Заноза

Я бежала по бесконечной ленте дороги, и вокруг вверх тянулись изогнутые, как змеи, деревья. Тихо шелестела кроваво-красная листва, а темная, почти черная, кора тускло поблескивала, будто натертая маслом. Небо над головой готово было лопнуть от обилия звезд. Казалось, что непроницаемый шелк небосвода вот-вот натянется и треснет точно в центре, втягивая внутрь все, что дышит и живет, мыслит и мечтает.

Я чувствовала, что за спиной кто-то есть. Нечто чуждое этому миру, потустороннее и древнее, как все великие острова. Оно тяжело, надрывно втягивало в себя воздух, шевеля волоски у меня на затылке; я ощущала раскаленную влажность невидимого языка, скользящего по лопаткам, и никак не могла избежать жутких прикосновений.

Могла только бежать, сбивая в кровь ноги, падать на колени посреди дороги и кричать, когда тонкие ветки деревьев-змей обвивались вокруг тела и пробирались в рот, чтобы разорвать меня изнутри.

***

От резкого толчка я подскочила на месте и рухнула вниз, встретившись лицом с полом каюты. Выдохнув, я наблюдала, как над досками поднимается облачко пыли и пылинки крутятся в воздухе и медленно падают вниз.

Заворчав, я приподнялась и посмотрела по сторонам. Знакомое место. Никакого тебе хищного леса и странных тварей. Вот только с лицом нужно было что-то сделать. Как-то вчера на это не хватило ни сил, ни желания. Последнее, что мне запомнилось, — как я упала на кровать, свернулась клубочком и провалилась в беспамятство.

— За что мне все это? — мое тихое ворчание почти тонуло в шелесте песка, и я подумала, что никогда еще этот звук не казался мне настолько умиротворяющим. Мы куда-то летели. Не сидели в подземелье, не ждали смерти от рук свихнувшегося маджи — а летели. Чудо, да и только.

В каюте не было ничего похожего на зеркало. Вот и как себя лечить, если даже не знаешь, что делаешь?!

— Ладно. Хорошо хоть, руки на месте.

Усевшись на пол, я подобрала ноги под себя и попыталась сосредоточиться. Потянулась к внутреннему источнику, окунула пальцы в целительную прохладу, потащила хрупкие нити чар из небытия, наматывая их на ладони, обкручивая вокруг пульсирующих запястий.

Приложив руки к лицу, я поморщилась, когда кожу закололо. Сила медленно скользила по носу, стирала синяки и ссадины, выглаживала следы стычки с маджей.

Хотелось бы, конечно, переодеться, да не во что. Оставалось только надеяться, что в городе найдется что-то подходящее и можно будет стащить с себя и сжечь эти тряпки.

Ощупав голову, я осталась довольна результатом. Может, и пропустила какой-нибудь синяк, но это обнаружится уже потом.

Стоило только сделать шаг, как что-то зазвенело, и, посмотрев вниз, я увидела тонкие цепочки с колокольчиками, обвившие лодыжки и бедро. Они нежно позвякивали от каждого движения, и я подумала, что эти украшения были созданы для танцев и их мягкий звон звучал бы красиво.

Выскользнув из каюты, я вдохнула полной грудью прохладный воздух раннего утра. Поднявшись на палубу, я увидела вдалеке очертания города, окруженного высокой стеной: монолитной лентой лазурно-желтоватого оттенка. Вверх, к розово-красному небу, тянулись золотистые шпили храмов Галакто. Отец рассказывал, что такие храмы есть по всему Нереху, в любом городе. О других островах не говорил ничего, но я надеялась своими глазами когда-нибудь их увидеть.

Мне начинало казаться, что тигр вообще не спит. Если подумать, то за все это время я никогда не видела, чтобы он полноценно отдыхал. Только мчался вперед, сметая все на своем пути, противостоял всему на свете и уверенно шел к цели, которую мы все-таки достигли. Его дочь была в безопасности, но никакого расслабления на лице Виго я не заметила.

Он был все так же напряжен и собран, а я совершенно бессовестно рассматривала его со спины.

Рыжие волосы были стянуты на затылке кожаным шнурком, но все равно несколько прядей выбились и мазали по напряженному лицу.

Стоило мне только шевельнуться, как браслеты на лодыжках — крохотные предатели! — сразу же выдали меня с головой.

Виго обернулся — и слабая улыбка изогнула его губы, стерев с лица часть волнений. Протянув руку, он не произнес ни слова, но я прекрасно понимала его желания. Шагнув к мужчине, я нырнула в его объятия и прижалась к широкой груди, обхватив тигра за пояс.

— Как Мерай?

— Спит, — ответил он, поглаживая мои волосы широкой теплой ладонью. — Она храбрилась изо всех сил, но стоило только ее уложить — сразу отключилась, — аккуратно сжав пальцами мой подбородок, Виго заставил меня поднять голову. — Я так и не сказал тебе “спасибо”. Ты спасла ее, освободила и вытащила из дворца, а я никогда не смогу отплатить тебе за это.

— Ты сможешь, — я облизнула пересохшие губы, пытаясь поймать разбежавшиеся мысли за хвосты.

