Эпилог

Дворец шумел как улей. В коридорах, залах, галереях обсуждали невероятную новость – герцог Эсторский женится! Да на ком!? На виллее Алисе!

Новость немедленно перетекла в столицу, где ее принялись горячо обсуждать, а потом разлетелась по всему королевству.

Вечером следующего дня, после того, как Алан в саду надел на мой палец кольцо, состоялась официальная процедура обручения. Тронный зал был набит знатью до отказа. Еще бы, событие редкое, можно сказать, редчайшее. Чтобы наследник короны женился, да еще на защитнице – говорят, такое впервые.

Тут же лорд Парси объявил, что принцесса Лиона отныне нарекается титулом «Мать наследника». Согласно протоколу, скрепленному печатями и магической клятвой.

Процедура обручения была короткой. Нас объявили женихом и невестой, старейшина в золотистой мантии взял с нас клятвы верности и служению королевству, потом король произнес речь, где коротко поздравил нас, и начался праздник. Теперь я – официально обручена.

До свадьбы оставался месяц. Таково было решение короля, который мрачно пошутил, что не хотел бы быть похороненным под звон свадебных колоколов.

Это он, конечно, зря. Я случайно наткнулась на описания матушки Папиллы, древней виллеи, где она подробно рассказала историю вынужденного сжигания основы магического корня дракона.

Случай был сложный. После схватки с харговым чудовищем, дракон вынужденно отказался от основы магической жилы. Когда дракон в возрасте – это крайне трудно. Алану повезло больше, ведь фактически, он был ребенком, когда с ним произошло подобное. А со взрослым мне придется повозиться. Матушка Папилла подробно расписала тонкости самой операции и всех процедур. С помощью Илии, я смогла бы решиться на это авантюрное дело.

Дед дал хорошие прогнозы. Сердце и легкие поддадутся лечению, когда мы уберем отравленную основу магической жилы. Да, король уже никогда не будет драконом. Так, что впереди – наш с ним разговор.

Вот такая ирония. Я спасла Алана, вернув ему корень, и, возможно, отниму такой же корень у его брата, не оставив тому никакой надежды, кроме жизни.

*

День свадьбы неумолимо приближался, точно кто-то на небесах специально торопил минуты и часы, и от этого меня будоражило и потряхивало. Оказывается, не только меня. Буквально вечером перед торжеством, в игровой, где мы с Аланом обсуждали наше будущее путешествие, появилась Лиона.

Все эти дни она была задумчива и насторожена. Я не могла понять причину.

- Ты опять куксишься? – Спросил ее дядя. Принцесса пожала плечами и села за клавиорик. Она уже умела играть одной рукой «Жили у бабуси» и выучила гамму до мажор.

- Нормальная я, - буркнула принцесса, открывая нотную тетрадь, где она расписала упражнения Черни для развития беглости. Под моим руководством, конечно.

- Рассказывай, что случилось, - строго сказал мой герцог. – Надоело смотреть на твою кислую физиономию.

- Ничего не случилось, - был суровый ответ.

- Лиона, - я повернулась к ней, отрываясь от разложенной на столе карты континента.

Наша «мать наследника» тяжело вздохнула, точно на ее плечи опустился груз прожитых лет и забот.

- Мне вот интересно, а кто будет выбирать для меня мужа?

Кхе-е, интересное начало. Мы с Аланом переглянулись.

- Естественно, ты сама, - не задумываясь, ответил он.

- Точно? А вот папа сказал, что этим займутся нужные люди и чтобы я не забивала себе голову глупыми вопросами. Еще сказал, что надо хорошенько подумать о знатности моего претендента на руку, каков у него род…

- Ой, Ли, успокойся, - прервал ее Алан. – Ну, ты как ребенок, честное слово. Я тебе говорю – главное, чтобы он был драконом. Поняла? А второе – чтобы был сильным драконом. Все.

Лиона развернулась, вскинула головой и уставилась на нас горящими глазами.

- Точно?! Обещаете? Оба обещаете?!

- Да пожалуйста, - я хмыкнула. Алан прав, нет смысла ставить перед ней таких задач, как знатность рода и статус. Главное – чтобы глаза у него блестели не хуже, чем у нее и характер был бойцовский… Чтобы выжил рядом с такой драконицей.

- Ну, ладно… Пойду. Только папе не рассказывайте о нашем разговоре.

- Ладно уж, не расскажем, - кивнул Алан, и мы рассмеялись.

Когда Лиона ушла, мы еще долго сидели в игровой, и целовались. Он меня не отпускал, хотя дел было – выше крыши, и Мирка замучила заглядывать и строить глазки, типа, надо поговорить.

Наконец, герцог оторвался от своей невесты и отпустил ее, пожелав спокойной ночи.

В комнате стоял дым коромыслом, а еще ураган и буря, каких здесь еще никогда не было.

- Алиса, какие перчатки будем надевать? Ох, ну ты совсем несерьезно относишься к свадьбе, - Мирка носилась по комнате, как слониха. По-моему, весь этот кавардак – ее рук дело.

- Белые, - ответила я.

- Издеваешься? Вы видели? – Она сверкнула глазищами на двух швей, что склонились над моим свадебным платьем. – Белые! Матушка, они все белые!

Швеи тихо прыснули, а я устало закатила глаза.

