Глава 27

– Мелани, ты просишь иногда слишком много, – чуть помолчав, произносит Симус. – Ты слишком прекрасна, слишком… желанна. Я не готов нарушать собственные обещания.

Он делает шаг ко мне и касается кончиками пальцев моей щеки. От этого невесомого прикосновения по телу разбегаются тысячи мурашек, заставляя трепетать сердце.

– Не нарушай, – неловко улыбаюсь я.

Мне безумно хочется отвести взгляд, потому что смущение заполняет меня до самой макушки. Я понимаю, что то, о чем я сейчас прошу это бесстыдно, это неправильно. Ведь все, что между нами – временно, фиктивно. Но… почему-то сейчас очень остро.

Настолько остро, что сбивается дыхание, что становится жарко, несмотря на промокшее платье, что хочется, чтобы этот момент только продолжался.

– Я… Есть некоторые вещи, которые нельзя отыграть обратно. Это не фиктивный брак, который можно расторгнуть, – Симус скользит пальцами по моему лицу, касается губ, отчего я закрываю глаза, замираю, не в силах дышать. – Ты завтра будешь жалеть об этом.

Я чувствую, как тепло прикосновения спускается к основанию шеи, потом ниже и замирает в яремной ямочке.

– Не буду, – пристально заглядываю в его синие глаза. – Буду жалеть, если струшу.

– Моя смелая Мелани, – выдыхает Симус мне в губы, а потом целует.

Медленно, как будто у нас есть все время на свете. Сладко, чувственно. Зажигая огнем кровь, которая разносит это пламя во всему телу. Прикусывает нижнюю губу, потом верхнюю, я ахаю и вцепляюсь пальцами в насквозь мокрый камзол Симуса.

Меня кружит в вихре чувств, настолько ярком, что мне порой кажется, что это вовсе не я. Я не умею ощущать все так сильно.

Руки Симуса скользят по моей спине, развязывая и распутывая ленты корсета, стягивая его с меня. Легко, словно он уже делал это миллион раз. Хотя, если вдуматься, возможно, примерно так оно и есть.

Но я отгоняю от себя эти мысли. Они сейчас вообще не имеют ни малейшего значения.

Горячими пальцами Симус стягивает с моих плеч тяжелое, мокрое платье вместе с нижней сорочкой, оставляя совсем беззащитной и неприкрытой перед ним. Я на миг отстраняюсь, пытаясь трусливо прикрыться, но Симус не дает. За запястья он разводит мои руки в стороны и обжигающим, осязаемым взглядом бесстыдно ласкает тело.

– Ты прекрасна, – с поволокой и желанием в глазах произносит он.

Я смущенно сжимаю кулаки, отвожу взгляд, а потом понимаю окончательно, что отступать уже некуда. Да и не хочу. Потому шагаю вперед и теперь сама стягиваю с Симуса камзол, роняя его на пол.

Потом дрожащими руками расстегиваю пуговицы на рубашке и снимаю ее, позволяя себе не торопиться и насладиться прикосновениями к его идеальным рельефным плечам. Указательным пальцем провожу по завиткам метки Темного мага.

Он перехватывает мое запястье и целует его. Как раз там, где расположен рисованный браслет, который начинает поблескивать золотом. Это легкое прикосновение губ кажется таким интимно-чувственным, что трепет пробегает по всему телу, сосредотачиваясь горячим клубком внизу живота.

– Ты все же меня боишься, – произносит Симус, притягивая меня к себе и шепча на самое ухо. – Дрожишь.

– Какой же из тебя прожженный бабник, если ты не можешь понять причину дрожи? – неловко шучу я, чувствуя, как моя грудь прикасается к его телу.

Непривычное волнение, неприличные желания готовы захлестнуть меня с головой, а я и не против.

– Тогда мне нужно серьезнее изучить ее, – говорит мой муж, подхватывая меня под бедра и относя на кровать.

Прохлада простыней контрастирует с разгоряченной от страсти кожей, делая восприятие в сотни раз четче. Симус покрывает мое тело нежными, невесомыми поцелуями, тем самым только усиливая дрожь.

Его руки, его губы изучают, кажется, все изгибы моего тела, они будто находятся везде, не давая сконцентрироваться на каком-то одном ощущении. Выгибаюсь в стремлении быть ближе к Симусу, хотя, кажется, уже ближе невозможно.

Пытаясь зацепиться хоть за что-то, чтобы удержаться в этой реальности, я впиваюсь ногтями в спину своего мужа.

– Я знал, что ты невероятно отзывчивая и чувственная, моя Мелани, – шепчет он, покрывая шею поцелуями. – Ты как бутон огненного цветка, которому просто нужен был правильный уход, чтобы он раскрылся и зацвел. Моя…

Симус накрывает мои губы своими и ловит мой вскрик, когда он уверенно качается вперед. В голове проносится мысль о том, правда ли я осознаю, что произошло, но уже следующее движение моего мужа, теперь уже самого настоящего мужа, напрочь выбивает эти глупости из моей головы.

Он не напирает, дает мне возможность принять его, почувствовать, а потом неспеша, растягивая удовольствие, поднимает меня на пик таких ощущений, о которых я даже не догадывалась.

Я что-то шепчу или о чем-то прошу… Не разбираю ничего. Симус словно точно знает, где я больше всего хочу почувствовать его прикосновения. Каждое его движение становится все острее, пружина тягучего удовольствия затягивается все сильнее, и в миг, когда кажется, что я не выдержу больше напряжения, я распадаюсь на мелкие осколки, не уверенная в том, что смогу собраться обратно.

– Ты самая потрясающая, – шепчет Симус, следуя за мной и нежно прижимая к себе обессиленное мое тело. – Необыкновенная.

Я засыпаю в коконе его рук с абсолютно глупой улыбкой на лице, понимая, что больше всего меня радуют его слова: “Необыкновенная”. Сейчас, как никогда, хочется верить, что я не просто одна из череды его побед.

Солнце щекочет мой нос своими утренними шаловливыми лучиками, а я просыпаюсь от нежных и очень настойчивых поцелуев.

– Кто-то хотел смотреть восходы, – шепчет Симус, накрывая ладонью мою все еще очень чувствительную грудь. – И кто-то бесстыдно проспал в первое же утро.

– Наверное, это все из-за кого-то, кто долго не давал заснуть, – поворачиваюсь к своему мужу и заглядываю в его небесно-синие глаза. – А сейчас выспаться.

– Рядом с кем-то невозможно просто спать, – он убирает носом прядь волос с моего лица и целует около уха.

– Щекотно! – у меня вырывается забавный смешок, и я прижимаю плечо к уху.

– Если бы тебе не нужно было восстановиться, Мелани, – говорит Симус, – я бы точно не дал тебе выспаться. А сейчас я предлагаю тебе хорошо отдохнуть. Я узнаю, как там дирижабль, и позабочусь о завтраке.

Он еще раз сладко целует меня в губы и покидает нашу общую постель, а я утыкаюсь в подушку и засыпая, наслаждаюсь его удивительным ароматом.