Глава 20

Это ненасытное «животное» удерживал меня насильно рядом с собой неделю. Неделю! Он издевался, извращался, истязал меня, как мог и хотел. И откуда у него столько грязных фантазий?

Этого садиста радовало моё сопротивление, он смеялся над моими попытками вырваться, оттолкнуть его. И как стыдно, что каждый раз всё заканчивалось моей капитуляцией. Тело предавало, стоило ему обездвижить меня и начать двигаться. Это сводило меня с ума, господи, ему лучше ко мне не прикасаться. Какая же я слабая. Тело может и слабое, но намерение сбежать от него лишь укрепилось за прошедшую неделю. Я сбегу от него, чтобы мне это не стоило.

Бедная моя Мирела. Она так перепугалась. У шейха нет сердца. За ней эту неделю присматривала Грейс. Не знаю, с какой целью, но хозяин вернул нас во дворец, отделив от слуг. И ради кого он так старается? Скорее ради себя, ради удобства и слежки за моими передвижениями.

Мама, где ты так долго была?

- Отбывала наказание, за то, что пыталась выкупить твою свободу.

- Наказание? - Мирела опускает голову. - Тебе делали больно?Как тебе сказать... Хозяин пытался сломить мой боевой дух, но он скорее укрепил его.

Теперь я более чем уверена, добиться нашей свободы.

- А что мы будем делать на свободе?

Изгибаю брови. С чего вдруг она задаёт мне такие вопросы? Возможно, хозяин успел сбить её с толку, переубедить. О да, он это умеет делать.

- Пойдём в сад.

В саду я нахожу Али, мы уходим в туннель и обнимаемся.

Где ты была? Я начал волноваться. У тебя не получилось, да?

- Нет. Хуже того, он на ночь оставил меня в пустыне, я там едва от холода с ума не сошла.

- О Аллах. А что потом?

- Его охрана вернула меня к утру. А потом... он удерживал меня рядом с собой, как игрушку.

Али вздыхает и опускает голову.

- И что ты решила?

Беру его за руки и подступаю к нему вплотную.

Сбежать. Сегодня или завтра, но как можно скорее. Али, он не собирается давать свободу ни мне, ни дочери. Он хочет, чтобы мы оставались его рабынями, до конца своих дней. А стоит мне её требовать, он угрожает тем, что отберёт у меня дочь, или продаст меня.

- Интересно, за какую сумму он тебя купил? Но я сомневаюсь, что он продаст тебя мне. Скорее из принципа этого не сделает. Он же догадывается, что мы общаемся?

Да. Он сказал, что видимо, много платит тебе, раз ты делился со мной деньгами. Поэтому вот,протягиваю ему деньги в конверте, - забери их.

Он принимает конверт и прячет в боковой карман на штанине.Если ты решила бежать, то мне нужно сегодня переговорить с друзьями, найти машину.

Думаю завтра, если получится, будь готова.

- А как я с дочерью пройду через ворота? Наверняка после того, что произошло, хозяин предупредил охрану.

- Мы воспользуемся забором и лестницей, - улыбается Али, притягивает меня к себе и целует в губы. Его поцелуй, как глоток свежего воздуха. Нежный, сладкий, чувственный. Я тянусь на носочках, обвиваю руками его шею и отвечаю на поцелуй. Его обьятия крепкие, уверенные, он не пытается давить на меня. Я благодарна ему, что он оставляет за мной право выбора, и готов с уважением к нему отнестись. Подобного отношения я ещё никогда не получала от мужчин.

Наверное, поэтому он мне нравится и я тянусь к нему. С ним так легко, он понимающий и готовый всегда прийти на помощь. Нет ничего приятнее, чем вот так стоять, прижавшись друг к другу, и целоваться, пока не закружится голова. - Эйш, ты такая сладкая, можно я к тебе прилипну на всю оставшуюся жизнь?

Я тихо смеюсь.

У нас точно всё получится?

- Я не могу ничего обещать, нам главное - успеть добраться до порта.

Мы размыкаем объятия.