- Мирка, вот эти, - и я не глядя, ткнула в первую попавшуюся пару…

Кутерьма в моей комнате длилась еще часа два, пока все не было готово. Потом служанка уволокла меня в ванную, где я отмокала, чуть не заснув, и только после этого меня, как маленькую, уложили спать.

Сон в эту ночь был странный. Я вдруг увидела две тени, скачущие по узкой лесной дорожке. Потом сверкнуло, да так, что ослепило глаза, и не только у меня, но и у всадников, и на тропинке появилась женщина. Молодая, красивая, с яркими каштановыми волосами, отливающими рыжиной. Она с силой метнула стилет в одного всадника, крикнула гортанно, и от ее слов вспыхнул огонь, охвативший другого с головы до ног.

Я видела, как женщина подбежала к убитым и зашарила у них по вещам. В сумке одного из них она, кажется, нашла то, что искала. Вытащила, и в свете луны сверкнула статуэтка. Та самая! Корень Алана.

Я замерла, боясь проснуться. Так это моя мать?!...

Из леса послышался шум, стук копыт, женщина вздрогнула, прислушалась, огляделась. Быстро спрятала находку, сунув в свою котомку, и вдруг зашептала, выводя в воздухе замысловатые, ритмичные пасы. Они заиграли разноцветными искрами, и я четко различила открывшееся пространство, переход… Портал!

На тропинке появился отряд, они увидели женщину. В руке одного из них блеснул кинжал… Но было поздно, волшебница исчезла, прыгнув внутрь искрящегося круга… И он растворился.

Я судорожно вдохнула грудью, точно вынырнула из глубины, и проснулась. Села на кровати, уставившись в стену. Что это было?! Не знаю. Могу только предполагать… Хотя, кого я обманываю, с моим-то снами-трансляторами. Это мать! А видение – из прошлого, тот самый момент, когда она ушла в наш мир и унесла с собой корень Алана. Я опять бухнулась на подушку, укрылась и попыталась заснуть. Да, что ж за наказание! Сна ни в одном глазу.

Я вертелась, мучилась, потом встала, и долго смотрела в окно, где был виден краешек океана и маяк.

Утро наступило, и меня безжалостно растолкали. Мирка с другими горничными нарядили меня, сделали прическу. За дверями ждала группа из лордов и знатных дам, которые сейчас поведут меня в храм Мередитов. Лорд Парси, увидев, как я выхожу из комнаты, с облегченным вздохом всплеснул руками.

- Наконец-то матушка.

По обе от меня стороны встали две пожилые леди, за спиной – группа драконов, и мы, процессией, двинулись к выходу.

Внутри храма было малолюдно, только мы, священник и король с Лионой и Стефией. Служитель Вирры долго молился у фрески, заставив нас встать на колени, и после обвенчал простым ритуалом с клятвой любви, после которой на наших ладонях вспыхнули знаки рода.

А потом нас встречали. За воротами храма негде было упасть перышку. Для нас освободили узкую тропинку, и всю дорогу, пока мы шли, на наши головы сыпались лепестки бело-розовых цветков, а народ кричал здравницу.

По обычаю, жених и невеста не участвуют в свадебных гуляниях, поэтому, нас посадили в карету, и мы уехали, а что там было во дворце даже не знаю, потом у Мирки расспрошу.

Мы приехали в маленький охотничий домик-дворец из пятнадцати комнат, где нас ждала немногочисленная прислуга, а во дворе, в подсобках укрылся ма-а-аленький драконий отряд из двадцати бойцов.

Нам не мешали, не лезли на глаза. И это радовало. В тот день мы долго гуляли у реки, рядом с которой стоял домик-дворец. А ночью я впервые познала любовь, ту о которой пишут романы и складывают песни. Любовь с наслаждением, болью, и с откровениями, от которых щеки покрываются румянцем. Алан был нежен и ласков, как щенок.

Мне кажется, он сам боялся причинить мне боль, но в какие-то минуты в его глазах просыпался дракон, и тогда я испытывала настоящую, жаркую страсть, от которой в теле разливался жар и будоражило кровь.

*

Прошел год.

Несколько дней назад я родила девочку, и драконья знать по этому поводу устроила гулянья. Вот и еще одна виллея в королевстве, на радость всем.

Лиона канючила всю мою беременность, что она будет крестной. Да пожалуйста, разве я против. Я только за.

На следующей неделе должны привести новый инструмент мэтра Дастра. Он отписал, что его конструкция кардинальным образом отличается от клавиорика, и он надеется, что я оценю его работу.

Этот год был сложным, не простым. Во-первых, мы с дедом поговорили с Ильмаром и рассказали ему о возможностях, какие открываются ему, если он согласится с нами. Он долго думал, но все же, согласился, и я пару месяцев изучала метод матушки Папиллы. А потом мы с Илией это сделали… Даже не буду описывать, как мне было трудно. Но все получилось. Король освободился от отравленного корня, а остальное исправили целители.

Да, он теперь не дракон. Крепкий, сильный, но без магической жилы. В его крови есть магия, есть сила, и он, пережив месяцы страшной болезни, этому рад.

Недавно Ильмар поставил всех в известность, что принял решение уйти на покой, а трон займет Алан. Драконы с уважением отнеслись к этой новости. Все правильно, на троне должен сидеть король-дракон. Только так и никак иначе.

Для всеобщего счастья, мира, и во славу Ларгандии. Да хранит ее богиня Вилла!

Вагранто драго – такова власть дракона!

Конец