Пролог — 2

Поднимаю голову, моргаю от рези в глазах — проклятый дым факелов. Очертания комнаты, больше похожей на застенок доисторического гестапо, становятся четче, и тут же теряют свою актуальность. Мой взгляд, как под воздействием мощного магнита извне, устремляется к источнику голоса. К высокой фигуре мужчины, застывшему посреди камеры и смотрящего на меня сверху вниз, подобно огромному черному коту на загнанную в угол очень маленькую мышку. Факелы горят за его спиной, отчего лицо поначалу кажется чуть размытым и нечетким. Хотя, больше всего поражает его наряд. Темный плащ или мантия, отороченная "соболиным" мехом на до боли знакомом статном силуэте. Кожаные штаны непонятного фасона заправлены в высокие черные сапоги с металлическими заклепками и пряжками; светлая рубашка свободного кроя с ажурными рюшами выглядывает из-под расстегнутого ворота и манжет то ли камзола, то ли какого-то вычурно-стильного готического сюртука.

Как следует "налюбоваться" этим чудо-модным приговором я не успеваю. Господин "Дракула" делает шаг на меня, и я тут же испуганно кричу. Инстинктивно пытаюсь зажать ладонью рот, но не выходит. Можно сказать, просыпаюсь и трезвею уже окончательно, четко понимания, что это, вашу мать, не сон! Понятное дело, сразу, машинально кручу головой по сторонам и охреневаю еще больше, когда вижу свои руки.

Да вы, наверное, шутите?! Как бы мне не хотелось верить увиденному, но оба моих запястья оказались прикованы к стене с помощью стальных наручей, еще и на натянутых в противоположные углы камеры неподъемных цепях. Настоящих, железных, толщиной с мои предплечья, чтоб его, цепях!

Не-е-ет-нет-нет-нет-нет! Это не может быть правдой! Это точно какая-то злая шутка.

И черт меня дернул опустить голову. Я тут же уперлась подбородком в очень твердый ободок металлического "воротника", едва не взвыв от ужалившей чувствительную кожу и кость тупой боли. Это настолько сильно бьет по моему еще окончательно не очухавшемуся сознанию, что я почти не обращаю внимания на то, как мужчина сокращает последний между нами шаг, подставляя свое лицо под отсветы факельных огней… Лицо моего, подумать только, босса!

Новый крик застревает где-то между бронхами и трахеей, но так и не успевает вырваться на волю.

В этот раз я действительно не могу поверить своим глазам. Потому что это… Это в принципе какой-то явный бред. Я вижу перед собой лицо Антифьева, но… Мой рассудок при этом вопит о том, что это не он. Этот огромный Голиаф никак не может быть моим утонченно-аристократическим боссом. Слишком широк в плечах, а скрещенные на груди руки даже под тремя слоями одежды бугрятся мышцами, до которых Демьяну Никифоровичу как до Киева на четвереньках.

Судорожно сглатываю, всматриваясь в знакомое лицо незнакомца. Но все равно никак не могу понять, в чем подвох, и что я упускаю из виду.

Мой шеф стрижется и бреется в барбершопе, поэтому всегда и при любых обстоятельствах выглядит идеально — волосок к волоску и в безупречной прическе, и в аккуратно подстриженной бородке. Куда все это вдруг резко подевалось сейчас? Ни тебе правильных линий, ни бьющего в нос головокружительного амбре из дорогущих парфюмов. А вместо привычного напомаженного образа — ВОТ ЭТО! Что-то до жути огромное, будто вытесанное из грубого гранита и лишь слегка отшлифованное, а не доведенное до сияющего гламурного блеска.

Еще и смотрит на меня из до боли знакомых глаз чем-то пугающе диким, ложно обузданным и смертельно опасным. Густые брови сведены, на лбу залегла презрительная складка. Нет ровного загара, как в солярии. Передо мной чеканное лицо воина, прошедшего пустыню под палящим солнцем и лютый холод северных ветров. Некстати вспоминаю, что девчонки из офиса говорили, будто Антифьев не брезгует мезотерапией и другими косметическими процедурами. А сейчас он выглядит, как ожившая картинка из высокобюджетных фильмов про диких варваров или бездушных пиратов-головорезов.

