно, договором это трудно назвать. Я просто раздобыл ее номер и начал названивать, как маньяк. Пришлось раскрыть все карты, рассказать о том, что Мэй все знала, а я стер ей память. А еще надавить на жалость, признаться, что жить без нее не могу, и только Ники может понять наши с Мэй чувства. В первый раз Николь меня послала прямым текстом. Во второй грозно приказала держаться подальше от ее подруги и пообещала все рассказать Теренсу. А на третий позвонила сама. Сказала, что Мэй все время грустит, иногда плачет просто так, не понимая, что с ней. Обычно при виде блондинов, хоть чем-то похожих на меня. Николь сказала, что все еще не жалует меня и не одобряет то, что я задумал, но… Послала мне запись с голосом моей Пантерки. А потом я уговорил Ники слать их хотя бы раз в неделю, пока Теренс не узнает и не устроит ей вырванные годы.

Я купил новый телефон и теперь гипнотизировал его убийственным взглядом, сидя под беседкой возле вечного огня.

Шесть утра. Шесть ноль одна. Это бесило до безумия. Каждая чертова минута ожидания. Шесть ноль две.

— Она не позвонит, — тихий зловещий шепот раздался за ухом и пробрал до костей. Я вжал голову в плечи и вздрогнул, прогоняя мерзкий озноб.

— Ведьма! Какого дьявола так подкрадываться? — возмутился я.

Блэр нигде не было видно, но я чуял ее буквально везде вокруг себя.

— Я могу просто побыть наедине? — раздраженно спросил, когда она так и не явилась. Эти ее прятки бесили до скрипа в ушах.

— Ты как раз можешь. А вот я — никогда, — послышалось прямо над правым ухом.

Я дернулся в другую сторону и врезался в нее. Теперь я мог видеть эту ненормальную. Она сидела на лавке в голубом комбинезоне с капюшоном в виде морды единорога и попивала кофе, оттопырив мизинец. По крайней мере, пахло как кофе. Но кто же знает этих ведьм…

— Зато я опять в игре, — произнесла Блэр довольно и постучала пальцем по своему виску.

Я не сразу понял, о чем речь, все ждал звонка. А потом как молнией пролетело в сознании. Я держался в стороне ото всех, не занимался стройкой усадеб вместе со своим кланом, не тренировал малолетних оборотней с охотниками и уж точно не болтал по душам с Блэр и ее ручным оборотнем Колтоном, который, как бы, между прочим, хозяин этих земель. Он позволил стойким и охотникам остаться при условии, что мы будем полезны. Но я не вникал в их проблемы, своих хватало. А сейчас впервые посмотрел на ведьму иначе, примерив на себя ее шкуру.

В той битве с Вазилом Блэр всех нас спасла. Теренс не соврал, когда сказал, что она невероятно могущественна. За век жизни я не встречал никого, кто получал бы видения из другого мира. А Блэр его получила. Она отправила Яну на целую ночь в параллельную реальность, куда сбегали существа со всех миров. И сестра каким-то дивом притащила оттуда вечный огонь, чего Клод и Вазил никак не могли предвидеть. Только благодаря этому секретному оружию мы победили, сожгли короля и большую часть его армии. Давненько среди высших не было столь мощной битвы, и в ней пало немало врагов. Но и многих своих мы потеряли. Среди умерших был возлюбленный Блэр. Я сейчас посмотрел на эту безумную и представил себя на ее месте. Любой из нас мог бы потерять пару. Но только Блэр хватило сил вернуть Колтона с того света, буквально вырвать у лап Смерти. Нет, эта ведьма однозначно была другой…

— Ты ведь пожертвовала силами, чтобы спасти своего оборотня, — произнес я. Это был не вопрос, я и так знал. Все знали. После этого Блэр изменилась. Не скажу, что стала вменяемой, но однозначно уязвимей.

— Духами, — поправила она и беззаботно пожала плечами. — У меня их было шесть, стало два. Бесполезные создания.

Она охнула и дернулась, как будто кто-то ее пнул, а после зашипела, но явно не мне:

— Хотите сказать, я лгунья? Вы, бездельники, слишком долго восстанавливаетесь. Я дала вам прекрасный источник. Минимум трижды в день! И заметьте, Мишка очень старается.

Она раздраженно выбросила чашку себе за плечо и посмотрела на меня.

— Я не лгунья!

— Я тебе верю, — охотно согласился, примирительно поднимая руки. — Ты сказала, что опять в игре. Это значит, ты, наконец, получила видение о Мэй?

— Кто такая Мэй? — спросила она и поморщилась. Клянусь, я говорил ей раз сто! Вот буквально при каждой встрече напоминал. Нет, если я сам не рехнусь, то Блэр меня точно заразит.

