45

Я проснулась, когда уже рассвело, от странных звуков: что-то среднее между мяуканьем и плачем скрипки раздавалось за стеной, в моей комнате. Осторожно сняв руку Валда со своей груди, я выскользнула из кровати и подкралась к плотно закрытой двери. По пути остановилась у столика, которого вчера тут точно не было, и, взяв отрезанный ломтик груши, сжевала.

Звуки стихли, потом послышалось шуршание. Мыши? Их не должно было быть на Ковчеге. Но я уже ничему не удивлюсь. Если поселенцы с Ковчега номер девять додумались взять с собой тигров, то что им какая-то мышь.

— Жена, — позвал меня Валд, и я обернулась. Он приподнялся на локтях и смотрел на меня с мягкой улыбкой. Такой растрепанный, заспанный, что я невольно улыбнулась в ответ. А заодно и поняла, что стою перед ним совсем голая, и даже длинные волосы Эврики не спасают. Его взгляд прошелся по моему телу так явно, что я ощутила его, как ласковое прикосновение.

— Чего тебе? — спросила я почти грубо, пряча непонятное смущение. Мы были близки с ним уже дважды, и я привыкла не стесняться наготы на «Арго» и в армии, но никто не смотрел на меня так раньше: с нежным любованием и одновременно мужской жаждой обладания…

Валд откинул одеяло и похлопал по простыне рядом с собой. Вроде как скомандовал «место». Но я пообещала быть хорошей женой. Интересно только, что он вкладывает в это понятие.

— Помнится, ты заявляла, что не желаешь делить со мной ложе, — сказал Валд. — Это что-то принципиальное? Ты готова заниматься со мной любовью везде, кроме него?

Улыбнувшись, я вернулась к кровати и неловко легла рядом с Валдом, а он тут же обнял меня, лизнул мои губы.

— Сладкие…

Он был таким теплым, а в его объятиях было так уютно… Я обняла его в ответ и поцеловала в уголок губ, перечеркнутых шрамом, погладила растрепавшиеся волосы. Интересно, он ведь сам заплетает себе косичку. По их традициям до свадьбы мужчины носят волосы распущенными. Значит, это его дань статусу мужа. А я так толком и не научилась управляться с волосами Эврики.

— Ты слышал какие-то странные звуки из моей комнаты? — спросила я.

— Да, — пробормотал он, целуя меня в щеку, в шею, прикусывая мочку уха. Возбужденная плоть уперлась мне в бедро. — Там сюрприз тебе. Все потом.

— Там кто-то то ли плакал, то ли скребся, — не сдавалась я, но он завел мне руки за голову и закрыл рот поцелуем, а отросшая щетина уколола подбородок.

Кто бы мог подумать, что моя роль в спасении мира будет состоять в том, чтобы регулярно заниматься сексом с потрясающим мужчиной? Его поцелуи спускались все ниже: он провел языком по шее, легонько прикусил кожу, поцеловал ямку над ключицей, потом его вниманием завладела грудь, сначала одна, затем вторая, и снова… Втянул сосок, облизал его по кругу, быстрые поцелуи к впадинке пупка… Он попытался развести мои бедра в стороны, но я сжала их, застеснявшись непонятно чего.

— Эва, — он приподнялся, нежно поцеловал меня. Его рука скользнула между моих бедер, поглаживая, расслабляя неторопливыми ласками. — Наверное, это кажется тебе непристойным, но в этом нет ничего постыдного, правда. Ты моя жена, я хочу целовать тебя везде и имею на это право. Доверься мне.

Я облизнула губы, кивнула. Дело было вовсе не в доверии. Просто все это переходило черту, которую я для себя обозначила. Внутренне я давно согласилась заняться сексом с варваром, тем более он был дико хорош собой и в итоге оказался чутким любовником. Но его слова, нежность, взгляды делали меня беззащитной. Срывали все заслоны. Ломали стены. Это становилось не просто сексом ради миссии, а чем-то большим.

Валд проложил дорожку нежных поцелуев вниз, и вскоре я выгнулась, застонав от откровенных ласк и запустила пальцы в его растрепавшиеся волосы.

А потом, когда мое тело еще сжималось сладкими судорогами, он вошел в меня, заполнив до отказа, и я обняла его, подхватывая ритм. Я задыхалась от ощущений, впиваясь пальцами в широкую спину Валда, целовала его, тонула в синих глазах. И новая волна подняла меня вместе с ним, чтобы вернуть назад, в смятую постель, как будто не такой, какой я была прежде…

Сплетение рук, сплетение ног, биение сердца двоится и не понятно, где чей ритм… Валд по-прежнему был в моем теле и не спешил отстраняться, продлевая чувство полного слияния и неги.

Он отвел прядь волос мне за ухо, погладил щеку.