Да ладно вам! Это точно какой-то бред либо очень искусный грим-макияж!

— Д… Демьян Никифорович? — я пытаюсь пошевелить руками, чтобы оправиться от шока, невольно и лишь слегка раскачав цепи. — Я-я… это. Это не я! Я не угоняла вашу машину! Просто забыла на СТО запаску… А-а… А что тут происходит?

Ответа на этот вопрос у меня по-прежнему нет. Мой босс — садист? Кристиан Грей? Все упились вусмерть на корпоративе? Демьян обнаружил пропажу "Лексуса", выследил по навигатору, оглушил с помощью новейшей системы от автоугона и привез сюда? Да уж, похоже, выговором с занесением в трудовую книжку в этот раз не обойдется. Я, наверное, разбила его машину, и теперь он будет держать меня в подвале на хлебе и воде, пока мои родные не выплатят всю ее стоимость до последней копейки.

Но тогда какого черта он так одет? И где эта вездесущая фифа Валерия? Она вообще в курсе, как развлекается ее будущий благоверный? Только не говорите, что они занимаются этим на пару, иначе моя бурная фантазия вот-вот даст очень сильную трещину.

To ли стресс сказался, то ли выпитый виски, но меня как-то резко отпускает. Антифьев — ролевик? Может, он давно хотел меня именно так, в средневековом антураже, чтобы не по-банальному — не на столе во время подписания документов? Ждал повод и вот нашел — секретарша угнала машину, надо ее наказать!

 От этих мыслей ошалевшая улыбка самопроизвольно растягивает мои губы бесконтрольным спазмом.

— Демьян Никифорович, честное-пречестное! Я больше не буду! Отпустите домой, а? Рабочий день давно закончен…

Мужчина склоняет голову набок, не меняя ни на секунду выражения своего отмороженного лица. Мне бы понять, что его взгляд не предвещает ничего хорошего. В его глазах лишь угроза, презрение и превосходство. Только вот трудно оставаться серьезной даже в цепях, когда твой любимый босс сменил свой костюм от "Армани" на этот далеко недешевый наряд короля Артура.

— Хорошая попытка, Иллария. Только закончилась она для тебя, как ты уже успела заметить, легкой потерей сознания. Поэтому, не советую делать этого снова. А то мало ли… Вдруг в следующий раз и сердце остановится…

Иллария? Остановка сердца и "легкая" потеря сознания? А каким серьезным тоном все это было сказано! Станиславский бы закричал "верю!" и установил иконостас имени этого непризнанного актера прямо у входа во МХАТ.

Давлю смешок, а в теле разливается покалывающее тепло приятного предвкушения.

Мой инквизитор хочет поиграть? Правда, я совсем не искусна в таких забавах, поэтому могу его разочаровать. Может стоит для начала обсудить правила игры? А то, не дай бог, как начну косячить налево и направо из-за отсутствия нужного опыта.

— Демьян Никифорович, вы уж меня простите, но… тут как-то совсем уж холодно и сыро. Вы же знаете, какая я чувствительная к сквознякам. Как пить дать, заболею. А вы сами не любите, когда сотрудники берут больничный. Давайте я сварю вам ваш любимый эспрессо, а вы… расскажите мне, что я должна делать и как говорить. И, да… это… Может, обойдемся без всех этих цепей и наручей вообще? А то, кажется, я уже стерла там кожу. У меня, между прочим, жуткая аллергия на железо, чтоб вы знали.

Ответный выдох-разочарование от ложно расслабившегося босса я почему-то восприняла совсем не так. Решила, что он временно снял маску и сейчас пошлет меня куда подальше за то, что поломала ему такой кайф от начала затеянного им представления.

— Иллария, может уже хватит строить из себя полоумную? Ты бы все равно не успела повредить себе ни памяти, ни рассудка, как бы ни старалась и сколько бы не приложила для этого сил. Тебе ли не знать, что ни одна, даже самая мощная магия не совладает с печатью желтого железа. Так что… либо смирись, либо прими свое поражение, как и должно представительнице императорских кровей. Я все равно сделаю с тобой то, что намеревался сделать. Нравится тебе это или нет.

