Глава 6

Анна

— Что-о? — удивленно спрашивает генерал Рокх, хлопая тёмными ресницами, прикрывая тяжелыми веками свои необычные светло-карие глазюки, которые стали слишком яркие за последние несколько минут. Хватка с обеих сторон немного ослабевает, цепи уже не тянут шею, просто висят на груди, как бусы. Не сразу соображаю, что непонятного я сказала и что ещё нужно пояснить. Ещё и громогласный смех седовласого блондина сбивает с толку, что становится не по себе. Он хохочет, как полоумный, держась за живот и тыкая пальцем в генерала. Недоуменно смотрю сначала на одного, потом на другого мужчину, которые, в принципе, вообще не отличаются особой сообразительностью и похоже, что вовсе не собираются меня отпускать. Моя цепь до сих пор накручена на их запястья, и они вполне себе крепко держат её с обеих сторон. Странные они. Мне кажется или эти мужчины и правда друг друга называли братьями? Да, точно! Но как такое возможно? Один же — эльф, а другой — орк! Видимо, всё же возможно. Несмотря на их непохожесть, в них действительно есть что-то общее, помимо роста и цвета глаз: колкость во взгляде, решительность в действиях и что-то ещё… Соперничество. Ну, ещё и ненависть друг к другу. Они точно братья? Что-то в это верится с трудом. Или всё же враги? Молчу, вперев в этих двоих свой непонимающий взор. — Просто скажи, человечка, что ты согласна! Ответь на мой призыв! — требует генерал, дёрнув рукой на себя, двигая меня ближе.

Щурюсь. Эльф молча тянет меня обратно. О, нашла кое-что ещё одинаковое в них — оба дебилы, это точно! Ничего не скажешь! Мужчины смотрят на меня, не отрываясь, будто бы ждут чего-то. А моё тело от этой цепи всё ещё горит огнём в прямом смысле этого слова. Нет, я понимаю, что мне и правда что-то нужно сделать, чтобы это прекратить. Но что именно, я не знаю. Или, скорее, просто не осознаю. Искры от цепи стреляют по коже, покалывают, давя на какие-то точки. Томящий узел, что собирался внизу живота, когда генерал лапал меня, и крутил меня всю изнутри, сейчас даёт о себе знать, распаляясь ещё больше от этого непонятного ритуала и двоих мужиков, что стоят совсем рядом. Я чувствую их. От одного исходит сила, ярость, резкость, а другой кажется парящим, невесомым, но всё это лишь пыль в глаза. Этот второй не менее уверен в своих действиях и готов стоять за своё до последнего. Он не менее жесток, чем этот Рокх. Это видно. И совсем не боится ни генерала, ни любого другого вокруг. Скорее, наоборот. Усмехается, что ли над всеми. Издевается! В том числе и над этим темноволосым орком. Так, стоп! Что-то… Что-то здесь не то! Блин-блинский! Так вот зачем я ему нужна⁈ Чтобы просто не досталась его братцу Рокху, что ли? Чтобы насолить ему за что-то, какие-то прошлые обиды? Ах, вы, гады! Я невероятно обижена, хочу и буду злиться столько, сколько понадобится! И, вроде бы даже злюсь уже, но внутри всё перемешалось, и цепь не даёт сосредоточиться. А от жаркого взгляда этих двоих пробегают мурашки по всему телу, пробуждая давно спящие ощущения внутри. Со мной происходит что-то невообразимое. Странное. Я будто бы сгораю от чего-то! Прямо изнутри! Такое точно со мной впервые! Это выше моих сил! Стону, не в силах сдержаться, и тут же прикусываю губу, опускаясь на колени, с силой сжав бедра. Чёрт их всех дери! Что это было? Мне не больно, нет, даже наоборот. Я чувствую что-то удивительное, непонятное возбуждение, сильное желание, которое нужно утолить. И желательно — незамедлительно. В своей голове представляю то одного, то другого мужчину. Как калейдоскоп они сменяют друг друга между моих ног.

— Ч-чёрт! — шиплю уже от злости сама на себя.

Но как такое может быть⁈ Также не бывает⁈ Цепь почему-то всё ещё висит на груди, но горит огнём всё также, даже ярче. Добрый эльф приподнимает меня за локоть и принюхивается, удивленно выпучив на меня свой желтоглазый взор. Да и генерал смотрит на меня в упор, практически не моргая. Его ноздри трепещут, и он начинает недовольно щуриться, глядя на Алрокха.

