Глава 29

Драккар немного покачивался, так, словно легкие волны бьют о борта, заставляя морскую посудину тревожить водную гладь.

Я открыла глаза, и не сразу поняла, где я. Над головой был плотный брезент, не пропускающий солнечный свет. Было тихо. Слишком тихо. Я потерла глаза кулаками и на корточках высунулась из своего укрытия.

Хотела было закричать, но мне тут же закрыли рот, так плотно, что я не могла даже вдохнуть.

— Тсссс…. — Ирлинг прижал меня к себе спиной, и склонился к уху. — Тихо, Бланш. Успокойся.

Как можно было успокоиться, когда я видела это!?

Плотный молочный туман окутывал лодку. Настолько непроглядный, что я не сразу разглядела команду капитана, которая напряженно ждала, подняв весла в воздух. За бортом, переливаясь изумрудными волнами, плыли ужасные существа. Их хвосты, покрытые изумрудными чешуйками, проглядывали сквозь толщу воды, а страшные головы высовывались на поверхность и злобно шипели, осматриваясь по сторонам. Когда я говорю «страшные», я имею ввиду ужасно страшные! Они были бы похожи на людей, если бы не огромные, словно залитые молоком глаза, острые скулы и жуткая челюсть, выставленная вперед с рядами треугольных острых зубов, покрытых коричневым налетом. Они выглядывали из воды и осматривались, словно искали добычу, но каждый раз когда они натыкались взглядом на нас, они уводили его, так и не найдя цель.

— Мы зовем их асперии. Это души проклятых. Они ищут себе пропитание, но совершенно слепые. — Ирлинг ужасно тихо шептал мне на ухо, ответы на возникающие вопросы, но в той тишине, которую нарушал только шелест воды и стук моего сердца, я расслышала каждое слово. — Туман скоро закончиться. Не бойся.

Он начал меня тихонько укачивать, отпустив рот и обхватив сильными руками, согревая от утреннего морозца, который я, с перепугу, даже не ощутила.

Вся команда напряженно следила за водой и плывущими в ней существами. Все замерли, казалось, не дыша и драккар, совершенно забыв, что должен плыть, качался вместе со мной и капитаном.

Я оглядывалась и понимала, что в таком густом тумане, я не могу понять, что происходит вокруг. Как далеко мы от Шелтора, если ли поблизости что-нибудь еще и как долго мы уже в пути.

Туман кончился резко. Словно асперии, которые плыли дальше в своем вечном поиске, увели его за собой, оставляя нас в открытом хмуром море, за границей вязкого купола.

— Можешь дышать. — Сказал Ирлинг и отпустил меня.

Мне стало холодно. На меня смотрели все мужчины в лодке и молчали. Каждый был по-своему хмур и думал о чем то, что мне казалось, должно меня пристыдить.

Серое небо над головой было увенчано тучами, не позволявшими солнцу согреть водную гладь, как и практически всегда в этих краях.

— Ирли. — Сказал один из них и опустил голову в поклоне. Все тут же последовали его примеру, но я почувствовала себя еще хуже, чем секунду назад. — Мы рады знать, что с вами все в порядке и вы здесь.

— А что должно быть не в порядке?

— Пойдем, позавтракаем, и я расскажу тебе, что происходит. — Ирлинг утянул меня обратно в укрытие, усаживая на еще не успевшие остыть шкуры и сунув в руки чашку с хантом, достал тканевый узелок. — Завтрак скудный, но мы моряки, привыкли. Если хочешь, я отдам тебе свою долю.

Он разложил на импровизированной скатерти пару кусков вяленого мяса, пол краюшки хлеба и несколько помятых помидор.

— Не нужно, спасибо. — Он тут же вручил мне простой бутерброд и, откинувшись спиной на деревянный борт, закрыл глаза.

— Где мы? — Я начала первая, помогая капитану найти подходящие слова.

— На пути к Хакуин. Ты долго спала, мы проплыли уже даже границы Дарлинга. — Я прикинула прошедшее время в голове и поняла, что спала почти сутки. Солнце, если бы его было видно, уже опускалось бы к горизонту.

— Почему мы до сих пор на «Сером скате»? Ты же говорил, что мы уплывем на другом корабле.

— Планы изменились. — Он нервно запустил пятерню в волосы и растрепал их у самых корней. — Нам пришлось уплыть той же ночью.

— Почему?

Ирлинг замялся.

Я, кажется, впервые пыталась мысленно описать его лицо, пока он судорожно думал, что мне ответить.