— Ты такая красивая сейчас, — тихо сказал он. — Твои глаза такие теплые, а губы немного припухли от моих поцелуев. Хочу, чтобы они всегда были такими. — Он поцеловал меня снова, но я отвернулась. — Что я такого сказал? — нахмурился Валд, поворачивая мое лицо к себе.

Это не мои глаза тебе нравятся. И не мои губы. Вот в чем дело. Было бы так легко забыть о том, что это лишь задание. Заниматься с Валдом любовью, радоваться каждому утру и засыпать, чувствуя его сильную руку на своем теле.

Он вдруг усмехнулся и пощекотал меня под ребрами. Я взвизгнула, попыталась скинуть его с себя.

— Отвечай сейчас же, — грозно рыкнул он, продолжая щекотать меня. — Почему ты нахмурила свои темные брови, Эврика? Что тебя расстроило? Я похвалил твои губы и глаза и забыл остальное? В этом дело? Рассказать, как мне нравится твоя грудь и нежная шея, и такой маленький пупочек, и длинные ноги? Или давай лучше я еще раз покажу, как ты мне нравишься.

— Валд, отстань, — попросила я, смеясь и пытаясь спихнуть его и увернуться от приставаний.

— Так-то лучше. Узнаю свою Эву, — довольно кивнул он, — смеется и просит меня отвалить.

Он встал и пошел в душ, подмигнув мне. Я прикусила губу, любуясь широкой спиной и крепкими ягодицами, а потом откинулась на подушки. В душе зашумела вода, а за стенкой снова зашуршало. Да что ж там такое!

Поднявшись с кровати, я надела рубашку Валда, прикрывшую меня едва ли не до колен, и, взяв подушку, осторожно подошла к двери. Если там мышь, прижму ее подушкой и выкину в окно. Приоткрыв дверь, заглянула в щелку и не сдержала судорожного вздоха. Повсюду летали перья, пух, матрас был безжалостно выпотрошен, а на полу стояла пустая корзинка.

Сюрприз?

Я сглотнула, обернулась, раздумывая, не взять ли нож, когда из угла послышалось шипение, показавшееся мне знакомым.

Мохнатый ком белой шерсти злобно сверкал круглыми желтыми глазами и медленно приближался ко мне. Муфля! Я захлопнула дверь, прижалась к ней спиной, и муфля ударила в нее так, что я едва не отлетела. Шипение сменилось тихим свистом, но я уже помнила по лодке, что в этом мало хорошего. Дверь содрогнулась от серии ударов, завибрировала.

Валд напевал что-то в душе, а я лихорадочно соображала — что делать с муфлей? Стянув с себя рубашку, я намотала ее на руку и, дождавшись, когда муфля перестанет ломиться ко мне, распахнула дверь сама.

Животное кинулось мне в лицо, щелкая клювом, и я подставила защищенную руку, а сама вцепилась в белую шерсть и, поймав муфлю за шкирку, сунула ее в корзинку. Прижала крышку и для надежности обмотала ее рубахой, завязав рукава на узел.

Корзинка тряслась как в припадке.

Надо избавиться от нее.

А может, это как раз повод сказать Валду правду? И снова услышать, что я нанюхалась их дурман-цветочков… Я должна быть хорошей женой, а не понаехавшей инопланетянкой, убившей его невесту!

Я быстро подошла к окну, прижимая взбесившуюся корзинку к груди. Выкинуть муфлю в окошко? Расшибется еще. У нее перепончатые лапки, вряд ли она хороший прыгун.

Вода в душе стихла. Я бросилась в туалет, оставила там дергающуюся корзинку и бегом вернулась в комнату Валда, не забыв закрыть дверь. Прыгнув с разбегу в кровать, натянула на себя одеяло. Увидев Валда, с полотенцем вокруг бедер и гладко выбритого, я мило улыбнулась, поднялась и, подойдя к нему, поцеловала, слегка прикусив и потянув его нижнюю губу.

— У тебя так быстро бьется сердце, жена моя, — заметил Валд, погладив мою грудь.

— Это из-за тебя, — прошептала я и пошла в душ. Врубив воду, стала под теплые струи, и Валд вошел следом за мной, снимая полотенце.

— Вообще-то я опаздываю на собрание, — без особых сожалений в голосе заявил он, обхватив мои ягодицы. — И еще хотел вручить тебе подарок.

О нет. Я его распаковывать не собираюсь.

— Этот? — спросила я, заглянув ему в глаза и замирая от собственной смелости, в то время как моя ладонь нахально погладила твердый пресс и опустилась ниже.

***

Валд убежал на собрание, поцеловав меня на прощание и сказав, что сюрприз ждет меня в моей комнате, и я, собравшись с духом и одевшись, открыла дверь в туалет. Корзинка повалилась, и на боку была выгрызена дыра, откуда желтой яростью сверкнули глаза.

