10 глава

10 глава

Западное княжество

Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?

(Мф. 6. 23)

На следующий день величественные своды главного собора Западного княжества были окутаны атмосферой торжественного ожидания. Солнечные лучи пронизывали витражные окна, создавая на мраморных стенах переливы света, из-за которого всё вокруг казалось нарисованным.

В воздухе витали ароматы свежесрезанных цветов, ими были украшены алтарь и проходы, где собралось множество людей, жаждущих стать свидетелями значимого для Северного княжества события.

Но в душе Красимиры залегла черная тень, словно обреченное будущее пронзало её сердце холодом. Свадебное платье, которое до вчерашнего дня было символом надежды на счастливую жизнь с любимым человеком, теперь казалось ей не более чем оковами, свисающими с её хрупких плеч.

Княжна ступала по каменным плитам, и каждый её шаг был наполнен глубокой неуверенностью, будто в сердце разверзлась ледяная пропасть.

У алтаря уже стоял ее будущий муж.

Ратмир выглядел благородно и внушительно в своём торжественном облачении – тёмно-синем, словно ночное небо, с золотыми вышивками. Но в его глазах не было ни искры волнения, ни намёка на теплоту. Он был образцом холодного благородства, отстранённого и безразличного. Они были чужими друг другу людьми, запертыми в зале собора, где вместо любви жила лишь обязанность.

Церемония началась. Священник медленно, но величественно произносил священные слова, наполняя пространство своим зычным голосом. Казалось, его голос должен даровать обеты вечной любви. Но Красимира воспринимала слова как сказку, отдалённую и недостижимую. Каждое слово священника лишь приближало Красимиру и Ратмира к тому моменту, когда им предстоит сказать «да». Это слово ненавистно стучало в груди княжны.

Пришёл миг, и священник произнёс:

– Согласен ли ты, граф Ратмир Устинский, взять эту женщину, княжну Западного княжества, Красимиру Гринфольд, в жены?

Тишина охватила зал. Ратмир, словно отрезанный от эмоций, спокойно произнёс:

– Да, согласен.

Священник повернулся к Красимире, его голос звучал с той же торжественностью:

– Согласна ли ты, Красимира Гринфольд, взять этого мужчину, Ратмира Устинского, в мужья?

Казалось, весь собор на мгновение задержал дыхание. Сердце Красимиры пронзила волна сомнения. Она знала, что отвечает не только за себя, но и за судьбы ее народа, за тысячи жизней.

Она взглянула на Ратмира, его холодные глаза не предлагали ни поддержки, ни понимания. Девушка глубоко вздохнула и с трудом произнесла:

– Да, я… согласна.

Священник, с легкой улыбкой, протянул Ратмиру кольцо. Кольцо, символизирующие их священный союз, переливалось в лучах света. Оно было совершенно простым, но вместе с тем давало глубокое обещание.

Граф наклонился, чтобы надеть его на палец Красимиры. Но в этот момент кольцо выскользнуло из его рук и с глухим звоном упало на каменный пол.

В зале воцарилась мертвая тишина. Все взгляды устремились на кольцо.

– Это плохой знак, – прошептала Плеяна на ухо Радомиру, и её слова эхом отразились в тишине собора.

Красимира почувствовала, как холодный пот выступил на лбу. Ратмир же просто наклонился и поднял кольцо. Казалось, он не придал этому инциденту никакого значения.

– Всё в порядке, – произнес Ратмир, вновь надевая кольцо на её палец. – Это всего лишь случайность.

Но в душе Красимиры закралась тревога. Она не могла избавиться от щемящего ощущения в груди. Словно сама судьба предостерегала её от этого брака.

Когда кольцо оказалось на пальце княжны, мир замер. Каждый элемент церемонии – от молитв до учащенного ритма сердца – напоминал о безвозвратности момента.

