44

44

Северное княжество

Златославу было плохо всю ночь, слезы беспрерывно стекали по его щекам. Однако он уже не бредил, температура спала, когда его несколько раз стошнило.

Лишь под утро он снова открыл глаза и увидел, как через окно в комнату вовсю пробивается солнечный свет. Он почувствовал тепло руки сестры, которая не отходила от него этой ночью ни на шаг.

– Красимира? – тихо произнес он с трудом разлепляя пересушенные губы.

– Да, Златослав, я здесь, – ответила она, наклонившись ближе, чтобы лучше рассмотреть его лицо. – Ты в безопасности.

– Я хочу пить…

– Конечно, малыш.

Красимира быстро наполнила чашку водой, стараясь успокоить дрожащие руки.

– Вот, – сказала она, возвращаясь к нему. – Пей, малыш.

Мальчик с трудом поднял голову и, обхватив чашку обеими руками, сделал несколько глотков. Вода была прохладной и освежающей, и он почувствовал, как силы постепенно стали возвращаться к нему.

– Спасибо, – слабо прошептал он.

– Ты не представляешь, как я волновалась!

Златослав, почувствовав её беспокойство, попытался улыбнуться, но это вызвало у него кашель. Красимира быстро положила руку на его лоб, проверяя, не поднялась ли температура снова.

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – ответил он, хотя сам не был в этом уверен. – Но мне страшно…

– Я рядом. Я больше не позволю никому причинить тебе вред.

– Где… где Колояр?

– Он больше не потревожит тебя, – успокоила его Красимира, стараясь скрыть тревогу в голосе. – Огнедар позаботился об том.

Златослав попытался сесть, но его тело не слушалось. Красимира поддержала его, подбив подушки.

– Папа умер? Да? – вдруг прошептал мальчик.

Красимира удивленно взглянула на брата. Кто ему успел об этом сказать? Неужели Колояр?

– Откуда ты знаешь, малыш?

– Он приходил ко мне во сне, – одинокая слезинка скатилась по лицу мальчишки. – Он прощался со мной и просил простить его за все, что причинил когда-то. Папа сказал, что очень виноват перед тобой.

Красимира не знала, как реагировать на слова брата. Папа… его больше нет. Как же было трудно принять это…

– Златослав, – тихо произнесла она, стараясь сдержать слёзы. – Мне жаль, что ты вот так узнал о его смерти и не смог попрощаться с ним вживую.

– Но что он сделал такого ужасного? Папа был хорошим! – прошептал мальчик.

– Когда-нибудь я расскажу тебе, малыш. Иногда люди совершают серьезные ошибки, – ответила Красимира, обнимая мальчика крепче. – Но это не значит, что они не любят.

Златослав посмотрел на сестру глазами, полными невинности и страха.

– А что теперь будет с нами? – спросил он слегка дрожащим голосом. – Что будет с Западным княжеством?

– Все будет хорошо, – уверенно произнесла Красимира. – Я обещаю, что сделаю всё, чтобы защитить тебя. А теперь поспи. Тебе нужно набираться сил. Спи, малыш.

Златослав слабо кивнул и снова погрузился в сон.

В этот момент в дверь постучали. На пороге стоял Огнедар. Он с тревогой вгляделся в уставшее лицо жены. Синяки под глазами, покрасневшими от пролитых слез, выдавали бессонную ночь, полную тяжелых переживаний. Она все еще была в его рубашке.

– Как он? – спросил Огнедар, заглядывая в комнату.

– Лучше. Златослав немного пришёл в себя. Но сейчас снова спит.

– Тогда не будем ему мешать.

Огнедар протянул жене руку и, когда та приняла ее, вытащил девушку из покоев мальчика, крепко прижав к себе.

– А как ты, Красимира? На тебе лица нет.

– Слишком тяжелая ночь. Я потеряла отца… Не могла же я в эту ночь потерять еще и брата.

Огнедар нежно обхватил руками лицо жены. Подрагивающими пальцами едва коснулся синюшного кровоподтека на ее шее.

– Я не смог защитить тебя…

– Я сама сказала, что хочу побыть одна, – возразила девушка. – Ты не мог знать…

– Я должен был почувствовать, – заявил мужчина.

– Ты читал письмо моего отца? Где сейчас советник Ярополк?

– Он за решеткой. Стража вытащила его ночью из постели, – зло сверкнув глазами ответил Огнедар. – Отец еще не знает, что его близкий друг оказался лживым предателем.

– С самого начала Ярополк дал понять мне, что я здесь лишняя…

– Ярополк за все расплатится, любовь моя, – серьезно заявил Огнедар.

– Советник что-то учудил? – едва слышно спросила Надея, взявшаяся из неоткуда. – Извиняюсь, что подслушала. Я шла навестить Златослава.

– Ярополк виноват в похищении нашей мамы, Надея, – ответила Красимира. – И двадцать лет это скрывал.