Для пущей убедительности Антифьев даже навис надо мной, сократив между нами расстояние до ничтожного минимума, и прижав изгиб руки к ледяному камню стены прямо над моей головой. Видимо, в этот момент я и поняла, что он не шутит. Потому что в его слегка озверевших глазах никаким весельем совершенно не пахло. И, кстати, им прежним тоже. В нос еще сильнее ударило терпким ароматом дубленой кожи, мужского пота и странного горячего дыхания. Не сказать, что несвежего, но явно перебитого какими-то эфирными травами.

Либо он окончательно поехал крышей в своем стремлении подавлять и контролировать, либо… я решительно ничего не понимаю!

В другие версии, хоть убейте, ни за что не поверю. В мифическое попаданство тем более! Ну не может же быть такого, что меня похитили и куда-то переместили (то ли во времени, то ли в параллельное измерение), подсунув точную копию моего босса в еще более худшей, чем до этого, версии.

Бьюсь об заклад, все куда менее прозаичнее. Наверное, Демьян Никифорович недавно получил членство в закрытом клубе для особо извращенных толстосумов, где принято развлекаться столь… непривычным для простых смертных образом. Вот это куда больше походило на правду.

Странно только, что данная версия не показалась ни пугающей, ни угрожающей мне в чем-либо вообще. Наверное, я еще не до конца протрезвела, цепляясь за розовые иллюзии по уши влюбленной дурочки.

Пусть меня приковали цепями в сыром каземате и надели на шею грубый по ощущениям ошейник, рядом не было Валерии, а сам босс чудо как круто смотрелся в этом маскарадном костюме. Настолько круто и эффектно, что его слова и весь вложенный в них смысл заставили мое сердце биться в ином, сладостном темпе-предвкушении.

Ну, скажите на милость, какая из влюбленных девчонок не мечтала хотя бы в фантазиях оказаться во власти мужчины, по которому давно и безответно сохнет? Это чувство было таким сильным и внезапным, что я, сама того до конца не осознав, уже приняла правила навязанной мне игры. Сдалась почти сразу, потому что это было до безумия упоительно. Правда, все равно не сумела удержаться от столь сладкого соблазна.

Значит, захотели со мной поиграть, господин Антифьев? Тогда как вам это блюдо?

— Нет, отвратительный вы змий! Ничего у вас не выйдет! Я родилась в свободной стране свободной личностью! Можете делать со мной, что хотите, но мою душу с телом вам не заполучить! — кажется, я все-таки малость переиграла.

Правда, как следует подумать об этом не успела. Потому что дальше произошло то, что снова, второй раз за этот безумный день лишило меня всех иллюзий в один щелчок пальцев. Вернее, в одно движение руки Демьяна Никифоровича, благодаря которому от былой дрожи сексуального возбуждения и наивной веры на эротические игры с обожаемым боссом не осталось даже ничтожнейшей крупинки.

 Мужчина вдруг сжал левую ладонь в кулак, сощурил глаза… и мою шею прошило разрядами нешуточной, адской боли.

Дыхание перехватило, тело обмякло, стальные браслеты впились в кисти, причиняя дополнительную боль. Словно разрядом высоковольтного тока пронзило насквозь горло, а вслед за этим и все тело. А от сильнейшего спазма гортани я не могла даже закричать. В глазах потемнело, голова безвольно опустилась, отчего кожу резануло грубой гранью стального ошейника.

— Сколько еще раз я должен это сделать, Иллария, чтобы ты наконец- то поняла, насколько я серьезен? Я уже совершил невозможное, захватив твою страну, твою неприступную столицу, твой трон и тебя! Заставить какую-то высокомерную ведьму мне подчиниться? — это даже не вопрос времени. Я просто ставлю тебя в известность касательно того, что тебя ждет в ближайшее время. И жива ты сейчас только потому, что мне нужны твои проклятые магические силы. И ты их мне передашь. Вернее, моему наследнику, когда вступишь со мной в законный брак и родишь от меня самого могущественного правителя всех времен и народов.