Глава 30

Саломея

Вырваться из цепких объятий мужей оказалось непростой задачей. Они не хотели пускать меня ни в мастерскую, ни в съемную квартиру, ни просто прогуляться. Право на прогулку я отвоевала, только согласившись на охрану. К счастью, избавиться от людей оказалось не так уж сложно. А от чертей еще проще. Они хоть и всяких чудовищ видели, но женщин, вошедших в Вечный Город, все еще побаивались.

Заброшенное кладбище встретило непривычным спокойствием. Начиная с двадцать второго века люди перестали организовывать традиционные кладбища, перейдя на более экологичные методы утилизации тел: экологические сады, атомное расщепление, солнечные сожжения. В общем, выбор огромный, а вот старые добрые кладбища стали чем-то вроде культурного наследия. След духовного развития цивилизации, как было написано в одном из туристических путеводителей.

Взгляд упал на старое, треснутое надгробие. Имени покойника уже нельзя было прочесть. Как и прощальной надписи.

— Вино будешь?

— А ты привычкам не изменяешь?

Рядом стояла Ева. В одной руке она держала серебряный стакан, инкрустированный рубинами, а во второй кувшин с вином.

— В этот раз ангельское.

— Ты таки добралась до Михаила?

— До Гавриила. Что делать, если муж бесполезен.

Мы молча обнялись. Это было странное чувство возвращения в такой теплый, но давно забытый мир.

— У меня для тебя сюрприз, — сказала Ева и показала в сторону полуразрушенного склепа.

Там в сопровождении трех бесовок и восьми чертей стражей стояла Касикандриэлла. Она выглядела как обычная женщина: длинные волосы, спортивный костюм и кроссовки. Но аура у этой женщины была такая, что не каждый демон осмелится подойти, не говоря уже о простых людях.

— Мы думали, они тебя быстрее найдут, — улыбнулась королева и подошла к нам.

Черти тут же бросились врассыпную, а бесовки только закатили глаза, глядя на попытки сородичей накрыть стол и проверить защиту кладбища.

— Не думала, что встречу Владычицу Вечного Города в таком месте.

Касикандриэла тоже обняла меня. И вот сейчас я поняла, что все вернулось на свои места по-настоящему.

— Как будто у меня будет возможность нормально с тобой поговорить, когда вы вернетесь. Они же тебя из поместья не выпустят.

— А Люцифер знает, что ты здесь?

— Нет, конечно. Иначе тут уже бы бегал адский легион в поисках наших бессмертных душ.

Я помнила, что когда королева вернулась в Вечный Город, Владыка даже к переходам ее не пускал. Так боялся, что жена захочет вернуться в мир людей. Но не думала, что столько столетий не вылечат его фобию.

— Вина? — снова предложила Ева.

— У меня свой, — Касикандриэла протянула изящный хрустальный фужер.

Вино полилось рекой. Мы сидели посреди надгробий и делились всем, что произошло за это время.

— Ты бы видела, что они творили после твоего ухода, — рассказывала Ева. — Даже проклятье их не остановило.

— Тебе как вообще в голову пришло наложить на них эту дрянь. Как только сил хватило?

— Это я помогла, — призналась Касикандриэлла. — Нормальное наказание. Полезли непонятно куда, дали горгонам себя напоить, а потом еще и жену все это расхлебывать заставили. Еще легко отделались.

Я усмехнулась. Я жалела мужей. Все, что произошло, было результатом их неосторожности, а не злого умысла. Но, в то же время Касикандриэла была права. Они действительно легко отделались. Демоны не терпят неосторожности. Это нам всем чуть не стоило вечности.

— Кстати, как горгонам удалось их убить? Демоны вечны.

— Они погасили на время их душевную искру, — ответила Ева. — Когда это случилось, Владыка приказал провести расследование. Демона убить нельзя, в привычном понимании. Раз за разом, подпитанные воспоминаниями, они будут возрождаться в стенах Вечного Города и огненных долин. Но можно на время погасить их искру. И тогда демон превратится в труп, пока искра не вспыхнет вновь.

— Значит, они нашли способ подавлять демоническую сущность?

— Не то, чтобы они его искали. На самом деле, горгоны это всегда умели, но благоразумно скрывали, — Ева наполнила бокалы еще раз. — Лучше всего этим искусством владела Медуза.

— Не рассказывай дальше, — попросила я.

Сердце наполнилось горечью от воспоминаний о том, как жестоко обошлись с женщиной.

— Что с сестрами?

— Все в порядке. Их укрыла у себя Хель. Климат так себе, но в остальном все довольны. Расскажи, какие у вас планы? Когда ждать возвращения домой?

— Как только закончим все дела. Мамона сразу попросит разрешения на переход.

— Мы будем ждать вас. И, — один из чертей поставил передо мной черный кувшин, — это вино снимет проклятье. Только много не пейте. Иначе похмелье жуткое.

Мамона

— Почему ее так долго нет?

Мамона смотрел на столешницу, где с бешеной скоростью бежали цифры и графики, которые нужно было изучить. Конрад нервно мерил шагами комнату. Впервые князя нервозность брата не раздражала. Даже немного забавляла. Давно он не видел демона Раума таким уязвимым.

— Сейчас всего семь вечера.

— Она должна быть дома, — настаивал Конрад. — Почему мы не идем ее искать?

— С ней все хорошо. Скоро вернется.

— Как ты можешь оставаться таким спокойным? — Конрад швырнул в стену стакан.

Мамона на мгновенье оторвал взгляд от экрана. Вздохнул и, сложив руки в замок, посмотрел на брата.

— Дай ей пообщаться с подругами.

— С какими подругами?! Я всех уже проверил!

— Сегодня на старом кладбище западного предместья открылся переход. Бесы говорят, что Владычица инкогнито решила посетить мир людей. Кар Саломеи стоит на парковке. Лучше подумай, что мы подарим родителям жены. Все же, первая встреча.

— Думаешь, шока оттого, что дочь спуталась с двумя кобелями им недостаточно в качестве подарка? — сострил Конрад.

Мамона, в какой-то степени был согласен с братом. Вряд ли что-то могло затмить их совместное появление. Но все же, ему хотелось соблюсти хоть какие-то приличия.

Вика

Идея выйти на работу теперь казалась не такой удачной, как неделю назад. На седьмой день офисного рабства Вика поняла, что возможности встретиться с Конрадом у нее не будет. Даже если он и появится в офисе, то так называемые коллеги не дадут ей шанса привлечь внимание шефа. Но больше всего раздражало не это. Больше всего девушку бесил Гена.

Стоило сестре исчезнуть с деньгами, как любовник из покладистого подкаблучника превратился в бытового тирана. Он требовал от нее еду, уборку, полное бытовое рабство. Но хуже всего было то, что все эти дни Гена торчал дома, и ничего не делал. Когда она возвращалась уставшая домой, любовник пытался скандалить, манипулировать, угрожать, сравнивать ее с сестрой.

Ее зарплату Гена тоже уже распределил. В его голове деньги, которые через неделю поступят на ее личный счет, должны были пойти в общий бюджет. А ей совсем не хотелось тратить заработанные таким трудом средства на любовника. Нужно было что-то придумать, чтобы от него избавиться. Но усталый мозг просто не мог ничего придумать.

Вика, сидя в кафе, достала телефон и нашла контакт матери. Ей нужно было поговорить с кем-то, кто заведомо был на ее стороне. Но абонент не отвечал. Набрала номер отца, результат оказался тем же. Вика села в кар, но вместо того, чтобы лететь домой, загрузила адрес сестры.