Я ужасно волнуюсь. Мне страшно, но желание сбежать будет сильнее, - к жажде свободы, добавлю ещё месть. Если получится, то это станет моим ответом хозяину на его попытки заткнуть мне рот и связать по рукам и ногам. Я ему докажу, что никакие силы не удержат меня здесь и если придётся работать ради выживания, то тут и говорить не о чем. Я сделаю всё, чтобы улучшить жизнь свою и дочери.

- Понимаю твоё волнение. Боюсь представить, что он сделает, если нас поймают.

- Не говори и не думай об этом. Иначе я боюсь передумать.

- Скорее всего, мне сразу закроют проезд в Эмираты.

- П разве в Иране нет работы?

- Есть. Всё есть. Но мы всегда можем с тобой перебраться в Турцию или дальше в Европу. А там всегда есть работа. Единственная проблема - - это налоги. а в твоём случае документы. Их надо в первую очередь сделать.

И ты знаешь как?

- Заплатим. Сейчас всё решают деньги.

- Понимаю. Сама являюсь товаром.

Али трогательно смотрит на меня и прикусывает губу.

Ты не товар, Эйш. Ты красивая романтичная девушка, ищущая справедливости. Не расстраивайся и не бойся, всё получится, - целует меня в лоб. - Сейчас я продолжу работу. А завтра утром встретимся здесь.

- Хорошо.

Мы расходимся. Я возвращаюсь к дочери, что заметно оживилась.

- Мама посмотри что я нарисовала.

Она протягивает альбом с птичками на ветках.

Какая красота. Ты их ещё разукрасила. Какая ты у меня талантливая художница.

- Малик говорит, я рисую лучше, чем он.

- Не видела его рисунков, но мне нравится, что ты рисуешь. Ты станешь великой художницей, если захочешь.

- Не хочу.

Сажусь на скамью и затягиваю дочь к себе на колени. Прибираю её кудряшки у лица и целую в лоб. Нам придётся пройти через ряд сложностей и испытаний, ради достижения цели. Я считаю, мы должны не пробовать, а действовать, бороться до последнего. Доказать наследному принцу, что мы не вещи, а живые люди, с чувствами и желаниями.

С другой стороны, я понимаю, что многого прошу, я родилась рабыней. Но и раньше я жаждала свободу, верила матери, что обрету её, но не требовала от таких людей, как прошлые хозяева. Им, наоборот, нравилось, что в их доме есть бесплатная домработница. Но сейчас, кто, как не сам принц и будущий эмир может дать мне свободу? Как оказалось, не хочет. Его тоже, как и других устраивает, что я его рабыня, собственность, которой он вправе распоряжаться как пожелает.

На следующее утро Али сообщает мне, что всё готово и мы можем в любой час сбежать.

Нам нужно собрать вещи...

- Зачем? Надень хиджаб или бурку и на дочь и бежим. Ты готова?

- Да, да, конечно. Можем прямо сейчас.

- Хозяин дома?

- Не думаю. Мне надо как-то дочь уговорить, она почему-то вчера вечером заявила, что ей здесь нравится и хочет дальше тут жить - Скажи, что идём на прогулку.

Я минуту раздумываю, глядя через цветы на дочь. Она девочка умная, всё понимает. Здесь и правда, ей пока хорошо. Она учится, делает, что хочет, как её не может устраивать такая жизнь. Но это пока и наступит такой день, когда ей захочется выйти за стены своей темницы.

Ладно. После обеда, хорошо.

- Да. А я пока найду лучший выход, где нас не заметят.

Мы мимолётно целуемся и расходимся. Увожу дочь во дворец на занятия и три часа просиживаю в библиотеке, наблюдая, как учится Мирела. Она уже хорошо понимает основы английского языка и отвечает на простые вопросы. Как не гордится, такой способной дочерью. На её месте я тоже просила мать остаться здесь. Если она только знала, как вся эта ситуация разрывает мне сердце.

После занятий возвращаемся в комнату, пока нет Грейс, одеваю дочь и сама одеваюсь Мама, а мы куда?

- На прогулку выйдем.

- Ты говорила, что нам нельзя.

- Сегодня можно.

- П дядя не будет ругаться?

- Не думаю.

Мы выходим в сад, ловлю взгляд Али, он кивает мне и углубляется в сад. Тяну за руку дочь, колени трясутся.

Мама, куда мы?

- На прогулку.

