Глава 31

Александра

После встречи с девочками в голове слегка шумело. Включила кар на автопилот и полетела в сторону мастерской. Заказ на восстановление кукол еще был не завершен. Поэтому решила забрать коллекцию сегодня и занять часть библиотеки мужей. Там был идеальный свет для работы, и в целом мне нравилась атмосфера помещения.

К тому времени, как кар опустился на парковку, алкоголь отпустил. Открыла бутылку воды, которую на всякий случай держала в каре, сделала глоток и вышла из кара.

В этот раз дорога от парковки до мастерской ощущалась совсем иначе. Еще недавно по этим коридорам шла униженная, брошенная женщина с коробками старого хлама. Как мало нужно времени, чтобы все изменилось. Я улыбнулась. Вспомнила, как впервые в этой жизни увидела Конрада. За эскорт, к слову, надо будет ему скандал устроить. Чтобы жизнь медом не казалась. А потом резко остановилась. В глубине коридора послышался знакомый голос.

— Ты не понимаешь, мама! Я достойна большего! Я, а не она! Почему она все у меня отнимает?!

Три дня назад от этого голоса меня бы затрясло от злости и обиды. В этот раз я просто прислонилась к стене, чтобы не выдать присутствия, и продолжила слушать. К сожалению, слов матери слышно не было. Но по интонациям было понятно, что она пыталась успокоить любимую дочь.

— Мама! Гена ничтожество! Я не хочу с ним быть! Это она специально все подстроила! Чтобы я ее от него избавила!

Ну надо же, теперь я еще и виновата, что она увела у меня мужа. Гена в браке был не самым удобным мужчиной. Но, благодаря системе, деньгам и некоторым усилиям, даже из него удалось сделать подобие нормального мужика. А вот Вика в какой-то степени была мудрее меня. Она не хотела из него делать мужика.

— Нет, мама! Я заставлю ее отменить развод! Она должна к нему вернуться!

— Кто к кому должен вернуться? — я вышла на свет и подошла к сестре.

Она выглядела паршиво. Макияж явно делался на скорую руку, под глазами появились мешки от недостатка сна, лицо сильно похудело и как будто вытянулось.

— Ты должна вернуться к Гене! Он твой муж! — сестра поспешила сбросить звонок, но я успела услышать виноватый возглас мамы.

— О том, что он мой муж, нужно было думать до того, как залезла к нему в трусы.

Вика побледнела. Раньше, чтобы не разжигать конфликт, я бы проигнорировала ее слова. К счастью, времена изменились.

— Пойдем, — разблокировала двери и жестом пригласила сестру.

Вика по-детски надула щеки и, громко стуча каблуками, пошла вперед. Вспыхнул верхний свет. Датчик ассистента моргнул, давая понять, что программа готова к работе.

— Так зачем ты пришла на этот раз?

Вика плюхнулась на гостевое кресло. Мое место ее интересовало. Она смотрела на него с азартом хищника. Но рисковать побоялась.

— Ты должна вернуться к Гене. Он скучает.

— Странно, что об этом мне ты сообщаешь, а не он.

— Он чувствует себя виноватым.

Я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Гена чувствовал себя виноватым, а его любовница пыталась спасти наш брак. Я прожила столько воплощений, но с таким сталкивалась впервые.

— Можешь записать его на психотерапию. Его базовая страховка эти услуги покрывает. Так что не переживай, твоей зарплаты вам на жизнь хватит.

— Я не работаю! Гена…

— Гена подписал договор не с тем клиентом. Не думаю, что в ближайший год Криминальное Управление даст ему возможность возобновить практику. А ты, насколько я знаю, работаешь живым ассистентом у Конрада Мамона.

Вика ударила ладонью по столу. Она всегда так делала, когда эмоции захлестывали, а аргументов не хватало.

— Не говори глупости!

— Сестренка, давай начистоту, — я откинулась на спинку кресла.