— Ты должна произнести ответные слова клятвы, — повторяет мне Рокх охрипшим голосом, потянув на себя ещё ближе и скинув с головы свой капюшон, обнажая своё практически идеальное лицо и накачанное мощное тело, демонстрируя его всем окружающим. Охи и ахи женщин, находящихся в клетках поблизости, сбивают с толку. Я и сама, кажись, ахнула. У него тоже заостренные уши, но не такие длинные, как у Алрокха. Этот его жест непонятен для меня. Он проводит рукой по своим волосам, будто бы и сам не знает, что ему делать. Закусывает верхнюю губу своими нижними клыками и ожидающе смотрит на меня. Типа, это должно было мне что-то прояснить или помочь прийти к какому-то выводу. Смотрю на него, боясь моргнуть, страшась, что всё это лишь сон. Красивый, дурманящий, лишающий мыслей сон. Сглатываю. В горле пересохло, как в Сахаре. Я ж и есть в пустыне, в общем-то! И хватит уже таращиться на него, Аня! Ёбаный… не важно кто или что, но я реально обалдеваю от вида, что предстал предо мной! Его лицо — просто невероятное и удивительное! Творение великого скульптора, как и этого эльфа, что уже давно не смеётся, а лишь как-то странно смотрит на меня. Нет, я, конечно же, уже видела сверкающие желтизной глаза Рокха в тени, его пухлые губы, широкий нос, шрам на скуле… Но то, что я вижу сейчас без этой тёмной накидки и всяких теневых атрибутов — впечатляет не на шутку. Гора мышц. Жёсткий. Резкий. Опасный, как бензопила. Но безумно привлекательный. В нём нет и ни капли мягкости. Брутальность — это вот точно про него. Седовласый блондин-эльф тоже хорош, несомненно, да так, что захватывает дух при взгляде на него. Оба красавцы, бесспорно, но они абсолютно разные. Они — как день и ночь, свет и тьма, добро и зло… И меня не на шутку тянет к кому-то из них! К кому же? Генералу? Или всё же странному и хмурому эльфу? Не к обоим же сразу, в конце-то концов! — Повторяй за мной, человечка, — говорит мне Рокх словно слабоумной, выпучив свои жёлтые глаза, будто бы гипнотизируя. — «Я, призванная никха, говорю судьбе…»

М-да, уж. Морщусь. Теперь-то уж точно уверена, что к генералу меня не тянет. Ни капельки! По крайней мере, я так думаю. В его словах, когда он произносит одно единственное слово — «человечка», сквозит пренебрежение, и это мягко сказано. И мне это совсем не нравится! Как он так может? Человечка! А ты — тупой кретин!

Тьфу на него! Терпеть не могу подобное неуважение. Я же не называю его дебилом или просто орком! Тут же мысленно взбрыкиваю — срабатывают инстинкты, и всё пошло не так, как хотелось бы, и явно не в лучшую сторону и, скорее всего, по пизде. Возможно, даже по моей.

— Пошёл ты! — гневно рявкаю ему, снова хватаясь за цепь двумя руками, рьяно дёргая за неё, пытаясь снять ее со своей шеи. А она только туже петляет меня, душа, как змея, будто бы живая, мешая дышать полной грудью. — Чё-ёрт! Что происходит? — оттягиваю её от горла, ничего не понимая. Ведь она должна была слететь с меня! Точно говорю! Висела ж до пупа! Я понимала, что она оттянута довольно сильно, и оставалось лишь снять её со своей шеи, скинув с башки. И всё! Но что-то снова пошло не так, и она стянула меня лишь сильнее, снова создавая дискомфорт, обездвиживая меня.

— Что-о? — спрашивает Рокх, удивленно уставившись на меня. Будто то, что он скинул с себя всю свою мишуру, я должна была кинуться ему в ноги и умолять его взять меня, ну или хотя бы прихватить меня с собой. Ага! Сейчас! Только волосы назад! — Ты не поняла… — шипит он, начинает мяться у клетки, переступая с ноги на ноги.

— Не, генерал, это ты не понял! — отвечаю ему, корчась от боли. — Я — человек! Не человечка!

— А разница? — тупит он, нарываясь на ответку в стихотворной форме.

— Ты ненавидишь таких, как я! Лучше сдохнуть, чем до конца жизни слушать эти слова, полные презрения и неуважения! — отзываюсь.