- Зачем мы тогда одевались? Мне жарко.

- Мы сейчас сядем в машину с кондиционером и станет прохладно, - отвечает Али. За густой зеленью у стены он установил лестницу, она как раз достаёт до верхушки забора. - Я полезу первый и приму сначала Мирелу, потом тебя.

- Хорошо.

Он мигом поднимается по лестнице и спрыгивает на другую сторону.

Мам, я не хочу.

- Всё будет хорошо. Мы ненадолго, - надеюсь, навсегда. Забираюсь с дочерью по лестнице.

Наверху помогаю Миреле перебраться через бордюр, снизу её за пояс принимает Али. Я подтягиваю длинный подол, сажусь на стену, поворачиваюсь и скольжу ногами по гладкой поверхности стены. Али подхватывает меня.

- А теперь, скорее к машине.

Надеваю на голову бурку, беру за руку дочь и следом за Али бегу по безлюдному тротуару, вдоль стены за угол. Здесь на обочине нас ждёт белый автомобиль. Али садится за руль, я с Мирелой на заднее сиденье.

- Самое страшное позади, - усмехается Али, заводит мотор и разворачивается. Я перевожу дыхание.

Я буду спокойна, когда мы пересечём границу.

- Мам, ты сказала, мы вышли на прогулку.

- На самом деле Мирела мы сейчас сбежали, чтобы стать свободными.

- Нет. Нам нельзя, - выкрикивает Мирела.

- Почему?Так дядя сказал. Нам будет плохо.

- Не бойся Мирела. Я с вами и помогу, - отзывается Али.

- Зато мы сможем жить так, как хотим. Я найду работу, ты пойдёшь учиться в школу, как все дети. У тебя появятся друзья, мы сможем гулять, когда захотим и никто ни к чему, нас больше не принудит.

- У меня есть друг, Малик. Я его больше не увижу?

- Мирела, я обещала тебе свободу, помнишь?

- А может, я её не хочу.

- Ты с ума сошла?У нас было всё, а теперь ничего.

Закусываю губу. Вот как ей объяснишь сейчас, что свобода для меня это всё. Ей придётся уступить, однажды она поймёт, что нет ничего лучше независимости, свободы действий, принятия решений, над которыми никто не властен.

Надеюсь, у нас всё получится, и я никогда не увижу наследного принца.

Али привозит нас в квартал, где снимает комнату. Первое, на что обратила внимание это мусор на улицах. Там, где находится дворец принца, дороги гладкие, чистые, газонная трава подстрижена, пышные пальмы, а здесь, даже запах неприятный. Это напоминает мне дом и двор бывшего хозяина, там сколько ни убирайся, жильцы, как специально нагадят.

Пока мы добрались до этого неблагополучного района, Мирела изнервничалась, расплакалась и теперь молит меня вернуться. Нет, возвращаться мы не будем, теперь только вперёд.

Я сейчас возьму деньги, документы и снова тронемся в путь. Подождите меня в машине.

- Хорошо.

- Мама я хочу назад к дяде. Я не хочу никуда ехать.

- Мирела, всё это делается для нашего благополучия, для будущего.

- Я не хочу.

Я беру её за руку на тот случай, если она попытается сбежать. Из-за того, что она плачет и молит, я взвинчена не на шутку. Хочу выйти из машины, здесь жарко, душно, хоть и окна открыты.

Али, бросает сумку на переднее сиденье и заводит мотор.

- Сейчас мы должны заехать к моему другу и переговорить с ним. Нужно ещё узнать, когда отходит корабль и купить билеты.

Это много займёт времени?

- Нет. Но эту ночь думаю, нам придётся провести в Абу-Даби.

- Пли, нам нельзя здесь оставаться. Нас уже сейчас могут искать.

- Ты права. Поэтому я еду к другу, чтобы обсудить с ним этот разговор.

Вздыхаю и нервно оглядываюсь по сторонам. Только бы нас не поймали. Боже, не представляю, что тогда он сделает со мной в этом случае.

Мы выезжаем на трассу, Мирела отвлекается на вид из окна. Меня всё ещё трясёт. Что-то подсказывает мне ехать, ехать без остановки как можно дальше от этого города.