Священник поднял руки, вознеся заключительную молитву в небо. В момент, когда он произнёс слова, объявляющие Красимиру и Ратмира мужем и женой, раздался глухой шум, и двери собора с глухим треском распахнулись.

Внутрь ворвались вооруженные воины. Их чёрные доспехи мерцали в свете свечей, словно древние кошмары пробудились из заточения. В их глазах горел огонь, а в руках мерцали оголенные мечи. Они напугали всех, кто столпился у алтаря.

– Северяне! – крикнул кто-то из гостей.

Крики переполошили собор. Захватчики заполнили пространство, вселяя страх в сердца. Люди бросились в рассыпную, расталкивая друг друга. Некоторые успели выбежать из собора, но тут же были схвачены воинами-захватчиками. Другие люди даже не пытались бежать, сдаваясь на милость северянам. Никто из гостей на свадьбе не счел нужным взять в собор боевой меч.

Несколько северян схватили Ратмира, не успевшего даже осознать происходящее. Красимира, охваченная волной шока, ощутила, как холод пробежал по спине.

– Кто открыл им ворота? Стража! – взревел князь Радомир, вскочив с места. Но затем, схватившись за сердце стал медленно оседать на скамью.

– Радомир! – воскликнула Плеяна, тут же оказавшись рядом с мужем.

Из толпы северян, вышел вперед мужчина, с черной повязкой на лице, которая скрывала нижнюю часть лица предводителя.

– Полно тебе, князь. Ты проиграл, – произнес он, и что-то в его голосе Красимире показалось знакомым.

– Ты кто? – прохрипел князь, не в силах даже встать со скамьи.

– Я тот, кто пришел отомстить, Радомир. Мое имя Огнедар Норманов. Я княжич Северного княжества.

Бурные крики и паника охватили собор, но никто не осмеливался сдвинуться с места. Страх завладел каждым, обвивая их сердца ледяными щупальцами.

– Воины, выведите из собора людей, не принадлежащих княжеской семье, – приказал княжич. – И проследите, чтобы никто не натворил глупостей. Буйных посадите за решетку.

Стража княжича тут же подчинилась его приказу. Вскоре в просторном зале собора остались лишь князь Радомир со своей супругой, испуганной до чертиков, Ратмир и Красимира. Так же воины не стали трогать священника, испуганно забившегося в угол зала.

Затем Огнедар стянул черную повязку с губ и Красимире открылось лицо захватчика. Это было лицо таинственного незнакомца, которого она встретила вчера в лесу. Красимира отчаянно пыталась найти в себе силы, чтобы противостоять этому безумию.

– Ты… – выдохнула она.

Взгляд Огнедара пронзил ее, словно меч. В этот миг шумное и напряженное пространство собора сузилось до их взоров, и в них, как в зеркале, отразилась единственная ясная мысль – он узнал её. В его проницательных черных глазах промелькнула искра удивления, смешанная с осознанием.

– Княжна… – тихо произнес Огнедар, будто подтверждая собственные мысли. – Как лодыжка?

Легкий шок отразился в его голосе, хотя он старался сохранить уверенность.

– Ты, – повторила она, не в силах скрыть напряжение. – Что ты делаешь?

Но в ответ Огнедар лишь усмехнулся, а его злобное выражение лица стало более снисходительным, когда он вновь взглянул на неё.

– А ты не понимаешь, княжна? Я только что захватил твое княжество, – ухмыльнулся мужчина.

– Ты не сможешь удержать его, – произнесла она, стараясь говорить уверенно, хотя внутри всё дрожало от страха. – Мой народ не сдастся без боя!

– Он уже сдался, княжна.

Огнедар усмехнулся, его глаза сверкнули.

– Кто помог тебе, мальчишка? Кто предатель? – слабым голосом спросил князь Радомир, держась за сердце.

– Не стоит так пренебрежительно меня называть, князь. Я уже давно не мальчишка. Но мне и правда помогли. Друг мой, выйди к нам.

Северяне расступились, пропуская впередКолояра .