— Что-о? — непонимающе рыкает он, будто бы недоумевая, демонстрируя мне свои огромные клыки. Он явно тугодум. И как он стал генералом, а? Это прямо как в сказках. Орки, и правда, обделены умом, но не силой. — Мы избавляем тебя от охоты, дура! — шипит мне прямо в лицо генерал. — Соглашайся быстро! И принимай мой призыв! Ну, — неожиданно замолкает он, глядя на соперника, — или хотя бы его.

— Что? — ничего не понимаю уже я. Видимо, тупость в этих местах заразна!

— Не думал, что скажу это, — цедит сквозь зубы Алрокх, встревая в наш разговор, — но Рокх прав! Ты должна выбрать одного из нас, чтобы избежать дальнейших проблем!

— Что-о? — опять переспрашиваю. Что происходит? Я как в дурдоме, ей-Богу!

— Ты чё, мать твою! Откуда свалилась? — недовольно шикает генерал, потянув на себя цепь. Та звякает, пригвоздив меня к прутьям клетки. — Ты ведь знаешь, если на девушку имеется несколько претендентов, она должна выбрать хотя бы одного, чтобы избежать охоты⁉ Для своей же безопасности!

— Какой охоты? — лупаю на него своими глазами, пытаясь переварить его угрозу.

— Да самой обычной, твою мать! — рявкает он. — Ты что же, не знаешь что такое «охота»?

— Да знаю я! — шиплю ему в ответ, словно змея. — Только нихрена не понимаю, причем здесь я? Что это значит, вообще? Меня же явно не зовут охотиться на зайцев, сидя верхом на коне!

— Это значит, — встревает эльф, — что ты должна выбрать! И немедленно! Иначе, вскоре Клодий объявит на всех оставшихся девушек охоту. И тебя в том числе! И тогда, кто тебя нагонит, и будет твоим хозяином. В охоте участвуют все желающие, не только претенденты! А их на тебя и твоих подруг сейчас немало!

— Что это значит? — всё равно не понимаю я. — Что значит эта «охота»? — уточняю я на всякий случай. — Как на какого-то зверя? Или как в «Голодных играх», что ли?

Мужчины молча переглядываются. Они явно не смотрели этот фильм и не имеют представления, о чем именно я говорю. Но они ведь явно шутят, правда? Такого ведь просто не может быть!

— Вас отпустят, дадут фору в несколько минут, а потом… — начинает пояснять генерал.

— Я поняла! — слишком резко перебиваю его. Мне и так страшно, а его рокочущий голос пробирает до мурашек и холодного пота по спине.

— В охоте тебя могут ранить! Понимаешь? — сжимает Рокх цепь всё сильнее. — Мечем, перерезав сухожилия, чтобы не смогла бежать дальше. Или стрелой в руку, чтобы капала кровь, и ты не скрылась от их нюха. Но тебе и этого не нужно! От тебя несёт за версту!

— Ну, извините! — язвлю я. — Мне не выдали времени на ванну, чтобы смыть с себя дорожную пыль, господин!

— Что? — не понимает моей искрометной шутки тупой генерал. — Я не…

— Оборотни в погоне оборачиваются! — говорит Алрокх, перебивая нас, переводя всё моё внимание на него, проникновенно глядя в мои глаза. — Они тогда быстрее всех, понимаешь? И нюх у них лучше, чем у меня или Рокха, понимаешь? Они учуют тебя раньше, чем любой другой! А Рокх просто имел в виду, — кидает быстрый взгляд на брата, потом снова на меня, — что от тебя приятно пахнет. И это заметили все вокруг, поверь!

Генерал опускает взгляд вниз, чуть нахмурив свои брови. Он будто стесняется, и это так мило, что сил нет. Было бы, если бы моя жизнь не весела бы на волоске.

— И, нагнав девушку, оборотни начинают немедленно присваивать её, — добавляет Рокх, переходя обратно с неловкой ему темы на охотничью. А я вытаращиваю глаза. Про это самое присвоение мне вроде бы уже говорил колдун. — Ты всё правильно поняла, малышка! — кивает он, прочитав мои нехорошие мысли на моей удивлённой роже.

Ну, скажем так, «малышка» — уже намного лучше, чем просто «человечка». Хрен с ним, пусть будет так. А из уст этого здоровяка такое слово звучит как-то по-особенному. Я не услышала ни усмешки, ни пренебрежения в его словах. Как ни странно, в них звучала искренняя забота и переживания.

— Всё, хватит! — пыхтя, произносит Клодий, распихивая зевак и продвигаясь ближе к нам. — Времени прошло предостаточно! Девушка не даёт вам своё согласие! И все слышали, что она вас всех послала!

