11

Только когда дверь за Владом закрылась, отрезая нас от остальных, я поняла, какое испытывала напряжение. Чужой мир изнурил впечатлениями, и мне требовалась передышка. В спальне, которой предстояло стать моей комнатой на ближайший месяц, оказалось куда уютнее, чем в каюте «Арго»: обтянутые узорчатой тканью стены, свечи с мягкими язычками огня, ароматы цветов, проникающие через приоткрытые окна, шум моря — я будто попала в сказку.

А больше всего меня поразила ванна — огромная, чугунная, стоящая на толстых перепончатых лапах у дальней стены комнаты и источающая пар. На «Арго» для мышек предусматривались общие душевые с нормой расхода воды четыре литра на человека. Водой из этой ванны мог бы помыться весь обслуживающий персонал звездолета.

Влад же смотрел только на меня. Наверное, пытался привыкнуть к моей внешности. А его донор был упоительно хорош. Слегка грубоватые, но правильные черты лица, густые темные брови, контрастирующие с выгоревшими волосами, и какие-то космические глаза. Да и остальное выглядело неплохо.

— Тебе досталось хорошее тело, — сказала я, разглядывая Влада.

Он слегка удивленно приподнял бровь. Подошел к маленькому столику у камина, который не стали разжигать, взял кувшин и разлил по бокалам вино. Влад двигался с ленивой грацией хищника, и я снова поразилась тому, как быстро он сумел обжиться.

— Спасибо, — ответил он. — Тебе тоже. За нас?

Я взяла из его рук бокал, отпила и покатала жидкость во рту, наслаждаясь терпким вкусом на нёбе.

— И за успех миссии, — добавил он, как-то странно улыбнувшись.

Я кивнула и выпила до дна. Он забрал мой бокал, поставил его назад на столик.

— Влад, ты не против, если я приму ванну? — спросила я. — День был сумасшедший. Меня везли сюда в тесной лодке, и я вспотела, как собака.

— Конечно, — ответил он. — Давай я тебе помогу.

Я с легким сожалением встала с кровати. Она была такой широкой, мягкой, с нависающим над ней балдахином. Я приму ванну — самую шикарную в мире, а потом упаду в эту кровать и просплю до самого утра.

Если, конечно, Влад не предложит что-то еще. А судя по его рукам, обнявшим меня, потемневшему взгляду, губам, которые коснулись моего виска, оставив пылающую метку, у него есть и другие планы, кроме сна.

Глупо отрицать, что я чувствовала возбуждение. Он касался меня так нежно — расчесал пальцами волосы, слегка помассировал затылок, потом осторожно поцеловал в уголок губ, будто и не он вовсе засовывал язык мне в рот на глазах у всех этих варваров с девятого ковчега. И все действительно было по-другому. Там мы были обязаны вести себя в соответствии с выпавшими ролями.

А сейчас мы остались одни.

Я мечтала о Владе Увейро долгие годы, но он обо мне узнал лишь сегодня. На его плечах в нашем времени остались отметины ногтей другой женщины. А кто я для него? Тренажер, чтобы обжить тело донора? Когда его губы стали настойчивее, я отстранилась, слегка оттолкнула его, положив руку на грудь.

— Ванна, — кивнул он, глядя на мои губы. — Понял.

Золотая брошь в форме звезды упала на пол. Влад медленно раздвинул полы моего халата, будто наслаждаясь мгновением. Белая ткань зашуршала, падая к ногам. Я переступила через нее и пошла к ванне, спиной чувствуя горячий взгляд, провожающий меня. Забравшись в ванну по маленькой лесенке, я с наслаждением откинула голову, свесив волосы через край. Заморачиваться с их мытьем сегодня не хотелось. Лучше всего было бы обрезать их до приемлемой длины, но, боюсь, это не по правилам местного общества. Насколько я успела заметить, замужние женщины здесь носили длинные косы, закручивая их в узел на затылке.

— Я присоединюсь? — вкрадчиво спросил Влад.

Не став дожидаться ответа, он начал расстегивать рубашку, а я поняла, что не откажу ему этой ночью. Пусть я для Влада всего лишь случайная партнерша по заданию и нужна ему только для получения полного физического контроля над телом донора — плевать. Если я откажусь, то буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Передо мной сейчас раздевался самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела: широкие плечи, крепкие руки, торс, по которому можно изучать анатомию мышц. И в этом теле был Влад. Мой герой, спаситель и кумир.

Он снял рубашку и бросил прочь. Я слегка поморщилась. Терпеть не могла нерях, разбрасывающих свое грязное шмотье. Но рубашка спланировала точно на лавку, стоящую в углу.

Интересно, как это Влад успел ее заметить. И бросок был таким точным…

Я поджала колени к груди, глядя на мужчину, приближающегося ко мне.

Он, однако, не торопился забираться в воду. Вместо этого подошел сзади, положил руки мне на плечи, слегка помассировал, потом его ладони медленно спустились ниже, обхватили груди, а пальцы обвели соски и легонько сжали.

— Влад… — прошептала я, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами — смесью иррационального страха и острого желания. — Ты уверен, что нам стоит это делать? Мы совсем не знаем друг друга.

— У нас вся жизнь впереди, чтобы познакомиться, — ответил он тихо. Бархатистые интонации его голоса и дразнящие ласки пьянили не хуже вина.

Выходит, это не разовая интрижка для него? Не только физическое упражнение для попаданца?

Его руки скользили по моему телу, тающему от прикосновений. И я поняла, о чем он говорил еще в лаборатории, предлагая заняться сексом, — теперь я воспринимала тело действительно своим. Это моя голова запрокинулась, мой рот приоткрылся, впуская его язык. Повернувшись к Владу, я гладила его колючие щеки и зарывалась пальцами в густую шевелюру, легонько царапала широченные плечи, целовала, ласкала, кусала его губы, такие нежные и требовательные, и лизнула короткий шрам, прячущийся в их уголке.

— Уф… — Влад дернул шнурок на штанах, но тот запутался. — Какая горячая у меня жена. Подожди…

Я улыбнулась и снова погрузилась по шею в воду, глядя, как Влад идет к лавке, сражаясь со штанами.

— Кстати, раз уж мы заговорили о знакомстве, — сказал он, развязав, наконец, шнурок, — ты не совсем верно произносишь мое имя. Не Влад. Валд.