То, что я собиралась сказать, противоречило тому, что я говорила вчера. Я хотела отстраниться, оставить Виго и его дочь, не подвергать их опасности, но сам тигр всем своим поведением будто подталкивал меня к важному решению. Он не говорил ничего прямо, кроме того, что сам за себя решает, оставаться ему на моей стороне или нет.

Но этого не было достаточно. Остаться и быть принятым мной — разные вещи.

— И как же?

Вопрос с подвохом? Или скрытое предложение?

Он назвал меня суженой и теперь ждал моего решения.

Суженая. Какое странное, таинственное слово. Будто кто-то там, наверху, давно определил мою судьбу и сейчас вручил мне ее в руки. В нашем поселении женщины всегда выбирали своего мужчину — и я хотела бы, чтобы все сложилось иначе, чтобы у меня осталась возможность выбрать.

И я могла это сделать сейчас. Разве Галакто не подарила мне лучший из возможных подарков? Этот мужчина ни разу не дал мне усомниться в его силе, в ответственности, которую он был готов нести, в преданности своей семье.

— Позволь мне остаться, — прошептала я, не отводя взгляда. — После всего…

Янтарные глаза тигра слабо свернули и чуть изменили цвет со светло-янтарного на темную терракоту.

— Ты понимаешь, о чем просишь?

Я пожала плечами и слегка улыбнулась, дразня кожу на шее Виго легкими прикосновениями, поглаживая кончиками пальцев.

— Объясни. Откуда мне знать, как у суженых все это происходит?

— А, значит, эту часть нашего разговора ты запомнила.

— У меня хорошая память.

Виго усмехнулся, и эта улыбка показалась мне до одури порочной.

— Суженые — это навсегда вместе. До самой смерти.

Я приложила палец к губам и сделала вид, что крепко задумалась.

— Какой кошмар! Но если ты иногда будешь превращаться в котика и давать таскать тебя за уши — я готова смириться.

Виго закатил глаза.

— Это ведь не шутки. Я тут о серьезных вещах говорю.

— И я о серьезных вещах, Виго. Я не знаю ваших законов, как все это происходит у оборотней, и, если честно, мне все равно. Ты — удивительный человек, способный сострадать и сочувствовать чужому горю. Готовый пойти на все ради близких. Разве этого мало, чтобы…

Глаза тигра потемнели еще сильнее — теперь они казались почти черными.

— Чтобы — что?

Я попыталась отвернуться — мне стало дико неловко из-за того, что чуть было не слетело с языка. Виго бы наверняка посчитал меня сумасшедшей, легкомысленной девчонкой, списал бы все на неопытность и чувство опасности, сыгравшее с моими эмоциями злую шутку.

— Смотри мне в глаза, — приказал он, и я не нашла в себе сил ослушаться. — Чтобы — что?

— Чтобы полюбить тебя, — ответила я честно и застыла, молясь про себя, чтобы не увидеть насмешку в его глазах.

Но не увидела.

Все, что я успела сделать, — это один крошечный вдох перед тем, как губы тигра накрыли мои. Этот поцелуй ничем не походил на все прошлые. В нем не было горячей, злой порывистости, не было соленых слез и отчаяния.

Только чистая, незамутненная страсть.

Дернув ремешок, я распустила его волосы и зарылась пальцами в рыжие пряди. Руки вообще жили собственной жизнью, оглаживая бороду, касаясь скул и шеи, пытаясь подарить как можно больше ласки. Пальцы забрались под рубашку, и я с восторгом ощущала, как дрожат натянутые мускулы под моими ладонями, как поджимаются мышцы на животе мужчины, стоило только провести по ним ногтями.

Прихватив нижнюю губу Виго, я чуть сжала зубы — и захотелось прижаться плотнее, врасти в него, проникнуть в кровь, чувствовать сильные руки на теле. Всего его хотелось.

Наши лбы соприкоснулись, тяжелое дыхание смешивалось, а взгляды сцепились — не разъединить больше. Губы растянулись в совершенно одинаковых улыбках: таинственных, полных скрытого обещания и надежды на завтрашний день.

— Все-таки ты не понимаешь, во что ввязываешься, — протянул Виго, обхватывая меня руками, запирая в клетку собственного тела. — Я съем тебя живьем.

В этот момент я надеялась, что мне хватит выдержки не сказать, что я хочу, чтобы он меня съел.

— Пока что я слышу только обещания.

Тигр натурально заурчал, и я прижалась к нему всем телом, чтобы почувствовать эту странную вибрацию.

— Ты невыносимая.

— Надеюсь, что тебе это нравится.

Виго хмыкнул и положил руку на штурвал.

— Очень. Никогда не меняйся.

Он чуть развернул корабль, и я поняла, что мы вот-вот причалим.

Будет любопытно посмотреть на дом Виго. Каким, интересно, он будет? Мне почему-то представлялась такая берлога кота-одиночки — но он жил с дочерью, и я терялась в догадках.

— Разбуди Мерай, — тихо попросил тигр. — Я буду ждать вас на пристани.

Чмокнув его в щеку, я зашагала к каютам и чувствовала, что впереди меня ждет что-то волшебное и незнакомое.

Чудо, которого я жаждала всю свою жизнь.