45

45

Северное княжество

Огнедар влетел в покои Лионера, словно вихрь сметающий все на своем пути. Злость, кипящая в нем, граничила с безумием.

Лионер. Его самый близкий друг. Он... предал его! Обесчестил его сестру, наградив при этом ребенком... Задушить его было мало.

Мысли метались в голове княжича, как загнанные в клетку дикие звери. А что если это был план Ярополка? Что если Лионер с отцом за одно? Если так, то он задушит своего друга собственными руками.

Утренний свет только стал пробиваться сквозь окна. Лионер, едва разлепив глаза, успел лишь сесть на постели, как получил удар в челюсть, который откинул его назад на подушки. Кровь хлынула из разбитой губы, заляпав белую наволочку.

– Ты предал меня! – прорычал Огнедар, полным ярости голосом.

Лионер нахмурил лоб, пытаясь осознать, что происходит, но даже не попытался увернуться от следующего удара. Удары сыпались на него, как град, но он не сопротивлялся, принимая их с безмолвным смирением.

– Почему ты просто терпишь? Почему не отвечаешь на удары? – прорычал Огнедар.

– Потому что все эти удары заслужены. Я виноват. Безумно виноват, – тихим, полным раскаяния голосом произнес Лионер.

– Так в чем же твоя вина? Поведаешь мне,друг ? – глаза Огнедара, как острые мечи, готовы были проткнуть Лионера насквозь.

– В том, что люблю твою сестру...

Признание прозвучало как приговор. Огнедар едва сдержал новый порыв снова ударить его. Так может и в привычку войти… Избивать людей голыми руками уже второй день подряд.

– Ты обесчестил ее! – воскликнул Огнедар.

– Я корю себя за это каждую секунду! – тихо произнес Лионер. – У нас было всего один раз... Один раз, когда я полностью потерял контроль. Это было, когда мы вернулись из Западного княжества. Она сама пришла ко мне. Такая красивая и нежная… Да, я не сдержался. Не смог устоять. Я же не из камня!

– Один раз? – не поверил Огнедар. – Она беременна от тебя, идиот!

Лионер замер, когда до него дошли слова Огнедара. Его сердце забилось быстрее, а разум заполнился противоречивыми эмоциями.

– Беременна?... – прошептал Лионер, не веря своим ушам. – Но у нас правда был всего один раз, после чего я настаивал на том, чтобы все рассказать тебе…

Шок и радость переплелись в его груди, создавая вихрь странных чувств. Он вспомнил тот единственный момент, когда они были вместе, когда все вокруг исчезло, и остались только они двое. Как же он мог не подумать о последствиях?

– Признайся честно, Лионер. Только ли это ты скрывал от меня? – тихо, но с хорошо уловимой угрозой в голосе, поинтересовался княжич.

– Больше я ничего никогда не таил от тебя, Огнедар, – искренне произнес Лионер.

В этот момент в комнате повисло тяжелое молчание. Огнедар, все еще охваченный гневом, смотрел на своего друга, пытаясь понять, как все могло так обернуться. Стиснув зубы, он старался найти в глазах Лионера хоть каплю лжи.

– Ты же понимаешь, что натворил? – наконец, произнес княжич. – Надеюсь, ты не думаешь, что сможешь уйти от ответственности?

Лионер опустил голову, почувствовав, как его сердце сжалось от той боли разочарования, что он видел в глазах лучшего друга. Он знал, что не сможет никогда оправдаться за то, что совершил. Но в глубине души все же надеялся, что Огнедар когда-нибудь сможет понять его.

– Я никогда бы не причинил ей боль, – произнес Лионер голосом полным отчаяния. – Да, я идиот… Но я люблю Надею всем своим чертовски глупым сердцем.

Он встал с кровати и взял в руки кинжал, что лежал на прикроватной тумбе. Протянув его Огнедару, Лионер заявил:

– Если ты хочешь убить меня за это, тогда я не стану сопротивляться. Возьми кинжал и воткни его мне в сердце, друг мой. Зачем еще жить, если рядом не будет ее?

