Глава 30. Дракон

На столе стоял флакон.

Маленький.

Прозрачный.

Я смотрел на него. И вдруг понял.

Это не лекарство. Это что-то страшнее… Это… это… приговор.

Потому что оно существовало. Потому что спасение было возможным. Потому что она могла жить, если бы я поверил, если бы остался дома, если бы не запер дверь на ключ, если бы вызвал врача сразу, а не после бала.

Если бы.

Если бы.

Если бы.

Эти слова бились в голове, как птицы в клетке, разбиваясь о прутья реальности.

Доктор снова присел возле кровати. Его взгляд, скользнув по моему лицу, остановился на руке Эрисалии. На браслете. Камни сейчас были тусклыми, серыми, мертвыми.

— Я удивлен, что вы не обратили внимания на симптомы, — заметил он. — Вряд ли леди могла столько времени терпеть такую боль без криков…

Перед глазами вспыхнул вчерашний вечер.

Эрис согнулась пополам возле кресла.

Белые пальцы, вцепившиеся в подлокотник.

Побелевшие губы.

— Мне плохо...

— Хватит.

Воспоминание ударило так резко, что я пошатнулся.

«Что ж ты делаешь со мной!» — задыхался я рычанием, сжимая кулаки. Мои руки трясло.

— Да, она говорила, что чувствует себя неважно, — произнес я, глядя на браслет. — Но на ней фамильный артефакт. Он показывает, когда человек говорит правду, а когда лжет…

— Позвольте... — произнес осторожно, почти благоговейно, взял её руку. Его пальцы были теплыми, живыми. Контраст с её кожей резал глаз.

Он провел пальцами по оправе камней. Нахмурился. Потом еще раз внимательно осмотрел застежку, поднося её к свету догорающей свечи.

Я поднял голову. Боль отступила, сменившись тупым, пульсирующим онемением.

Доктор медленно выпрямился. В комнате стало очень тихо. Даже дождь за окном словно стих, затаив дыхание.

— Милорд...

Он посмотрел сначала на меня. Потом на браслет. И в его глазах появилось нечто, похожее на сомнение. На страх перед тем, что он сейчас скажет.

— Я понимаю трепет аристократии перед фамильными артефактами, но… что-то мне подсказывает, что браслет просто… сломан.