Глава 37

Она уверенно тащила меня по тому маршруту, который я и сама планировала. Я позволяла, до конца не понимая, того что происходила, зачарованно любуясь шедшей впереди девушкой.

Она была такой легкой, такой воздушной. Не верилось, что такая красота может существовать в мире. Ее блестящие ровные локоны подрагивали от каждого ее шага, послушно следуя за движениями головы хозяйки. Кипенно-белое платье морской пеной струилось по воздуху, очерчивая тонкую талию, круглые привлекательные плечи и соблазнительные бедра, которые нежно обтягивала юбка. Сейчас я казалась себе нескладным подростком с угловатыми чертами, рядом с красивой и статной женщиной.

— Он здесь. Готова?

Хотелось ответить нет, но я икнула в ответ на ее вопрос и, улыбнувшись моему бледному лицу, она открыла дверь, заталкивая меня внутрь и закрывая ее за собой, перегораживая путь отхода. Моника, если она назвала настоящие имя, с ласковой, но сытой улыбкой прижималась спиной к единственному выходу их кабинета ярла.

— Ники? — Беловолосый мужчина в компании с моим мужем сидели за столом, друг напротив друга и уничтожали янтарный напиток из стеклянных стаканов с низкими стенками.

Заметив меня и мельком скользнув по лицу девушки у двери, мужчина резко встал, роняя стул. Тоже самое, синхронно с ним сделал Родерик, первый, сообразив и бросившись в мою сторону.

Меня закрутили в ворох полный его запаха, вкуса, тепла. Сильные объятия подхватили меня в воздух, и я не противясь, прижалась в ответ, зарываясь носом в меховой воротник куртки, запуская пальцы в темные волосы. Больше мне ничего не нужно. Я совершенно собрана и ощущаю полный покой. Он жив, и судя по тому, что нет уже половины бутылки, чувствует себя замечательно.

Обхватила еще сильнее, улыбаясь от легкого, но горячего поцелуя в висок.

— Жемчужина. — Прошептал он, не выпуская меня из объятий, позволив только воспользоваться своими ногами, ставя меня в вертикальное положение.

— Родерик. — Я ластилась как кошка, прильнув к его широкой, шершавой ладошке.

— Прости меня. Я должен был тогда все объяснить.

— Не должен был. Мне нужно было просто тебе доверять.

— Неважно. Теперь ты рядом. — Его грозовые глаза мягко и тепло улыбались, затягивая меня в ласковый шторм, который разрушая все вокруг, всегда сможет защитить. Это было как обещание. Оберегать меня, даже если сам ты разрушающий катаклизм.

— Кхе-кхе. — Кашель отвлек меня от блаженного наслаждения мужем, и я вновь встретилась взглядом с черными глазами, полными сожаления и вины.

Ярл легонько подтолкнул меня вперед, шепнув на ухо, что поцелуи будут позже, и я замерла перед гостем, нервно сцепив пальцы.

— Бланш. Мое имя Бернард Керро. Как ты, наверное, уже поняла… — Он искал слова, и я видела, как ходит его кадык, каждый раз, когда он взволнованно сглатывал слюну. — Я твой отец. Я не знал. — Он покачал головой, сводя грустные брови к переносице. — Я, правда, не знал, Бланш. Я виноват перед тобой. Очень. Прошу тебя, позволь мне искупить свою вину? Дай мне шанс узнать тебя поближе.

Я смотрела на сеточку морщинок у его глаз, видела складочку, залегшую между по-молодецки темных бровей, не смотря на всю белизну волос, и с замиранием замечала свои черты. Он, так же как и Моника, быстро и едва заметно менял выражение лица, в котором я читала все его эмоции, но только спустя несколько секунд до меня дошло, что я делаю точно так же. Я точно так же закусываю щеку изнутри, точно так же прячу руки, когда волнуюсь и сейчас я точь-в-точь такой же позе стояла напротив него.

— Нам понадобиться время. — Тихо сказала я, давая свое разрешение.

— Я обещаю, его будет достаточно. — Ответил он и улыбнулся полной надежды улыбкой.

Теплые ладони мужа опустились на плечи, и я вновь ощутила это потрясающие чувству хрупкости рядом с ним. Нет, я не угловатый подросток, я просто маленькая женщина на фоне такого большого и сильного мужчины как мой ярл. Словно спали все баррикады, исчезли все предрассудки и предубеждения. Я перестала бояться его, трогать, прикасаться, изучать. Он мой мужчина, мой целиком и полностью, как и я его. Я не должна и не могу испытывать страх в одной комнате рядом с ним, в одной постели. Теперь мы единое целое.

Это разлука позволила мне иначе посмотреть на его существование. Он не просто персонаж, который может потерять важность, он главный герой моей собственной сказки, в которой нам суждено быть вместе.

Надеюсь, ярл думал точно так же, потому как горячие губы опустились на мою макушку, а ноздри втянул воздух вокруг волос, поднимая их немного вверх.

— Как ты здесь оказалась?

— Это долгая история. И я… Я должна тебе признаться.

— В чем? — Родерик развернул меня к себе лицом, заглядывая в глаза.

— Я не человек. Точнее человек, но не совсем.

— Ты сирена. — Сказал он. — Я знаю. Моника мне уже рассказала. И даже продемонстрировала.

