Глава 40. Тамерлан/Ника

Три недели спустя

– Привет! – начальник полиции протянул мне руку.

Я ответил крепким рукопожатием и похлопал его по плечу:

– Приветствую тебя, Лёша.

– Ты за барышней?

– За ней.

– Что, так и не надумал заявление писать? Так бы поехала она у меня надолго за свои деяния, – смотрит на меня в ожидании ответа.

– Нет… поедет она, но только домой. Дай пообщаться для начала, а завтра уже выпустишь.

– Пойдём, устрою вам свиданку в допросной… – он махнул рукой в приглашающем жесте, и мы вышли из кабинета.

Я сел за стол в допросной, ожидая, пока приведут Азу. Через десять минут её привели в наручниках, которые при мне расстегнули. Конвой вышел, оставив нас наедине. Я смотрел на похудевшую сестру жены, не осмелившуюся сделать и шага от стены.

– Присаживайся, – произнёс спокойным тоном – как ни странно, злость прошла, осталось лишь разочарование.

– Ну что так смотришь на меня? Не нравлюсь тебе такой, да? – спросила она, потирая руки после наручников.

– Нет, не нравишься. Ты перестала мне нравиться ровно после того, как сбежала из-под венца. А ты думала, я буду убиваться? Ты опозорила меня, себя, своих родных. Жалею лишь об одном, что твоей сестре пришлось терпеть мою злость, я вымещал её на ней.

– Это была моя ошибка, – слёзы навернулись на глаза Азы, – но я осознала и развелась с мужем, – всхлипнула она.

Усмехнулся на её изворотливость:

–Хм, думаешь, я не осведомлён, что твой муж сам развёлся с тобой? И даже догадываюсь о причине, но это меня не волнует, как, впрочем, и ты сама.

 Слёзы потекли по её щекам, и Аза испуганно спросила:

– Ты что, хочешь оставить меня здесь? Я уже месяц страдаю, неужели недостаточно? Посмотри на меня, на кого я стала похожа!

– На меня действуют слёзы только единственной женщины, моей жены, собственно, поэтому я и здесь, – не обращаю внимания на её вопрос.

– Это Милия тебя отправила ко мне? Сжалилась, выходит… барыня, – язвительно сказала Аза.

Тяжело вздохнув, смотрю на неё с прищуром.

– Ты красивая девушка, только твоя красота не греет. Откуда в тебе столько желчи? Ты же девушка! Для меня до сих пор остаётся загадкой – две сестры, и настолько разные. Одна эгоистична и любит только себя, другая же дарит любовь и само олицетворение женственности. Я вот здесь уже нахожусь продолжительное время, а от тебя ни единого слова о сестре не услышал, ну кроме того, что ты рада бы была отобрать у неё мужа, – сказал усмехнувшись.

– Это она начала, не я! Всё она! – начала оправдываться.

– Замолчи! – шарахнул кулаком по столу. Я всё-таки вышел из себя. – После вашей встречи твоя сестра неделю лежала в больнице, её зашивали, у неё два шрама! Угроза выкидыша! И месяц реабилитации! Кто ты? Я тебя спрашиваю! Кто ты? Ведьма? Сатана? Кто?

– Я не знала, что она беременна, – оправдывалась она, – извини.

– Извини? Извини? Ты тупая? Хотя бы раз подумай не о себе! – я устал говорить со стенкой. – Давай я тебе задам вопрос, и от ответа на него зависит, сядешь ты или нет.

– А разве я сейчас не сижу? – она вскинула на меня дерзкий взгляд.

– Сейчас? Ха… – усмехнулся в голос. – Сейчас ты на курорте, если можно так выразиться, а вот когда поедешь на зону, там узнаешь все прелести жизни за решёткой и переосмыслишь свою никчёмную жизнь.

– Я не хочу, не хочу, – по щекам вновь потекли слёзы, но в этот раз они были правдивыми.

– А вот интересно, родителей не интересует, где ты? Ведь уж как месяц вне дома.

– Отец на меня озлоблен, а матери сказала, что поехала с подругой на острова на пару месяцев.

– Угу… как можно было в такую чушь поверить, интересная, конечно, позиция для кавказской семьи. Ну да ладно, меня это не волнует. Это ваша семья. Я отправлю тебя домой, к родителям, но если я или моя жена услышим тебя и всю вашу семейку… лучше тебе не знать, на что я способен в злобе. Надеюсь, ты услышала? – посмотрел ей прямо в глаза.

