46

Я спустилась к морю, осторожно ставя ноги, чтобы не скатиться вниз по каменистой насыпи, и остановилась у кромки волн. Берег был пуст, но из-за пальмовой рощи слышались голоса. На узкой полоске розового песка белели ракушки и рыбьи кости.

— Тут и рыбка есть, — сказала я, распутывая простыню с корзинки. — Тебе будет хорошо.

Неподалеку в море впадал узкий мутный ручеек, и я подошла к нему ближе. Пышные кусты, зеленая трава. Кто знает, чем питаются муфли. Судя по ее агрессивности, она скорее предпочитает животную пищу. Но может, и травкой не брезгует.

— Давай оставим друг друга в покое, — миролюбиво предложила я. Корзинка подозрительно молчала. — Как тебя зовут, интересно знать. Пушок? Снежок? Зефирка?

Муфля не отвечала и не шевелилась. Не задохнулась хоть там? Я свернула простыню и прижала подмышкой, взялась за узел на рубашке, рукавами которой обвязала крышку. В дырке на плетеном боку виднелась часто вздымающаяся белая шерсть. Затаилась…

План такой: развязываю рукава и убегаю. Дальше она выберется сама. Я взялась за узел и задумалась. А что я скажу Валду? Муфля ушла и взяла с собой корзину? А ведь он может заметить пропажу. Нет, корзинку надо забрать. Иначе Валд может решить, что муфлю украли, а не хочется подставлять кого-то из служанок. Значит, план бэ: снимаю крышку и резко выбрасываю муфлю из корзины в воду. А сама убегаю. Надо вернуться в комнату первой, пока собрание не закончилось.

Решительно выдохнув, я развязала рукава, придерживая крышку коленом. Муфля кинется на меня. Я чувствую. Она единственная сразу поняла, что я не та, за кого себя выдаю, и не собирается прощать мне смерть хозяйки. Но по каменистому наклонному берегу ей за мной не угнаться.

Какое-то движение привлекло мое внимание, я подняла глаза и увидела черные паруса на горизонте. Словно острые плавники хищных рыб, они быстро приближались к берегу, и я рассмотрела белые девятки на флагах кораблей: один побольше и два маленьких и юрких, взрезающих волны узкими носами.

— Ладно, на счет три, — скомандовала я себе. — Раз, два, три!

Сдернув крышку, я взмахнула корзинкой, и муфля вылетела из нее, растопырив лапы, и, коротко взвизгнув, плюхнулась в воду. А я бросилась вверх по берегу, поскальзываясь на камнях. Лишь на самом верху — там, где Магнус поцеловал меня и получил по роже, я обернулась. Корабли поворачивали к гавани с розовым песком, где уже столпились люди, а муфля выбралась на берег, отряхнулась по-собачьи и, опустив клюв, принюхалась. А потом безошибочно побежала по моему следу.

— Да чтоб тебя, — простонала я и бросилась прочь.

***

Магнус виновато улыбнулся, открывая дверь в зал собраний. Он хорошо знал силу своего мальчишеского обаяния и пользовался им на всю катушку. Вот и сейчас хмурые лица, повернувшиеся в его сторону, разгладились: мать расплылась от счастья, Инфинита приветливо улыбнулась, капитан Рутгер кивнул, а мимику Ампера было не разобрать в зарослях бороды. Валд тоже кивнул без какой-либо враждебности, хотя Магнус знал, что братец его недолюбливает.

Это с детства пошло. Магнус родился двумя годами позже и всегда тянулся к Валду, но тот предпочитал компанию других детей, а с ним играл разве что от безысходности, или когда хотел утвердить над ним свое превосходство. Выше, сильнее, на шаг впереди. И он сын капитана, пусть и незаконный, а Магнус лишь племянник.

Но как бы хотелось утереть ему нос, оставить в дураках, посмотреть на него сверху…

Магнус нарочно сел напротив Валда, откинулся на стуле, покачиваясь.

— Я что-то пропустил? — спросил он.