– Ах, ты сукин сын, – прошипел князь.

Колояр, с ухмылкой на лице, шагнул вперёд, его лицо светилось триумфом. Он выглядел уверенно, словно все эти годы лишь ждал момента, чтобы проявить себя.

– Предатель! – воскликнула ошарашенно Плеяна.

– Сволочь! – завопил Ратмир, безрезультатно пытаясь вырваться из цепких рук огромного воина.

– Ты?.. – тихо прошептала княжна, не веря своим глазам.

На лице Колояра светилась самодовольная усмешка, и это вызывало у Красимиры прилив гнева. Она не могла поверить, что тот, кто был ей так близок, предал ее семью и народ.

– Приветствую, брат! – с усмешкой произнёс Колояр, глядя на Ратмира.

– Зачем?!

Княжна, полная разочарования и боли, смотрела на двух братьев. В её голове вспыхнули воспоминания о той далекой дружбе, что была между ними шесть лет назад. Сейчас она казалась нереальной, придуманной. Воспоминанием, поглощенным темным предательством Колояра.

– Все могло бы сложиться иначе, родившись я раньше тебя, брат, – вздохнул Колояр. – Она не может быть твоей, Ратмир. Это не должно так быть.

– Я считала тебя другом! – воскликнула Красимира.

– Уж кем, кем, дорогая, но другом для тебя я точно быть не хочу, – искренне заявил он.

В зале собора воцарилось напряжение. Огнедар наблюдал за разыгрывающейся трагедией с легким интересом. Он не спешил, рассматривая своих противников. Княжич понимал, что все происходящее ему на руку. Он лишь предвкушал свою предстоящую победу.

– Я всегда добиваюсь чего хочу, Красимира, – продолжил Колояр. – Я пообещал себе, что ты будешь моей. Значит так тому и быть.

– Ты опоздал. Я жена твоего брата, Колояр. Клятва произнесена. Я никогда не буду твоей, – твердо произнесла Красимира.

Колояр усмехнулся, его глаза сверкнули, как острые лезвия.

– Клятва? – повторил он, словно это слово было для него смешным. – Ты думаешь, что это что-то значит? В этом мире клятвы не стоят даже бумаги, на которой они написаны.

Княжна стиснула челюсти, её решимость крепчала, и, несмотря на страх, она сплела руки на груди, чтобы скрыть дрожь.

– Я никогда не стану твоей.

Колояр, наполняясь злостью от её упрямства, шагнул ближе.

– Мы вместе сможем изменить всё, княжна.

– Ты действительно думаешь, что сможешь заполучить её, Колояр? – расхохотался Ратмир. – Даже если ты убьёшь меня, она не станет твоей!

И в этот же миг Колояр быстро выхватил кинжал из ножен и подскочил к брату.

– Нет! – завизжала Красимира, почувствовав, как земля уходит из-под ног, когда Колояр пронзил кинжалом грудь Ратмира.

– Прощай, братец! – прошипел Колояр прямо в лицо Ратмиру.

– Что творится в священных стенах собора?... – запричитал священник, тут же начиная бормотать молитву.

Крик боли вырвался из груди Ратмира. Предательство брата стало для него шоком. Алое пятно моментально стало растекаться по его рубашке.

Темнота охватила собор, погружая присутствующих в бездну ужаса. Княгиня Плеяна медленно осела на пол рядом с князем, не веря в происходящее.

– Этого не может быть. Не может быть. Не может, – запричитала она.

Красимира закричала, её сердце забилось в бешеном ритме. Княжна была не в силах поверить в то, что происходит. Время замедлилось, и каждый момент, словно стальная пружина, натягивался до предела перед неизбежным. Лицо Ратмира тускнело, жар жизни покидал его.

– Нет… – выдохнула она, боясь сделать хоть один шаг, боясь взглянуть на своего мужа.

Да, она не хотела становиться его женой, но и смерти ему совсем не желала.