Огнедар смотрел на этого горе-любовника, а гнев в груди постепенно начал угасать.

– Я не убью тебя, чертов ты дурак.

– Не убьешь?...

Княжич кинул в Лионера его одежду, а сам подошел к окну.

– Ты должен был мне все рассказать. Мы бы вместе что-нибудь придумали. Зачем было доводить это до того, что мы сейчас имеем?

– Глупо, наверное, просить прощение, – промямлил Лионер, натягивая на себя рубашку и брюки.

В комнате повисло напряженное молчание. Огнедар, задумчиво глядя в окно, обдумывал, как бы это сейчас правильно было сказать Лионеру, что через час его отцу князь будет выносить приговор…

– Что-то еще произошло? – догадался мужчина, разглядывая хмурого княжича. – Ведь так? Не зря же ты интересовался, скрываю ли я от тебя еще что-нибудь.

– Ярополк Мирский находится под стражей.

– Что натворил мой отец? – нахмурив брови, спросил княжич.

– Он предал нас, – произнес Огнедар, оборачиваясь к Лионеру с тяжелым вздохом. – Он замешан в похищении Вельмиры. Именно он помог Радомиру Гринфольду двадцать лет назад ее похитить. Видимо был не готов смириться с подписанием мирного договора. И теперь, когда все это всплыло, он расплатиться за свои поступки.

Лионер замер на месте. Его глаза расширились от шока, сердце забилось быстрее, в голове закружились разные мысли. Он никогда не считал Ярополка образцовым отцом, но… чтобы тот оказался предателем… Это было слишком.

– Как ты это узнал? – наконец, выдавил он из себя.

– Из предсмертного письма Радомира Гринфольда Красимире. Так же Красимира считает, что именно твой отец виновен в отравлении Златослава этой ночью. Она уверена, что Колояра подговорил Ярополк…

– Мальчик отравлен? – мертвецки тихим голосом промямлил побледневший Лионер.

– Красимира успела дать ему противоядие. Он поправится.

– А где сейчас Колояр?

– О нем можно больше не беспокоиться, – заявил княжич.

– Что требуется от меня? – голос Лионера звучал напряженно, как струна, готовая порваться в любую секунду. Он понимал, что с этого дня его жизнь кардинально изменится, и он не знал, как к этому подготовить себя.

– Через час будь в зале совета. Ярополку вынесут приговор, – сообщил Огнедар, его голос был холоден и решителен. Он направился к выходу, но остановился на мгновение, обернувшись к другу. – И не забудь перед этим смыть кровь с лица.

Лионер кивнул, а внутри бушевали противоречивые чувства. Отцу скоро объявят смертный приговор, объявив предателем. Как после этого ему вообще существовать в этом мире?

Он подошел к зеркалу и взглянул на свое отражение. Следы недавней драки красовались на лице: разбитая губа, подбитый подбородок, синяк под глазом. Но сейчас это было не важно. Важнее было понять, что делать дальше. Он глубоко вздохнул, стараясь успокоить бурю в душе.

Смыв кровь с лица, он снова вгляделся в свое отражение. Кто сейчас был перед ним?

Сын предателя?

Бывший друг Огнедара?

Несчастный влюбленный, обрекший себя на вечные муки?

Будущий отец, который совсем не заслужил такого подарка судьбы?

Он закрыл глаза, пытаясь отключить голоса в голове. Но это не помогало. Одно лишь Лионер знал точно: сам он не был предателем. Его вина была лишь в том, что он позволил себе отчаянно полюбить девушку, которую был не достоин.

Шутка ли судьбы, что и она полюбила его. Но их счастье оказалось слишком хрупким, как стеклянная ваза, которую так легко разбить.

Мысли о том, что их любовь зародила нового человека внутри любимой, наполнили сердце Лионера одновременно и радостью, и страхом.

Как он сможет обеспечить безопасность своей возлюбленной, если его собственный отец оказался предателем? Как он сможет защитить Надею и их ребенка от последствий этого предательства?

Хотелось биться головой об стену… или догнать Огнедара и попросить окончательно добить его, чтобы не терпеть эту ужасную боль внутри.