– Да-да… я клянусь… я клянусь, больше не услышишь…те, не услышите обо мне…– заикаясь, уверила она меня.

Возвращался домой со спокойной душой, что выполнил обещание, данное жене. Только ради неё я всё это сделал, иначе поехала бы эта сучка у меня, и надолго.

– Снова раздетая, простудишься, – обратился к Лии, как только вышел из салона по прибытию домой и увидел её встречающей меня на улице. Сняв с себя пальто, накинул ей на плечи.

– Там, это тебе всегда кажется, что я мёрзну, – улыбнулась округлившимся лицом – моя красавица чуть прибавила в весе, – у меня тёплая толстовка.

– Да где ж тёплая, на улице холодно, – приобняв, дотронулся до выдающегося животика, – Я взял билеты в театр, поедем или откажемся и посмотрим кино дома?

– В театр? – оживилась она.

– Угу.

– Конечно, в театр! Ты специально? – спросила, заметив мою лукавую улыбку.

– Хотел посмотреть на твою реакцию, – улыбнулся в ответ, и мы пошли домой.

– Там, а что за пьеса?

– Мастер и Маргарита.

– О… я читала. С удовольствием посмотрю…

*****

Ночью, в постели с женой, после жаркого секса я подумал, как же я счастлив. Переполняемый эмоциями, сказал Милии:

– Знаешь, моя красавица, насколько я счастлив?

– Догадываюсь, но насколько – не знаю, – улыбчиво произнесла она, а я поцеловал рваный шов на кисти, думая, что позже сделаем пластику, если Ли пожелает.

– Трудно передать словами, просто поверь, что очень, как только понял, что у меня самая лучшая жена на свете, и я люблю её.

– А я тебя буквально сразу полюбила. Не знаю, как так у нас негладко пошло в первые недели. Но это будто сильней тебя, ты просто чувствуешь своего человека, и в тебе начинает расти и множиться это чувство, перерастая в любовь, – она с таким пылом рассказывала, жестикулирую руками, усиливая подачу своих мыслей. – Понимаешь? – спросила, повернувшись к моему лицу.

– Понимаю, я же говорил, ты моя звезда. И я буду беречь тебя и нашего сыночка, ведь у него будут твои глаза, – я уже знал, что Милия носит сына – узи показало, что у нас будет мальчик.

– Неа… твои будут, он будет такой же сильный, как и его папа. Как же я тебя люблю, – прижалась ко мне.

– Да? Ну, давай, иди сюда, красавица моя, покажи, как сильно, – и накрыл её мягкие губы своими жёсткими…

*****

Ника

– И что, я должна вам тут гору посуды перемывать изо дня в день? Я не для этого предназначена, – говорю раздражённо, глядя на толстую повариху, которая смотрела на меня как на умалишённую.

– Ты только месяц здесь, а уже права качаешь. Мой давай! Сейчас кастрюли принесу, – огрызнулась она в ответ.

– О Боже-е-е, ещё и кастрюли! Да я весь маникюр с вашими ложками-вилками испортила, – сморщившись, смотрю на свои пальцы, – чёрт возьми, вон уже какие заусеницы.

– Вот! – громыхнула возле меня вываркой.

Нет, больше этого не выдержу, такой труд не для меня. Я посмотрела через раздачу, обед заканчивался, а за дальним столиком сидел спортивного телосложения мужчина и увлечённо ел. Он непохож на разнорабочего, какие обычно заходят.

– Татьяна Васильевна, а это что за опоздавший обедает? – спросила у поварихи, заинтересованно глядя на него.

– Ты чего там удумала, дурная ты девка, это начальник, ты иди сначала в очередь становись.

– Какая ещё очередь? Посмотри на меня, толстуха, я красавица, он не устоит, – расплела «косу «девственницы», сняла с себя чёртов фартук и, схватив пустой поднос, пошла походкой «от бедра». Этот начальник не замечает меня, но я уже включила охотницу.

– Что же Вы опаздываете? – положила поднос на его стол. Удивлённо посмотрел на меня, а потом опустил взгляд на моё декольте.

– Новенькая?

– Ну… можно и так сказать, – игриво ответила, взяв пустую тарелку из-под первого блюда и переложив её на поднос.

– Как вас зовут? – его взгляд потеплел.

«Попался, кролик», – подумала про себя, улыбнулась ему и ответила:

– Виктория…

Конец.