Надея, услышав это, нахмурила брови и отступила на шаг. Она взглянула на Огнедара, словно искала подтверждение слов Красимиры.

– Как вы это узнали?

– Из предсмертного письма моего отца, – произнесла Красимира. – И пригласил Колояра в замок Ярополк не просто так. Он подговорил его отравить Златослава и, возможно, как-то избавиться от меня.

– Этот предатель заплатит за свои поступки, – решительно произнес Огнедар.

– Кошмар! – воскликнула Надея, прижав руку ко рту. – Он был рядом с отцом столько лет… Я знаю советника всю свою жизнь! Он… Как он мог? Отец ведь доверяет ему! Но как же Лионер? Он уже знает обо всем?

Княжич тяжело вздохнул, вспомнив о своем близком друге. Он устало потер переносицу, чувствуя, как гнев и беспокойство смешиваются в его сердце.

– Я ничего ему не говорил, – произнес Огнедар, стараясь сохранить спокойствие, но в голосе слышалась нотка отчаяния.

– Но… ты же ведь не думаешь, что Лионер как-то замешан в этом? – забеспокоилась Надея. – Он точно ничего не знал! Уверяю вас…

– Я очень хочу бытьтак же уверен в этом, как и ты Надея, – заявил Огнедар. – Он мой друг. Не хочу, чтобы он имел даже малейшее участие в этом предательстве.

– Он не виновен, – настаивала девушка. – Не виновен!

– Почему ты так уверена в этом?

Девушка обхватила себя руками, её взгляд, полный отчаяния и страха, метался между братом и Красимирой.

– Между вами что-то есть? – наконец, догадался Огнедар, строго глядя на сестру. – Вот же сукин сын.

– Мы любим друг друга! – воскликнул Надея.

– Так почему молчали? – не выдержал Огнедар. – Или я не слишком близок вам, чтобы вы могли мне во всем признаться?

– Мы боялись… Боялись, что все будут против нас. Лионер хотел рассказать, но я убедила его этого не делать.

– Как долго? – разочарованно изрек Огнедар.

– Что?... – не поняла Надея.

– Как долго вы скрывались?

Сердце молодой княжны сжалось от упрека в голосе брата. Надея опустила голову и прикусила губу, оставив вопрос княжича без ответа.

– Надея, дорогая, – вмешалась Красимира. – Настало время говорить правду. Скрывать больше нет смысла.

– Мы не знали, как сказать, – тихо произнесла она.

– Это не оправдание, – резко ответил Огнедар. – Я должен был знать.

Красимира, наблюдая за искрами, летающими между братом и сестрой, снова попыталась вмешаться.

– Огнедар, сейчас не время для ссор.

– Ты ведь знала? – с упреком спросил Огнедар, взглянув прямо в глаза жены.

– Я… обещала ничего не говорить, – ответила она, стараясь сохранить спокойствие.

– О боги! Он обесчестил тебя, сестра?

Княжна снова замялась, еще крепче обхватив себя руками. Взгляд ее упал в пол, щеки покраснели от стыда. Красимира заметила, что рука девушки в замешательстве скользнула к животу, а потом резко опустилась вниз.Ох… Неужели?

– Я… – протянула Надея, дрожа всем телом.

– Что ты? – пытался добиться правды Огнедар.

– Я…

И снова молчание. Такое долгое, такое тяжелое.

– Ты беременна, Надея? – осмелилась предположить Красимира со смесью тревоги и нежности в голосе.

Огнедар с шумом втянул воздух, когда уловил едва заметный кивок сестры. Стиснув зубы, он шагнул ближе, в его глазах вспыхнул огонь.

– Вот же чертов… Ублюдок! Я прикончу его! – голос дрожал от ярости. Он стиснул кулаки, готовый броситься в бой.

– Огнедар, не горячись, – попросила Красимира, положив руку на плечо мужа.

– Я только узнала об этом! – воскликнула Надея, дрожащим от страха и стыда голосом.

Она глядела на брата с надеждой, что он поймет её, но в то же время слишком боялась его реакции. Она никогда не видела Огнедара таким злым.

– Даже сам Лионер этого не знает! Я хотела все тебе рассказать, Огнедар. Я понимала, что скрывать что-либо уже не имеет никакого смысла. Ведь скоро о моей… беременности узнают все вокруг. Срок маленький… Но время течет быстро… Но… мы любим друг друга, и это не преступление!

Огнедар отвернулся от сестры, его лицо исказилось разочарованием. Он впечатал кулак в каменную стену.

– Я знала, на что шла, – твердо произнесла Надея.

– Черт бы вас побрал! – слова Огнедара вырвались с такой силой, что в них чувствовалась вся боль, которую он испытывал.

Он не мог поверить, что его сестра оказалась в такой ситуации, и это чувство беспомощности лишь усиливало его гнев.