Глава 28.2. Измена.

Коронация Ванессы осталась позади, и мы вернулись обратно в королевство Кристофера. Дни во дворце слились в череду уроков и тихих вечеров. Утро начиналось с магии: мой новый наставник, суровый маг из Северных Земель, заставлял меня концентрироваться до головной боли, пока я не научилась создавать изо льда не просто осколки, а изящные узоры и даже маленьких птиц, что порхали по комнате, прежде чем растаять.

После - этикет. Бесконечные правила, поклоны, как правильно держать вилку на официальном ужине и как обращаться к герцогу третьей степени родства. Я путалась в титулах, а моя учительница, дама с идеальной осанкой, вздыхала так громко, что, казалось, даже портреты на стенах вздрагивали.

Дипломатия оказалась сложнее всего. Приходилось изучать историю соседних королевств, их обычаи, а порой и тайные обиды, тянущиеся столетиями. Голова шла кругом, но я старалась - ради моего дракона, ради нас.

Но вечер… Вечер принадлежал только нам.

Как только солнце опускалось за горы, я забывала обо всех уроках. Кристофер приходил ко мне в покои, часто с книгами или картами, но они быстро оказывались забытыми на столе.

Мы сидели у камина, и я показывала ему новые трюки с магией: как заморозить вино в бокале или создать снежинку прямо в ладони. Он смеялся, и этот низкий, теплый звук заставлял меня таять изнутри куда сильнее любого льда.

Иногда он рассказывал о делах королевства, советовался со мной, и от этого щемило сердце - Кристофер видел во мне не просто возлюбленную, а будущую королеву. Равную.

А потом его пальцы находили мои, книги откладывались в сторону, и мир сужался до треска поленьев в камине, до его дыхания на моей коже, до шепота:

- Ты справишься. Я так горжусь тобой.

И несмотря на усталость, на сложности, я знала - это мой дом. Это мой выбор.

И каждый вечер, засыпая в объятиях дракона, я чувствовала, как магия внутри поет тихую, спокойную песню.

Все казалось настолько идеальным, что тревоги отступили. Но однажды все изменилось. Я спускалась из своей комнаты в тренировочный зал и услышала приглушенные, но яростные голоса. Они доносились из-за полуоткрытой двери в один из приемных залов.

Я замерла, прислонившись к прохладной стене, не в силах пройти мимо.

- Ты прекрасно понимаешь, что все уже давно решено, - Кристофер звучал устало, но твердо. - Я дал тебе время собраться в дорогу. Ванесса коронована. Ты должна покинуть дворец.

- Покинуть?! - голос Исиды взвизгнул, превратившись в ядовитое шипение. - И смотреть, как пригретая на груди змея занимает мое место?! Я не уеду, Кристофер! Я не оставлю дворец ей в подарок!

Я рискнула заглянуть в щель между дверью и косяком. Исида стояла, выпрямившись во весь свой рост. Неподдельная ненависть искажала ее лицо. Кристофер, спиной ко мне, смотрел на нее, и по напряжению плеч было видно, как спор с тетей выводит его из себя.

- Ты все никак не успокоишься?! - повысил он голос. - Именно такие высказывания и привели тебя к сегодняшнему дню.

- Не ври мне! - Исида бросилась к нему, словно собираясь вцепиться когтями, но остановилась в сантиметре. - Она везде! Ее шепот в твоих ушах, ее тень в каждом коридоре! Это она украла все, что должно было быть моим! Я чувствую это!

Слова драконихи обжигали даже сквозь толщу двери. Я инстинктивно отшатнулась, прижав ладонь к груди, где сердце колотилось, как перепуганная птица.

- Исида, не заставляй выводить тебя из дворца со стражей. Это бессмысленно, - попытался вразумить ее Кристофер, но она уже не слушала.

- Я не успокоюсь, пока Элис не исчезнет! - прошипела она, и в ее голосе послышалась леденящая душу убежденность. - Я желаю ей одного: оказаться в темноте, где ей и место. Я желаю, чтобы она мертвой лежала у твоих ног, и ты наконец увидел, какую ошибку совершил!

От этих слов по моей спине пробежал ледяной холод. Воздух вокруг сгустился, и мне стало нечем дышать. Я больше не могла этого выносить и побежала прочь по коридору. Хотелось добраться до своей комнаты, спрятаться, свернуться калачиком под одеялом и попытаться стереть из памяти искаженное ненавистью лицо будущей родственницы и ее тихий, страшный шепот.

Тренировка превратилась в пытку. Ледяные сферы, которые обычно послушно зависали в воздухе по моей воле, сегодня с треском разбивались о каменный пол. Замысловатые узоры инея, которые я пыталась вывести на стене, расплывались в бесформенные пятна. Даже заморозить каплю воды в воздухе удалось с трудом - лед получался мутным и хрупким.

Мой учитель, старый маг Торальд, хмурил все более седые брови, но молчал. Он видел, что я не здесь, что мои мысли далеко, и, возможно, списывал это на усталость или каприз. Он не знал, что в голове у меня звучал один и тот же проклятый шепот: “Мертвой лежала у твоих ног…”

Я понимала Исиду. О, как же я ее понимала! Она видела угрозу своей власти, своему влиянию, будущему своего рода. А кто я такая? Никто. Простая девушка, случайно нашедшая путь в мир, где правят драконы. А Кристофер… он не просто король. Он был воплощением силы, древней крови, тысячелетней традиции. Наша любовь оказалась дерзким вызовом всему укладу его мира. Многие при дворе терпели меня лишь из уважения к нему, но их молчаливое осуждение витало в воздухе, давящее, как низкие свинцовые тучи. И от этого осознания кошки в душе скребли еще яростнее, оставляя кровавые рубцы сомнений.