Тонкий аристократический нос, идеальной формы глаза, чуть круглее, чем у ярла, с менее вытянутым уголком, но от этого не менее привлекательные. Васильковые, с блестящими вкраплениями похожими на рисунок малахита, если бы он был голубым. Темные волосы были привычно собраны на затылке, но сегодня полностью, без свободных прядей. Он немного оброс, и теперь легкая щетина украшала его щеки, придавая более мужественный вид, сбивая привычный природный лоск.

— Все оказалось гораздо сложнее, чем мы думали.

— Мы? — Капитан устало потер виски.

— Бланш. На крепость напали. Многих убили, там горят костры. — С каждым его словом, я замирала, все сильнее ощущая, как волосы начинают шевелиться на голове. — Ярл отдал приказ увести тебя в безопасное место. Но для всех, кроме нас, его и тех, кто будет там, куда мы едем — ты мертва.

— Я… умерла? — Сдавленно спросила я, капитан только кивнул в ответ. — Ты рассказал ему!

— У меня не было выбора. Он был в ярости, когда понял, что тебя нет. Твои покои подожгли, Родерик думал, что тебя убили. — Он замолчал и опустил голову. — Мне пришлось сказать ему, что ты жива. Если бы не твое желание убежать от него, все возможно окончилось бы действительно плохо. Я думаю, тебя действительно собирались убить, Бланш. Вряд ли я смогу объяснить тебе все, но сейчас Шелтор опасное место и тебе нечего там делать. Зато, — Он иронично ухмыльнулся. — Твое желание исполнено. Я увезу тебя достаточно далеко от него.

— Как надолго? — Мой голос был хрип и тих.

— Пока все не уляжется. Я не знаю, сколько времени это займет, Бланш.

Чувство беспокойства и волнения кислотой поднялось в горле. Я переживала, и не за свою «кончину», а за мужчину, что остался на Шелторе. Но напомнив себе, что я решила вычеркнуть его из жизни, затолкала эти чувства как можно глубже.

— Это все конунг? — Я сделала самое очевидное предположение и капитан, замешкавшись, все же кивнул, соглашаясь.

— Он заручился поддержкой некоторых ярлов. Старый пес отдал им приказ выступать, если через какое-то время от него не будет известий. Ты очень крепко спала. — Усмехнулся он, давая понять, что нападение прошло мимо меня.

Я покраснела.

— К кому мы плывем?

— К клану Туштан. Гест говорил, что бы приглянулась старой Ингрит. Эта женщина умеет скрываться и прятаться, так что она поможет нам.

— Ингрит? Зачем ей прятаться? — Непонимающе улыбнулась я.

— Ты видимо не знаешь их историю. Плыть нам еще очень долго, так что я могу рассказать, если хочешь. — Ирлинг завлекающе улыбнулся, подпитывая мое неуемное любопытство.

Он дождался пока я сяду поудобнее и возьму в руки чашку с хантом, которым запивала свой скромный завтрак и приготовлюсь слушать.

— В юности Гест ухаживал за Ингрит. Даже просил разрешения у ее отца, которое тот в свою очередь его дал. Все готовились к свадьбе, пока Хъял, на тот момент еще обычный подмастерье плотника, не решил украсть Ингрит. Свадьбу отложили.

— Он украл ее?

— Не совсем. Ингрит вовремя поняла, что Хъял не отступиться и если ему удастся выкрасть ее, то разрыва помолвки с Гестом не избежать.

— Почему?

— Если выкрасть невесту и заявить на нее права, то даже заключенный родителями договор теряет свою силу. Соперники соревнуются, и тот, кто выиграет, получает все.

— Варварство. — Буркнула я.

— Ты не понимаешь. Не могу тебя в этом обвинять. — Ирлинг посмотрел на меня снисходительно. — Это воля богов. Если за сердце одной женщины соревнуются двое, тот, на чью сторону встанут боги в бою, и будет самым достойным.

— Умелым, сильным, но не факт что достойным. — Я покачала головой.

Ничего не имела против ярла Туштана, но этот обычай показался мне несправедливым.

— Ты так похожа на Ингрит. — Капитан улыбнулся. — Она считала точно так же, и затеяла свою игру. Старушка, на тот момент еще юная девочка, придумала целый ряд испытаний, главной целью которых было найти ее. Она украла у отца лодку и скрылась в неизвестном направлении, оставив подсказки, где ее искать.

— И выиграл Хъял?

— Не совсем. К финишу они пришли вместе.

— Но почему тогда она выбрала его? — Я все еще не понимала мотивов этой женщины, которые скрывались от меня за пеленой логики.