Девушка фыркнула и грациозно подошла к столу, опускаясь на стул:

— Напоминаю. Я продемонстрирую еще раз, если увижу хоть одну ее слезинку.

Ярл ухмыльнулся, показывая, что ему проще самому убить того, кто заставит меня плакать.

— Устала? — Я отрицательно качнула головой, чувствуя невероятный позыв голода, и сделав так, чтобы и все остальные о нем узнали, желудок заурчал. — Понятно. Садись, сейчас что-нибудь найдем.

Я поняла, что ужасно голодна и сейчас могу проглотить все, что будет хотя бы более-менее напоминать пищу. Я сразу подумала о ребенке. Наверно, переход с аспериями дался ему тяжело и сейчас необходимо подкрепится и желательно найти Рарию. Наедине.

Полевая еда была вкусной и сытной, да, простой, но мне было до безобразия хорошо, пока я проглатывала очередную ложку каши с мясом, закусывая ее свежими овощами, которые чудом сохранились в опустевших за время осады складах.6dfffc

Родерик рассказал мне о нападении и мягко сжал мои пальцы, когда разговор зашел о моменте, когда ему сообщили о том, что мои покои горят. Потом о Ульдрике и его попытке захватить Шелтор.

— А где он сейчас? — Спросила я.

— Погиб. — Ответил ярл, покосившись на Монику, которая задрала нос, скрестив руки на груди.

— Он того заслужил, и не надо на меня так смотреть.

— Могла бы и по мягче.

Ники удивленно распахнула глаза, уставившись на ярла, но заметив улыбку на его лице, хмыкнула и отвернулась, скрывая смешок.

Похоже, они поладили, что не сказать про нас с отцом. Мы сидели и молча таращились друг на друга, не решаясь начать разговор. Бернард несколько раз проглатывал слова, которые готовы были сорваться с губ, но в последний момент замолкал, так и не открыв рта.

— Я пока не могу звать тебя папой. — Начала я, когда Моника временно удалилась отправившись на поиски «того смелого красавчика» в лице Ирлинга, а Родерик вышел дать распоряжение слугам, чтобы они приготовили нам спальню.

Все же было уже раннее утро, после долгой, насыщенной и бессонной ночи.

— Я понимаю. — Он закивал головой, соглашаясь со мной. — Можешь звать меня Бернард. Ты очень красивая. — Сказал он, несмело положив ладони на стол перед собой. — И очень похожа на свою мать.

— Сейчас мне кажется, что на тебя я похожа больше.

— Этого не отнять. — Он вновь мягко улыбнулся. — Ты истинная сирена.

— Расскажи мне о них. Я всю жизнь прожила уверенная в том, что я могу петь только колыбельные для детского сна.

— Наш род очень сильный. Керро первые и последние сирены с такими способностями.

— А другие так не могут?

— Могут, но не так сильно. Все вполовину меньше. Если Ники может заставлять людей буквально умирать от боли, то другие только временно остановят, не больше.

— Ники?

— Да. Она очень сильная и она очень хотела тебя найти, Бланш. — Он пытался передать мне спокойствие, и намекал что сестра мне не враг. — Как только на пороге нашего дома появилась Рария, мы сразу же отправились в путь. Не сговариваясь, пополняли припасы и набирали команду.

— Ты так просто поверил незнакомке уверяющей, что у тебя есть внебрачная дочь? — Вопрос прозвучал раньше, чем я подумала, что говорю, но появилось стойкое ощущение, что это должно было прозвучать вслух.

— Да. — Не замешкавшись, ответил он. — Регина все эти годы была в моей памяти. — Признался мужчина, опуская глаза. — Она не хотела связывать со мной жизнь, понимая, что ни ее, ни ее ребенка в моем мире не примут.

— Почему?

— Я один из совета двенадцати. — Мне не оставалось ничего, кроме как удивленно приоткрыть рот. — Она не сказала мне о тебе, просто попросила уехать и оставить ее в покое. И я послушался. Я не знал, Бланш, уверяю. Но когда Рария назвала имя Регины, я не сомневался. Я понял, все, что произошло много лет назад. Она уберегала тебя, от взросления в моей среде, но не успела сказать потом. А может и не хотела. — Он продолжал смотреть куда-то чуть в сторону, видимо, прокручивая в голове воспоминания о том времени, а я пыталась понять, как меня угораздило быть дочерью одного из тех, кто принял решение огородиться от мира людей, закрывая свои границы и для таких смесков как я. — Даже не знаю, кто из нас был бы прав. — Не весело улыбнулся он.

— Оба хороши. — Я протянула и накрыла его ладони своими, показывая свое сопереживание.

Какая разница, что произошло тогда. Главное было что сейчас, не смотря на похороны мамочки и отца, я полностью уверенная в своем одиночестве, смогла прогнать это наваждение. Я вновь поверю, что я не одинока. Это странно так говорить, но сейчас у меня, кажется, есть семья. Отец, хоть и малознакомый, но это исправимо. Сестра с горячим темпераментом, своенравная и сильная. Любимый муж, с которым теперь все обязательно будет, так как требует сердце и ребенок, которого я ношу под этим самым сердцем.

Все будет. Нужно просто подождать.