— Ничего особенного, — ответила ему мать. — Капитан решил простить Эвочку, а Валдик вернул ее к нам. Своеобразная девушка, конечно… Надеюсь, тебе, сын, больше повезет с женой.

Валд лишь улыбнулся. Довольный, как сметаны налакавшись, на шее синеватое пятно — засос? Магнус почувствовал, как дернулась щека. Он так и думал. Понял, как только увидел Эву и то особенное выражение глаз, полных спокойного счастья удовлетворенной женщины.

Наставить бы Валидолу рога. Да только девочка оказалась с характером. Он криво улыбнулся, лизнул ранку на губе.

— Чему радуешься, Магнус? — спросил Рутгер. Бороденка его жалко затряслась. Хоть бы не помер раньше времени. — И где ты вечно ходишь? Почему мы должны тебя ждать?

— Простите, — покаянно ответил Магнус. — Увлекся. Такая горячая девка попалась. И такая сладкая. До сих пор чувствую вкус ее губ, — он посмотрел в глаза Валду и нахально улыбнулся.

— Твои похождения никому не интересны, — перебила его Инфинита.

— А я бы послушал, — внезапно признался Ампер.

— Это она тебе фингал подновила? — прозорливо спросил Валд, и Магнус рефлекторно потер челюсть, на которой еще виднелся синяк, поставленный на прошлом совете.

— Ты же знаешь этих девок, — ответил Магнус, — сначала сопротивляются, а потом и сами рады.

— Не знаю, — ответил Валд. — Я предпочитаю по согласию.

— Потому и едва не остался без жены, — сказал капитан, неожиданно встав на сторону Магнуса. Это хорошо, это очень хорошо. Сейчас позиция Валда ослабла. Капитан недоволен младшим сыном, а на старшего никогда не возлагал особых надежд. — Чего ты хочешь, младший? Зачем собрал нас здесь?

— Я ходил к благодати богини, — ответил Валд, мгновенно став серьезным и сосредоточенным. — И увидел, что шиаги расплодились по всему Дикому месту. Там нет ни птиц, ни зверей. Деревья обмотаны, как коконы, а в них бегают сотни паучат. Шиаги откладывают яйца в животных, и я видел тело человека, распростертого в паутине.

Все молчали, осмысливая его слова.

— Сейчас шиаги зажаты в Диком месте, но когда река обмелеет, а потом начнется большой прилив, они распространятся по всей Колыбели, — сказал Валд. — И вода погонит их на нас.

— Перебьем их, если сунутся ближе, — пожал плечами Магнус. — Это дикие животные. Они убили случайного путника, но что они сделают воинам?

— Мы едва сумели удрать оттуда, — сказал Валд. — Их там тысячи. Но они боялся огня, а деревья с паутиной быстро загораются. Я хочу обложить их со всех сторон и поджечь, пока эту заразу можно остановить. Но мне понадобятся воины. Скорее всего шиаги попытаются прорваться через реку. К тому же лес там стал совсем плешивый, и после пожара придется его зачистить и уничтожить оставшихся пауков.

Капитан молчал, потирая пальцы с расслоившимися желтоватыми ногтями и уставившись в белый стол.

— Если все так, как ты говоришь, то в этом есть разумное зерно…

Магнус нахмурился. А вот это плохо.

— Разве это разумно — отправлять воинов в лес и тратить припасы на животных, — пожал он плечами. — На нас может напасть куда более серьезная армия.

Он снова лизнул губу, прикушенную Эвой. Мать говорила, что у Алистера еще есть незамужние дочери, и можно убедить его отдать одну из них, но он хотел эту. Такую дерзкую и горячую, словно бросающую вызов каждым своим поступком. Уж он бы ее объездил, да только Валд и тут его обскакал.

В дверь постучали, служанка с милым личиком, усыпанным веснушками, виновато потупилась. Кажется, он поимел ее на прошлой неделе. Или на позапрошлой. Мягкое податливое тело, покорное выражение лица. Скукота.

— Прошу прощения, — прошептала она еле слышно. — Прибыли корабли.

— Кто? — нахмурился Рутгер.