С заходом солнца приезжаем в дом к другу Али. Тот гостеприимно нас принимает и предлагает поужинать. Мы молча наблюдаем, как молодая супруга хозяина дома накрывает на стол. Они живут одни? Без родителей? Как это здорово жить друг для друга, готовить кушать только на двоих.

Особенно если между мужчиной и женщиной совет да любовь.

Али с другом вышли во двор, хозяйка приглашает нас за стол. Я снимаю бурку и усаживаюсь с Мирелой на подушки у низкого стола. Стол не так богато накрыт как во дворце у принца. И всё же лучше, чем у бывшего хозяина.

Мирела и пальцем не притронулась к еде. Я выпила лишь чашку кофе. Голова раскалывается до тошноты. Замечаю дрожь в руках и ставлю чашку на стол. Хозяйка подозрительно таращится на нас.

Возвращается Али и просит меня немедленно вернуться в машину. Мы выезжаем в дорогу, темнота сгущается, температура резко упала с тридцати пяти до двадцати.

Куда мы Али?

- В Дубай. Там нам будет легче сесть на корабль.

Что ж это уже хорошо. Чем дальше от принца, тем лучше.

Ты хорошо знаешь дорогу?Конечно.

Али выезжает на автостраду и разгоняет автомобиль. Водит он машину хорошо. Мне надо как-то успокоить нервы, убедить себя, что всё хорошо и самое страшное позади. Мирела отсела от меня и вскоре уснула. Она расстроилась, боюсь, нескоро дочь меня простит.

Мы сразу по приезде сядем на корабль?Только утром. Капитан, брат моего друга, он примет нас на борт только завтра перед отбытием. Так что всё будет хорошо. Можешь считать себя свободной женщиной.

Спасибо Али, без тебя я бы не справилась. А как скоро мы сможем получить документы?

- С ними придётся повозиться. Месяц где-то.

- Но хотя бы не год. Я хотела бы устроиться на работу.

- В Иране? Тебе, как женщине это будет проблемно. Но я постараюсь, что-нибудь найти для тебя. Умеешь шить?

Немного.

- Возможно, на фабрику нужны женщины. Ты не переживай, у меня пока есть деньги, и у нас есть время сделать тебе документы и найти работу, а может, и дальше поедем.

- Да. Чем дальше, тем лучше.

Наступила ночь, тёмная и прохладная. Впереди ещё далеко, но виднеются огни Дубая. Али заметно сбавил скорость.

Через полчаса будем в Дубае.

- Этот город, он большой?

- Да. И небоскрёбов здесь больше чем в Абу-Даби. Город быстро развивается, он..., - Али осекается. Яркий белый свет автомобильных фар ударил в заднее стекло, осветив салон. С правой стороны нас подрезает здоровенный джип и прижимает к обочине. О нет, только не это. Этого не может быть, как они смогли так скоро нас найти.

Перед нами выруливает третий джип и притормаживает, заставляя Али нажать на тормоза.

- Проклятие...

Нас окружают автомобили, из которых высыпалась толпа мужчин в чёрных костюмах. Али выдёргивают из машины, я выпрыгиваю следом и бросаюсь на помощь Али, которого потащили в сторону пустыни.

- Что вы делаете? Остановитесь.

Меня хватают сзади и несут к машинам. Послышался визг Мирелы. Её брыкающуюся оттащили к джипу. Нет, нет, нет. Прогремел выстрел, я силюсь вырваться, вонзаю зубы в руку мужчины, он от шока ослабляет хватку. Подбегаю к Али. Он лежит на песке без движения.

Ах вы сволочи, что вы сделали? - падаю перед ним на колени. - Али... - склоняюсь над его лицом и провожу рукой по гоуди. что-то мокрое и горячее растекается по его футболке. Кровь?! О нет...

- Зачем ты выстрелил?Босс так сказал.

- Вези его в больницу на его тачке. Девушку в машину. Быстро.

Меня силой отрывают от Али и несут в джип. Не сразу замечаю, как ору шок и ужас оглушил меня. А если он умрёт? И всё по моей вине. Кто, как не я затеял этот рискованный побег. Но разве я знала. что может кто-то из нас пострадать. Они решили таким образом наказать меня и его? Или моё наказание только впереди?