— Забудь, — шикнул я раздраженно и покосился на свой телефон. Шесть ноль девять. Где, черт возьми, эта рыжая? — Я жду звонка. Ты не могла бы найти другое место для общения со своими духами?

— Ох, блондиночка, мне не нужно искать место для них, они общаются со мной в любом месте, знаешь ли. Кроме тех радостных моментов, когда мы с Колтоном шалим. Потому мы делаем это почаще.

И она опять зашипела в пустоту:

— Источник!

Я присматривался к ней, но так и не нашел признаков здравомыслия. Она продолжала что-то доказывать голосам в своей голове.

— Почему ты так сказала? — отвлек ее вопросом. Ведьма резко дернулась и посмотрела так, будто впервые меня увидела. Кажется, только вот сейчас сфокусировалась.

— О, Нико! Хэй!

— Твою мать, Блэр… — Я покачал головой. — Ты сказала «блондиночка». Только один человек осмеливался меня так называть.

— Я не человек, — шепотом произнесла она, как будто это была такая уж тайна.

— Я тоже, — озвучил очевидное. — Не забивай мне голову своей чушью, ведьма. Ты хочешь мне что-то сказать?

Она зависла на целое мгновение, очень старательно пытаясь откопать в свалке внутри своей головы важную информацию.

— Ах, да! Один из моих духов попросил передать тебе, что какая-то невеста летит в Китай спасать какую-то больную бабушку, и ты можешь полететь за ней. Но если честно, я не поняла, кто тебе нужен — невеста или бабушка. Крови девственниц у меня навалом, можешь взять в подвале. А вот с бабушками беда… Я бы предложила свое запястье, но Колтон будет в бешенстве.

Я моргнул. Что это она сейчас отожгла? Это серьезно или очередной заскок? Все пытался понять по ее рассеянному взгляду и глуповатой улыбке. Но спустя секунду уже не мог контролировать взорвавшийся в груди ураган и вскочил с лавки.

— Мэй летит в Китай? — проорал я.

Блэр сморщила нос и недоуменно уставилась перед собой.

— Кто такая Мэй?

Все! Ведьма выжала из себя все, что могла. Мне оставалось только принять ценную информацию. На радостях я наклонился к Блэр, стиснул ее лицо и чмокнул в лоб. От нее пахло какими-то жуткими травами, а кожа будто была смазана ядом, отчего губы начало неприятно жечь. Но, клянусь, мне было плевать.

— Фу, вампир! Фу! — запричитала она, отмахиваясь от меня. — А, еще кое-что! Только что звонил Теренс. Просил передать, что вырвет твои клыки и засунет их тебе в задницу, если ты еще хоть раз позвонишь его жене. Она больше ничего не будет говорить тебе о невесте. Честное слово, Нико, вовсе не обязательно устраивать охоту на девушек в белых платьях! Трехлитровые банки стоят в подвале. Прямо за стеллажом с сушками.

— Заткнись, Блэр! — крикнул я, уходя в наш дом. Мне срочно нужен ноутбук и доступ к счетам. Ускорился и бросил через плечо. — И еще раз спасибо! Ты ненормальная!

— О, спасибо! — радостно выкрикнула она.

***

Мэй-Лин

Дежавю. Вот опять.

Это чувство преследовало меня постоянно.

Я уже теребила так в руках посадочный билет, и в груди жгла хандра. На этот раз даже расслабляющий чай бабули не помог. Весть, что она заболела, ввергла меня в шок. Я смирилась с мыслью, что у нее прекрасное здоровье и в свои восемьдесят с копейками она выглядела на сорок. Она говорила, что это хорошие гены, экология, правильное питание и рецепты красоты, которые достались ей по наследству. Действительно, ее старенькая хижина была уставлена баночками с чаями и настойками на все случаи жизни. А тут такое… Она позвонила мне, не маме. Маму просила не тревожить, ведь та впервые за долгие годы, наконец, устроила себе отпуск.

А я, признаться, уже зачахла в этой огромной бетонной коробке под названием «Блэк Стоун». Корпорация Теренса. Когда я вернулась от бабушки в Бостон полгода назад, у меня не было конкретных планов. Я просто пыталась затоптать черную полосу — меня уволили, подружка съехала к парню, и я больше не могла позволить себе аренду квартиры в Бостоне. Работа баристы в кафе отчима так и маячила на горизонте, но Николь меня спасла. Ну, как… Предложила должность в кафешке корпорации. Там был бар, но работа дневная, до жути скучная. Зарплата безумная, как по мне, здесь уж Ники явно перегнула палку. Пожалуй, только это и удерживало меня на плаву, давало какой-то стимул. Мне. Просто. Ничего. Не нравилось. В этой долбаной жизни.

