Глава 26

Как только Кивали увидел девушку, он кинулся к ней, как жаждущий воды в пустыне.

Он не видел Ниоко, он не видел никого и ничего.

Только ее. Только Тасю. Тасю, которая вернулась. Вернулась к нему.

Он забыл о приличиях, который уже раз, забыл обо всем.

Крепко-крепко обнял девушку, прижал к себе, и прерывающимся голосом прошептал: – Никуда, никуда тебя больше не отпущу… Тасся…

Девушка, которую сегодняшнее испытание лишило последних сил, обмякла в его руках.

Но только на мгновение. Потом подняла голову, серьезно посмотрела магу в глаза и сказала:

– Не отпускай, пожалуйста…,- и счастливо улыбнулась.

Кивали не смог больше сдерживать своих чувств. Желание, которое зрело в нем все это время, его тайное намерение, которое он и себе не озвучивал, разом вынеслось из глубин на поверхность. В этот миг маг Кивали принял решение.

Но…Но как к этому отнесется Тасся?!

Пожалуй, мужчине так страшно не было никогда. Что там последняя магическая война? Она грозила только смертью.

А тут… А, что, если она…

Глава магического Ковена, маг первого уровня рода Сияющих резко выдохнул, и пошел на абордаж.

Он разжал объятия, и опустился перед девушкой на одно колено.

– Леди, вы будете моей женой? – сказал он глухо, боясь поднять глаза.

Тася вздрогнула и глаза ее непроизвольно расширились. – Вот и дождалась ты, девочка, – пронеслось у нее в голове. – Н. но… Но он, наверное, шутит?!

Тут лорд поднял голову, и она увидела его глаза. – Не шутит. Ой, не шутит, – испугалась девушка. Чего?! Чего испугалась, дуреха… – Н… но я… у меня…

Она дрожащим же голосом, но решительно сказала, хотя сердце, ее бедное сердце умоляло промолчать, умоляло ничего не говорить, умоляло скрывать до последнего.

Но сердце сердцем, а дурацкая неугомонная совесть совестью.

И совестливая Тася договорила убитым голосом -

– у меня не может быть детей…

Кивали Сияющий, который, замирая, ждал ее ответа, облегченно выдохнул.

– Тасся… Так вы принимаете мое предложение?! А дети… У меня уже есть наследница, – и он посмотрел на девушку умоляющим взглядом.

Тася, сердце которой совсем сжалось в комочек, чуть расправила плечи и, представьте, заплакала.