Вечер застал меня в библиотеке. Я пыталась читать, но буквы плясали перед глазами, сливаясь в образы Кристофера и его тетушки. Вдруг дверь отворилась, и на пороге возникла Айлин. Ее глаза, всегда ясные и спокойные, сегодня блестели лихорадочным блеском, а щеки пылали румянцем. От нее пахло дорогим вином и духами с пьянящим, тяжелым ароматом.

- Элис, - голос дрожал от сдерживаемого волнения. - Ты здесь… Я… я должна тебе кое-что сказать.

Она подошла ближе, и ее взгляд стал таинственным и одновременно полным жалости.

- Только что я была в покоях короля. Мы говорили о государственных делах, но… - она сделала паузу, наслаждаясь моментом, и опустила глаза, будто смущаясь. - О, Элис, прости меня, но я не могу молчать! Он… Кристофер признался мне. В своих чувствах. Сказал, что связан долгом и обещаниями, но его сердце… его сердце стремится ко мне.

Мир вокруг поплыл. Книга выскользнула из моих ослабевших пальцев и с глухим стуком упала на ковер. Я не хотела верить, но Айлин выглядела так искренне, так растерянно и счастливо одновременно. Это был идеальный удар, нанесенный рукой мастера. Исида знала, куда целиться.

- Он просил меня никому не говорить, - Айлин понизила голос до доверительного шепота. - Но я видела, как ты смотришь на него. Я не хочу, чтобы ты страдала в неведении. Он не твой, Элис. Он никогда по-настоящему не был твоим.

Она повернулась и выпорхнула из библиотеки, оставив меня одну в кольце стен, заставленных книгами, которые вдруг стали казаться немыми свидетелями моего глупого, наивного краха.

Время остановилось. Я не помнила, как добралась до своих покоев. Я долго сидела на кровати, обхватив колени руками, и в голове стучало только одно: он сказал ей. Кристофер признался в чувствах. Пока я изводилась из-за угроз его тетушки, дракон искал утешения в объятиях другой. Удар Исиды достиг цели.

Я не стала слушать голос страха, что шептал мне сбежать и спрятаться. Опыт последних дней жестоко научил меня: слухи и чужие слова - яд. Если что-то и могло нас спасти, так только прямота. Я вытерла слезы, вдохнула полной грудью, выпрямила плечи и пошла в его покои. Мне нужно было посмотреть ему в глаза и услышать правду от него самого.

Длинный коридор, ведущий к покоям короля, казался бесконечным. Факелы отбрасывали на стены прыгающие тени, которые смешно и страшно копировали мою неуверенную походку. Наконец, я замерла перед массивной дубовой дверью с резным гербом.

Я потянула за тяжелую железную скобу. Дверь не поддалась. Она была заперта изнутри.

Сердце упало куда-то в туфли. И в этот миг я услышала. Сквозь толщу дерева, едва различимо, но невозможно перепутать. Тихие, прерывистые, эротичные вздохи. Женский стон, полный наслаждения. И низкий, сдавленный мужской стон в ответ.

Айлин. Та самая, что несколько часов назад с таким притворным сочувствием разбила мое сердце в библиотеке.

Внутри все оборвалось. Разум отказывался верить, но уши не обманешь. Звуки становились все настойчивее, откровеннее, сливаясь в мерзкую, животную симфонию предательства.

- Кристофер! - имя возлюбленного сорвалось с губ хриплым, чужим шепотом.

Ответа не было. Только стоны за дверью, которые теперь казались уже не тихими, а оглушительными.

- Кристофер! Открой! - я уже кричала, не в силах сдержаться, и начала бить кулаками по неподатливому дубу.

Каждый удар отдавался болью в костяшках, но эта физическая боль была ничтожна по сравнению с той, что разрывала мне грудь.

Я долбила и долбила в дверь, звала его, умоляла, кричала. Но единственным ответом мне были те самые звуки, от которых кровь стыла в жилах и мир рушился на глазах. Они не стихали. Они продолжались, будто меня не существовало.

Больше я не могла этого выносить. Я отпрянула от двери, словно обожженная, и побежала. Не помню куда, просто прочь от этого места, от этого ужаса. Ноги сами понесли меня по знакомым поворотам, пока я не выскочила на холодную, открытую веранду.

Ночной воздух обжег легкие, но не смог охладить пожара внутри. Я схватилась за каменные перила, пытаясь устоять на ногах, и наконец разрешила себе рыдать. Тело сотрясали беззвучные, судорожные спазмы. Внутри была лишь черная, бездонная дыра. Полная тишина. Полное опустошение. Он не просто предал меня. Он сделал это за запертой дверью, подлыми стонами другой женщины, игнорируя мои мольбы. Он разбил все, во что я верила, в клочья. И от этого в душе не осталось ровно ничего.

Я стояла, вцепившись в холодный камень парапета, и слезы текли по моему лицу беззвучными ручьями. Мир сузился до черной дыры в груди и оглушительного гула в ушах, в котором все еще стояли ее мерзкие стоны.

Внезапно из глубокой тени, что клубилась у колоннады, послышались мягкие шаги. Я вздрогнула и обернулась, сердце бешено заколотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Из мрака вышел Кристофер.