— Завали хлебало, тролль! — рявкает генерал.

— Н-нет! — от страха пятится это ужасное жирное существо ближе к охране, но набирается смелости под довольное улюлюканье остальных собравшихся. — Правила для всех одинаковые! И, раз она не ответила ни одному из вас…

— Она не знает, что нужно отвечать, Клодий! — слышу голос моего ведьмака Эльмана. Мой Гендальф! Он — мой спаситель! Худощавый старик неожиданно выходит из толпы, подходя ближе. — Она не знает всех правил! Девушка не из здешних земель, и ты знаешь об этом!

После его слов генерал почему-то удивленно смотрит на меня, а потом улыбается, сверкнув своими клыками и кивнув своим же мыслям, типа, он догадывался всё это время о чём-то, а теперь всё просто встало на свои места.

— Плевать! — шипит тролль. — Правила непоколебимы и неоспоримы! Её проблемы, что она этого не знает!

Гендальф яростно сжимает кулаки, но тут же безвольно распрямляет их, тяжело вздыхая, и смотрит на меня таким жалостливым взглядом, что хочется взвыть или заскулить, ещё не решила. Мне не жалость его нужна, а действия! Хочу выбраться отсюда!

Клодий машет рукой, подзывая к себе свою охрану, и они тут же подходят к нашей клетке.

— Тронешь хоть пальцем, — шипит эльф на самого бесстрашного из подошедших к нам и хватается за рукоять своего меча, — убью!

Тот сразу же останавливается, боясь его угроз. Ведь даже я поверила в это! Он убьет его без тени сожаления и колебаний. Это читается в его взгляде, сосредоточенности, готовности в любой момент кинуться на любого, кто его ослушается.

— Не запугивай их, Алрокх! — произносит Клодий. — Правила! Помни их! Иначе девчонка не достанется никому! Охота начнется незамедлительно! И вообще, — говорит он, похрюкивая от удовольствия и своего всевластия в данный момент, — у меня много колдунов! С их силой и мощью не сравнишься ни ты, ни Рокх, ни его армия. Они скрутят вас в два счета! — хмыкает он. — Эльман! Продемонстрируй!

Колдун подходит к клетке ближе, прикрывает глаза и протягивает ко мне руку, чуть касаясь моей ладони, а его губы начинают двигаться в беззвучном заклинании. Я молча смотрю на старика, пытаясь вслушаться в его невнятное и тихое бормотание. Моя цепь больше не причиняет мне дискомфорт и не горит огнем. Пламя на ней сошло на нет, и цепь снова стала просто моими путами, обычной железякой, сковывающей мою шею и руки.

— Что ты сделал, колдун? — хватает его за грудки генерал, когда тот распахнул свои светлые глаза.

— Я просто сделал свою работу и снял с неё ваши обеты, — говорит он громко, а затем вижу, что он что-то украдкой прошептал генералу. Заколдовал его? Вроде бы нет! Но он точно услышал, потому что чёрные брови генерала взметнулись вверх, а затем снова нахмурились, и он недовольно отпихнул колдуна в сторону. — Она свободна для охоты, Клодий.

Ведьмак снова что-то зашептал, ведя своими руками перед собой, и клетка начала мерцать. Затем мерцание пропало, и Эльман устало открыл глаза.

— Скажи остальным колдунам, чтобы открыли клетки с другими девушками, — машет в сторону эльфиек Клодий. — А этих выводите на дальнюю поляну и пусть ждут! — командует он своей охране.

Генерал всё это время сверлит взглядом эльфа, будто что-то решает для себя. Тот не отстает, щурится, а затем незаметно кивает ему. Рокх кивает в ответ и отводит взгляд, переводя его на меня.

— Всё равно ты будешь моей, человечка! — говорит он мне, потянув за цепь. Я опять дергаюсь, безвольно делая шаг к нему. Как достали эти самодовольные придурки с комплексом господина!

— Ещё посмотрим! — хриплю ему, потому что мои кандалы слишком сильно передавили мою глотку. А тот только довольно скалится, демонстрируя мне свои клыки. Бесит! — Ты ещё пожалеешь, генерал!

— Нисколько, чужеземка! — лыбится он мне, отпуская цепь, звякнув ею о пол. — Никому не сметь её трогать! — взревел генерал, резко поворачиваясь к толпе, окидывая гневным взглядом всех собравшихся зевак, тыча в меня пальцем. — Уничтожу любого! — слышу откровенную угрозу и рычащие нотки в его голосе. Будто зверь какой рядом, а не человек. Ах, ну да, он же орк!