— Потому что когда Гест ступил на песок ее тайного убежища, он радовался победе, а Хъял был рад, что нашел ее. Ему было все равно на то, какое расстояние он преодолел, ему было важно только что она, наконец, рядом.

Неожиданная сторона молчаливого и хмурого мужчины показалась мне такой необыкновенной и неправдоподобной, что мне потребовалось несколько секунд на переваривание информации.

— Хъял? — Все же переспросила я, капитан вновь улыбнулся и кивнул. — А Гест?

— Понял, что это не любовь и ушел. Как ты успела заметить, семьей он так и не обзавелся, но общение с бывшей невестой и соперником наладить сумел.

— Меня спрячут? — Спросила я, осознавая, что для всего остального мира меня теперь не существует.

Стало тоскливо. Для всего мира я была убита в замке Шелтор. Меня никто не стал бы искать. Эвелин нет до меня никакого дела, мне даже казалось, что она посмела бы громко и заливисто рассмеяться от этой новости. Мол, у меня столько лет смогла прожить, а на островах и месяца не протянула. Еще был предполагаемый отец, о котором я старалась не думать. Все мои мысли о нем могли перерасти в несбыточные надежды, которые с легкость превратятся в прах от столкновения с реальностью. От Рарии не было новостей. И не удивительно, ведь прошло так мало времени. Нет никаких гарантий, что она сможет найти его след, что уж говорить про него самого! Только вот теперь я мертва. Для всех, и для него тоже.

— Мы миновали Дарлинг и отправимся на Хакуин по воде. Путь будет опасным, плыть около недели. — Говорил капитан, пока я грустно утекала в свои мысли. — Пойдем, я познакомлю тебя с командой.

Выходить к ним было страшно. За разговором с капитаном я успела отвлечься и благополучно забыть о людях, которые сейчас усердно гребли веслами, и когда я вышла вновь устремили на меня взгляды.

— Ирли, вы хотели что-то спросить?

— Я…Я… Хотела сказать «спасибо».

Мужчины даже остановились на мгновение, так синхронно, как будто думали все разом и точно так же вновь принялись грести.

— Не стоит. Это наш долг, защищать вас. Мы гордимся тем, что ярл доверил именно нам укрыть вас. Нет миссии благороднее.

Вот и все. И сказать больше нечего. 1439f7c

Я замялась, обнимая себя руками, а команда продолжала смотреть на меня немного взволнованно и немного блаженно. Странные они. Я ведь им совершенно никто, просто новая игрушка хозяина.

С этой мыслью я повернулась в сторону, не думая, просто слушая сердце и поняла, что кровь сирен не спит. Я точно, безошибочно знала, что Шелтор именно так. И он тоже там. И мое глупое сердце рвётся именно туда.

Что с ним? Спит? Есть? Бьет кого-нибудь? Картинки вставали перед глазами одна за другой, и в реальность каждой мне хотелось верить, думая, что именно в этот момент он делает то, что я представляю.

Я влюбилась. Идиотка.

Случилось то, в чем я совершенно не хотела признаваться. В первую очередь себе. Меня тянуло к этому мужчине, сквозь препятствия, отбросив в сторону его ужасный характер и жестокость. Мне казалось, что именно со мной он бы мог измениться. Заблуждение. Я видела многих женщин с такой судьбой. Они до смертного камня надеялись изменить свою пару, которая их на этот камень и загнала. Я обещала себе много раз что не стану жертвой своих чувств, не позволю себе податься порыву, но именно сейчас я этим и занималась. Меня тянуло, и я ничего не могла сделать, только трепыхалась в предсмертных конвульсиях как выброшенная на лед рыба. Он сломал меня. Уничтожил мою мнимую стойкость, стирая рамки дозволенного в его присутствии. Будто с ним можно снять вечные маски, которыми я успела обрасти настолько крепко, что теперь сдирала их вместе с кожей. Но это я. Только мне казалось, что у нас что-то может быть. Для него это так и останется выгодным договором. Но как же мне хотелось верить, в то, что те чувства, что я видела в момент нашей близости, есть правда. Не фантом, ускользнувший в тень, не игра почти затухших свечей и моего воображения. Правда. Такая жестокая и уничтожающая, растаптывающая все мои розовые мечты о пыльную землю.

Я должна бежать. Вновь.

Пока он знает, где я он не прекратит эту жестокую игру. Он знает, где мои слабые места, будет давить на них, расковыривать раны, заглядывая внутрь своими грозовыми глазами.

Я надеюсь, Ингрит мне поможет.