Не хотелось просыпаться по утрам, раздражал солнечный свет, бьющий в окна съемной квартиры, бесили все эти снующие по городу люди, и вся моя жизнь казалась какой-то шаблонной, словно я проживала на автомате каждый чертов день. Я хотела быть где-то не здесь, заниматься чем-то другим, и каждое утро, просыпаясь, задавала себе вопрос: «Что я, мать вашу, делаю?» А ответа не было.

Сейчас впервые за долгое время этот вопрос не возник, ведь я направлялась туда, где моему сердцу было спокойно. Опять к бабушке. Надо подлечить ее, найти там доктора. Знаю, она не приветствует нормальную человеческую медицину, но я почти уверена, что смогу уговорить ее поехать на обследование в Пекин. Мне придется арендовать авто, забронировать отель…

Составляя в уме план, я не заметила, как подошла моя очередь, и едва не прозевала посадку. Мое имя, черт возьми, назвали по динамику!

— Черт! Простите, — пробормотала я, протягивая билет бортпроводнице. Девушка понимающе улыбнулась и посмотрела на номерок.

— Оу, — сочувственно произнесла она, и я напряглась. Ничего хорошего это «Оу» значить не могло. — Кажется, у нас проблемы.

— Что? Какие?

— Рядом с вами сидит женщина с грудным ребенком. Случился казус и, в общем, ваше место было испачкано. Моя коллега уже почистила его, но сидеть на нем невозможно, так как оно влажное. Мне очень жаль, мисс Диас.

Я смотрела на девушку, ожидая, чем она закончит этот печальный рассказ, а она задумчиво осматривала салон.

— Надеюсь, вы не будете против, если я пересажу вас в салон Первого класса? — наконец произнесла она. — Там осталось одно место.

Я пораженно охнула.

— Нет, буду! Я хочу свое обгаженное влажное место возле орущего ребенка в тринадцати часовом полете.

Девушка казалась озадаченной.

— Господи, я шучу! — произнесла я и сложила руки в мольбе. — Спасибо вам! У меня, правда, уже сдают нервы, только орущего ребенка над ухом не хватает.

— Понимаю! Прошу за мной!

Девушка явно подумала, что у меня не все дома, но виду не подала. Дежурно улыбнувшись, она повела меня в противоположную сторону от той, где все пассажиры сидели битком, как консервы в банке. Мы попали в милый и просторный салон с комфортно расположенными кожаными креслами, но стюардесса все не останавливалась. Я последовала за ней дальше, практически в самый нос самолета. Вот там и узнала, что Первый класс и Бизнес — это разные вещи. То есть, еще круче! Всего два ряда пушистых как облачко и полностью раскладных сидений с персональным телевизором и игровой приставкой напротив — вот она, роскошь! Да, ясно, почему люди готовы платить безумные бабки за перелет — комфорт того стоил. Удивительно, что все же осталось одно свободное место, еще более удивительно, что оно досталось мне! Я даже ущипнула себя, чтобы прийти в чувства, а после тайком осмотрела богачей. В основном китайцы, все сидели по двое. Я улыбнулась пожилой паре, возле которой остановилась бортпроводница, и проследила взглядом за ее рукой, которой она указала на мое место. Повернула голову, увидела своего соседа и… Впала в полнейший ступор.

Дежавю, клянусь!

Худощавый блондин с собранными в хвост волосами во всем черном и кожаном сидел, как чертов король, широко раскинув ноги. «Посмотрите на меня, я мужик с огромными яйцами, потому мои коленки никогда не сходятся». Первым делом я подумала, что хорошо, что между этими сиденьями имеется перегородка, не придется его касаться. Но второй была мысль, что перегородка, пожалуй, слишком низкая, а у парня действительно длинные ноги. Думаю, он неприлично высокий. А какой наглый! И не постыдился же так скользко и похабно обшарить взглядом мое тело с ног до головы. А остановившись на лице, еще и бессовестно улыбнулся клыкастыми зубами.

— Привет, Пантерка, — поздоровался тип с ощутимым акцентом. Не американец и, очевидно, не китаец с такими-то яркими голубыми глазами. Хм… Русский? К черту! Дело было вовсе не в его акценте, а в том, как я отреагировала на его странное приветствие с урчащими нотками. Сердце бросилось вскачь, ноги приросли к полу, и все мое естество завопило: "Беги, дурочка! Этот тип явно опасен. А еще он блондин. Ты же ненавидишь блондинов!"

Да… Наверное, поэтому я все же заставила ноги шевелиться и молча села рядом. Я задницей чувствовала этот его взгляд, когда протискивалась к иллюминатору!