Раньше Вика была для меня человеком, которого я меньше всего хотела бы видеть в своей жизни. Сейчас я смотрела на нее как на избалованного и глупого ребенка.

— Я хочу, чтобы ты вернулась к мужу.

— Мне плевать на твои хотелки.

— Но… Ты такая лицемерка! Говорила, что любишь его, а теперь, когда есть возможность вернуться — отказываешься!

— Вик, ты сама заварила эту кашу. И сама ее расхлебывай. Меня в это не вмешивай.

Сестра замолчала. Я не знала ее судьбы. Но подозревала, что теперь ей придется научиться не только отвечать за свои поступки, но и повзрослеть.

— Думаешь, связалась с богатыми мужиками, и тебе все можно? Они тобой попользуются и выбросят!

— Сестренка, я смотрю, ты и сама не прочь быть использованной. Иначе с чего бы тебе устраиваться в офис обычной секретаршей?

Это был удар ниже пояса. Сестра вскочила со своего места, из уголков глаз брызнули злые слезы. Что-то сказать она уже не смогла. Закричала как ребенок, которому отказали в покупке сотой игрушки, и побежала к выходу.

Я осталась одна. Облегчения или удовлетворения от этой сцены не почувствовала. Но и обиды, как это случалось раньше, тоже не было.

— Кхм, — деликатно дал о себе знать Адам.

— Только не говори, что без меня что-то случилось.

— Ничего серьезного. Князь приказал помочь с вещами.

— Хорошо. Организуешь для меня мастерскую?

— Уже все готово.

Конрад

В камине плясал живой огонь. Он согревал и напоминал о доме. А еще, о тех далеких столетиях, когда все дома этим огнем отапливались. Сейчас, чтобы получить в доме роскошь в виде живого огня, нужно было пройти целый ряд бюрократических процедур, чтобы получить сертификат безопасности. Это касалось не только каминов и печей, но и банального бытового газа, который в прошлом был чуть ли не в каждом доме, а сейчас принадлежность элитной кухни.

Никаких разрешений на камин Конрад, естественно, не получал. Это было противоестественно для его демонической сущности. И это маленькое нарушение человеческих правил делало факт обладания очагом вдвойне ценнее.

Жена вошла в комнату бесшумно. Но он все равно почувствовал ее мягкое присутствие и улыбнулся. Тревожность испарилась сама собой. Он не оборачивался. Ждал, когда мягкие руки лягут на плечи, а потом она наклониться и подставит губы для короткого, но страстного поцелуя.

— Тяжелый день?

— Сумбурный, — ответила Александра и осторожно коснулась его губ.

По телу пробежал приятный, возбуждающий импульс. Только это возбуждение было теперь не голодным, звериным. А трепетным и осторожным.

— Выпьешь со мной?

Она протянула ему бокал. Жидкость в нем казалось густой, словно варенье.

— Всего бокал? Не маловато для демона?

— Это из Вечного Города. Из запасов Владычицы. Похмелье от него не самое приятное.

Саломея, со вторым бокалом, опустилась в кресло напротив. Она выглядела мягкой, женственной, трогательно уязвимой. Конраду захотелось схватить ее за плечи и обнять настолько сильно, насколько это было можно.

— Так это правда? Сама Камикандриэла сегодня посетила мир смертных.

— Мы давно не виделись.

Демон сделал глоток вина. Вкус был насыщенным, но ровно до той грани, когда эта насыщенность доставляла удовольствие.

— Расскажешь новости?

— Усадьба в порядке. Владыка лично ее законсервировал и закрыл куполом.

— Куполом?

— Боялся, что кто-нибудь влезет в сокровищницу Мамона и потом весь город на ушах стоять будет.

Они засмеялись. Конрад вспомнил, как Мамона недосчитался пера у рубинового павлина. Перо искали даже в лимбе. Только через три месяца жители поместья узнали, что перья птица сбрасывала, чтобы из них появились птенцы.

— Как ты жила без нас? — вдруг спросил Конрад.