— Что ж с тобой делать? — пробормотала я. — Слушай, муфля, я не желаю тебе зла.

Она потянула соломинку клювом, так что дырка стала больше, и снова зашипела.

— Может, как-то подружимся, — предложила я не очень уверенно.

Муфля дернулась вперед, целясь мне в ногу, но застряла.

— Нет так нет, — вздохнула я, поднимая корзинку с торчащей из ее дырявого бока мордой. Странное создание. Словно болонке приделали утиный клюв и перепончатые лапы. И шерсть наощупь как мягкий плотный пух.

Я хорошенько обвязала корзинку простыней, заплела волосы в косу и надела новые туфли, взяв их из сундука с приданым. Бутылка с зельем пропала, но я о нем больше и не думала. Уже напредохранялась до того, что меня выкинули из замка. Подняв корзинку и повернув ее дыркой от себя — чтобы муфля не щипала меня за бок — я вышла из комнаты.

Отпущу ее на свободу. Скажу — не видела, не знаю. Удрала. Может, даже расстроюсь немного, но не слишком, чтобы Валду не пришла в голову идея снова ловить ее по всей Колыбели.

Я быстро спустилась по белым ступеням и выглянула из-за угла. Надо выпустить ее в море. Муфля водоплавающая. Найдет себе уютную заводь. Поймает червячка… Корзинка в моих руках дернулась, и я едва ее не выронила.

Вот только как бы это сделать незаметно?

— Что-то ищешь, крошка Эва? — спросили меня сзади, и я едва не подпрыгнула от неожиданности.

— Магнус, — выдохнула я, обернувшись. — Нельзя так пугать!

— Что там у тебя? — спросил он, кивнув на мой тюк.

Светлые волосы Магнуса были забраны в хвост, на подбородке пробивалась неожиданно жесткая и темная щетина, и сегодня он выглядел старше и серьезнее.

Я прикусила губу, размышляя. Доверять ему нельзя, но он вроде недолюбливает Валда, так что и доносить ему не будет. И про мой косяк с зельем проболтался точно не он. К тому же Магнус наверняка знает все входы-выходы.

— Знаешь, как незаметно пройти к морю? — решилась я.

— Конечно, — ответил он. — Рад, что ты вернулась. С тобой в замке стало веселей. Прошлое собрание было просто огонь. На такие я бы ходил хоть каждый день.

— А почему ты, кстати, не на собрании? — вспомнила я.

— А у нас сегодня собрание? — нахмурился он. — Я ночевал не здесь, так что не был в курсе… Давай, проведу тебя по-быстрому.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Под его синими глазами пролегли тени, и теперь этому было объяснение: бурная ночь с какой-нибудь пастушкой вне стен пирамиды.

— Я понесу? — предложил он, но я помотала головой и прижала к себе корзинку. — Значит, капитан разрешил тебе остаться?

— Наверное, — ответила я, идя за ним следом по узкой дорожке между кустов.

— А я ведь ходил за тобой, Эврика, — признался он, и я с удивлением уставилась в спину, обтянутую такой же синей рубашкой, как у моего мужа. — Хотел нагнать тебя на дороге к Алистеру.

— Я пошла к благодати, — ответила я.

— Ты еще более сумасшедшая, чем я думал, — улыбнулся он, обернувшись. — Вот, спускайся по этой тропинке, ею пользуются только в сезон карфушоков, а сейчас их добывать нельзя, брачный сезон… Как, кстати, твои брачные успехи? Дала-таки Валду?

— Не твое дело, — огрызнулась я.

Магнус остановился, пропустил меня вперед. Здесь берег был каменистый, поросший невысокими кустиками с мелкими красными ягодками. Может, муфле придется по вкусу. Магнус схватил меня за предплечье и развернул к себе. Я зашипела, и муфля в корзинке тоже. А Магнус вдруг поцеловал меня, напористо, жадно, раздвигая языком губы, обхватив пальцами затылок — не дернешься. Я цапнула его за губу, а когда он отпрянул, вмазала кулаком по челюсти.

— Уф! — выдохнул он, тряхнул головой. — Девушки обычно дают пощечины, тебе не сказали?

— Только тронь меня еще! — выкрикнула я, подхватывая корзинку, которую едва не выронила.

— И что? — улыбнулся Магнус, облизывая кровоточащую губу. — Пожалуешься Валду? Тогда придется рассказать и при каких обстоятельствах случился наш первый поцелуй.

— Последний, — исправила я его.

— Это мы еще увидим, — нахально ухмыльнулся он и, повернувшись, пошел к замку. — До скорой встречи, милая Эва!

— Вот дурак, — пробормотала я, вытирая рукавом губы, и муфля тявкнула, будто подтверждая мои слова.