— Значит так, — не церемонясь, хватает меня за грудки этот самый генерал, — если хочешь остаться с нами, то должна выслушать меня.

— А если не хочу⁈ — нарываюсь на скандал, чесслово! Ну кто меня за язык-то всё время тянет⁈ Нет, чтоб замолчать, покивать, и сделать всё по-своему. Ну нет же, нужно довести до белого каления того, кто хоть как-то, вроде бы, пытается мне помочь выбраться отсюда.

— Замолчи и слушай! — рыкает Рокх. Молча киваю, будто бы всё поняла. Ладно, потом соображу, что мне делать. А в голове уже зреет план побега. Ну как зреет, стукает по темечку только пока одна навязчивая идея — бежать, а там видно будет. — Теперь вам всем нужно будет пройти охоту, раз ты демонстративно отказалась от нас! Твоя задача — дойти до противоположного берега.

— Чего⁈ — не понимаю я. — Какого еще берега?

— Двигайся восточнее через те деревья и беги зигзагом, по возможности заметая следы, — показывает он мне рукой направление. — За дальним холмом — река. Я буду ждать там.

— А девочки? — спрашиваю, оборачиваясь, глядя на своих подруг.

— Алрокх тебя подстрахует. О подругах не переживай, о них позаботятся мои ребята, я договорюсь. Тем более, мой младший брат уже выбрал одну из них, — хмыкает он, глядя на Машку, затем он разворачивается и уходит, поправив на своей тупой башке капюшон.

— Всё, хватит! — орёт Клодий. — Все вон! Принимаю ставки в течение десяти минут и начинаем!

— Не переживай, Анья, — шепчет мне эльф, — я не дам тебя в обиду! — накидывает и он на себя капюшон, скрываясь в толпе.

— Я — Анна или просто Аня, не Анья, — смотрю ему вслед. Кому говорю? — И ничего, что я не умею плавать⁈ — чуть слышно отзываюсь, отходя к девочкам, натягивая капюшон и на себя. Я всё ещё вижу его спину, мужчина неожиданно поворачивается, кивая мне, и продолжает путь, как ни в чем не бывало.

— И что теперь будет? — спрашивает Катерина, садясь рядом со мной.

— Если не хотим попасться оборотням, то готовимся к кроссу, — отвечаю ей, пытаясь беззаботно улыбаться.

— Там же километра три! — встревает Мария, нервно перебирая подол своего платья-накидки.

— Надеюсь, что всё же поменьше, но все через кусты и деревья! — подтверждаю, что далеко и нелегко. — Будем надеяться, что у нас получится, и я не потону перед самым финишем, если всё же доберусь до реки.

Рокх же обещал, что меня подстрахует Алрокх, значит, беспокоиться не о чем. Он мне тоже сказал, что не даст в обиду. Всё будет хорошо!

Вот же ж, блин! Ещё одно совпадение! Их имена заканчиваются одинаково! Только что дошло! Они, и правда, братья! Наверное.

— Вперёд, дамы! — говорит нам Клодий, стараясь согнуться в актерском поклоне, махнув рукой в сторону нашего старта, но его огромное пузо не дает этого сделать, поэтому он кивает лишь головой, чуть вытянувшись вбок.

Сердце снова заходится вскачь от бешеного адреналина. Плохо одно — спорт я никогда не любила, поэтому могу выплюнуть свои легкие раньше, чем доберусь до середины пути. Лишь бы удалось выжить и не переломать свои конечности.

— Господи, помоги! — шепчу одними губами, ид вслед за пятью девушками из нашей клетки. Остальные так и остались на своих местах. Значит, их кто-то уже успел выбрать, и они оказались более сговорчивы, чем мы.

— У вас будет десять минут форы, дамы! — орёт тролль, когда мы все собираемся на небольшой полянке у редких и сухих кустов. Я насчитала двадцать три девушки всех рас. Рядом со мной стоит и шипит всё та же красивая эльфийка, которую никто не выбрал. Или же она, как и я отказалась от своего нового хозяина. А теперь ни её, ни меня никто и спрашивать не станет. Будет тот, кто догонит. Прекрасно, твою мать! Хотела приключений? Лови, Анька!

Смотрю вдаль, ища наилучший путь. Там кусты уже становятся гуще и выше, перерастая в деревья. Всё бесполезно, всё равно нам не спрятаться и не скрыться. Остается одно — бежать, и как можно быстрее.