Саломея замолчала. Конрад вдруг осознал, что за эти несколько дней она ни разу не рассказывала подробности о своих прошлых воплощениях. А ему было интересно, чем дышала все эти столетия его женщина.

— По-разному, — улыбнулась Саломея. — Это было интересно. Знаешь, во втором воплощении я изучала медицину. Специализировалась на сердечных болезнях.

— Была успешным врачом?

— Хирургом. Делала пересадки в основном. Я помню, какое это было потрясающее чувство — видеть, как бьется сердце. В том воплощении я поняла, насколько люди сложны и несовершенны.

— А потом?

— Потом была биология. Вирусы, вакцины, эксперименты. Моя самая скучная жизнь. В ней не происходило ничего особенного.

— Совсем ничего?

— Ну, если не считать слез по погибшей кошке.

Он внимательно слушал о ее земном опыте. Иногда сопоставлял даты, места, события, где они могли бы пересечься.

Например, в четвертом воплощении Саломея работала с детьми. А Мамона как раз организовал благотворительный фонд, для оптимизации налоговой нагрузки. Этот фонд время от времени помогал воспитанникам Саломеи. Но они тогда так ни разу и не встретились.

— У меня тогда была так себе внешность, — призналась женщина. — Я комплексовала, и на встречу со спонсорами отправляла помощницу.

Помощницу Конрад тоже вспомнил. Обаятельная брюнетка, с лицом в форме сердечка и мелкими кудрями. Она потом вышла замуж за помощника Мамона. Они могли бы встретиться с Саломеей на свадьбе, но та улетела по делам и на основном торжестве не была.

Еще одна судьбоносная встреча могла произойти, когда жена работала журналистом. У них должно было состояться интервью, но в последний момент редактор поменял журналистов, отдав работу своей племяннице.

— Странно осознавать, что ты так часто была рядом, и только случайность нам мешала, — демон допил вино.

— Как вы в этот раз меня нашли? Вызов в управление не был случайностью, верно?

— Нет. Я уже отчаялся тебя найти и… — он запнулся.

Признаваться жене, что пытался найти утешение в других женщинах, было неловко. За их первую встречу вообще хотелось провалиться сквозь землю. Но пришлось взять себя в руки.

— Мне стыдно за это.

— Ты имел на это право. В какой-то степени, я сама виновата, что не оставила следов.

Конрад об этом никогда не думал. Точнее, он хотел бы, чтобы она хоть как-то намекнула им о своем местонахождении, но никогда не винил в том, что этого не сделала.

— Мамона нашел какую-то гадалку, усилил крохи дара своей кровью, и та показала ему видение.

— Видение?

— В нем ты спорила с каким-то типом о технике реставрации. Князь не видел лица, но запомнил голос и манеру общения.

— И поэтому вы придумали это дело с маньяком?

— Дело реальное. Просто нам повезло.

Конрад хотел встать на ноги, и подойти к жене, но колени вдруг подкосились, и он снова рухнул в кресло.

— Я же говорю, вино крепкое.

— И правда.

Конрад вдруг почувствовал, как комната мягко качнулась, веки потяжелели. Последнее, что он видел, как Саломея ставит свой бокал на стол.

Саломея

Муж уснул. Нужно было кого-то позвать, чтобы его перенесли в спальню. По моим расчетам, он должен был проспать часов семь. Но почему-то никого не звала. Просто смотрела, как расслабилось красивое лицо, и на бледных щеках появился румянец. Я не знала, что ему снилось, но явно, что-то приятное.

— Что с ним?

В гостиной появился Мамона. Муж посмотрел на брата, подошел к нам, взял мой бокал и одним глотком осушил.

— Вино из Вечного Города, — я посмотрела на пустой фужер в его руке.

— Оу, — сказал князь и пьяно качнулся.

— Из личных запасов Касикандриэлы.

Последнюю фразу муж уже плохо слышал. Он рухнул на пол и громко захрапел.

— Как будто она это вино из дурмана делала, а не из винограда.