Глава 21

Стало трудно дышать, хотелось броситься к нему, все объяснить, но я не двинулась с места. Нет, нельзя. Не сейчас. В глазах мужа я видела то, чего мне бы не хотелось. Нет, это была не ненависть, но что-то очень похожее на разочарование. Так бывает, когда самый близкий человек оказывается не тем, кем тебе хочется. Обманщик. Лжец. Предатель. И этим человеком была я. – Милый, – Татьяна направилась к Егору, перехватив его внимание. – Я так тебя ждала. Я замерла, когда он просто перевел на нее свой взгляд, чуть расслабился, а потом… Волчица подошла к нему, положила руку на его плечо, потянулась к губам и поцеловала моего мужа. Легко и небрежно, будто он принадлежал ей. Я проиграла этот бой, даже не выйдя на поле. Он выпил то чертово зелье, и теперь мог думать лишь о ней, больше ни оком, и мне это не нравилось. Но я ничего не могла сделать, только молча смотреть, как тот, кто уже успел занять место в моем сердце, целует другую. – Ждала? – голос Егора прозвучал непривычно хрипло. – Это хорошо. Лиса, что ты здесь делаешь? – он обратился ко мне, но безразличие, которое я услышала, не дало мне ответить. – О, дорогой, не переживай. Она заскочила как моя подруга, – засмеялась Таня. – Ты же знаешь, к чему могут приводить девичьи посиделки? Сплетни, разговоры… Ничего серьезного или важного. Ничего, о чем тебе стоит беспокоиться. Не сегодня. – Хорошо, – согласился Егор. На миг мне показалось, что он снова смотрит на меня, говорит мне что-то взглядом, что-то очень важное. Но нет. Просто показалось. Таня вывела его из комнаты, и я осталась наедине со Старым, который вновь вернулся в свое кресло. На его лице играла удовлетворенная улыбка, и я прекрасно понимала, что ее мне стереть не удастся. Он отыграл свой спектакль как по нотам, и это я оказалась в ловушке, а не он. Как бы мне ни хотелось сказать себе, что это все мелочи, осознание било тяжелым молотком, напоминая, что проигрывать нельзя. – Лиса, – он словно катал на языке мое имя, то, которое я не позволяла произносить никому. – Василиса, – глухо напомнила ему. – Слишком официально. Лиса мне нравится больше. Жаль, что ты не маленький хитрый зверек, ведь так? Я вижу, что ты ищешь выход, но не находишь, – Старый удовлетворенно улыбнулся, а потом хлопнул в ладоши. Дверь тут же снова открылась. Я вздрогнула, ожидая увидеть там Таню или Егора, но нет, вошел незнакомый мне оборотень, высокий, с неприятным лицом, пугающий и опасный. – Отведи ее к нашей гостье, пусть… пообщаются. И не выпускай. У нас Лиса останется надолго. По коже пробежал холодок, но я не стала ничего говорить. Я хотела встретиться с сестрой, и если для этого требовалось разрушить все, что у меня было, то я готова на это. Поднялась, понимая, что ноги дрожат, но холодная решимость, с которой я приехала сюда, никуда не делась. Я сделаю все, что нужно. Никто и ничто этого не изменят. Я просто шла за ним, надеясь, что он приведет меня к сестре, и, стараясь не думать, как плохо поступила. В голове билась мысль, что я только что предала не только своих мужей, а весь свой клан. Свой. Да, они для меня не чужие. Но дело в том, что Кнопка мне родная! И я не могу потерять ее из-за моих отношений с оборотнями. Мы миновали коридор, по лестнице поднялись на второй этаж, и уже там остановились перед дверью. – Стой, – невыразительно приказал оборотень. Он отпер дверь, распахнул ее передо мной, а затем почти грубо втолкнул меня в темную комнату. Я не успела даже выдохнуть, как дверь за моей спиной захлопнулась, оставляя наедине с сумраком. Но не одну. На кровати, прямо поверх покрывала, лежала, свернувшись клубочком, моя сестренка Лера. – Кнопка! – я бросилась к ней, но замерла, боясь прикоснуться, сделать хуже. – Вася? – она подняла голову, словно пытаясь рассмотреть меня в этом ненормальном сумраке. – Ты? Ты мне снишься, да? – Нет, Кнопка, – я опустилась на край кровати и взяла ее за руку, поразившись тому, насколько холодной была ее кожа. – Я теперь с тобой. – Значит, теперь мы умрем? Она говорила безразлично, отстраненно, казалась мне лишенной всех жизненных сил. Если они что-то с ней сделали, если посмели прикоснуться… Убью каждого! В этот миг я была не просто человеком, я была частью клана, и мне до одури хотелось ощутить чую-то кровь. – Что ты, – аккуратно обняла ее, – теперь мы с тобой заживем! – А они сказали, что как только ты придешь, то я уже буду не нужна. И ты не нужна. Потому что все, чего они хотели, уже свершится. Они добились своего, да? Лера говорила едва слышно, так тихо, что мне безумно хотелось встряхнуть ее, закричать, вывести из жуткого оцепенения. Но я боялась, что сделаю только хуже. А это ужасно. – У тебя что-то болит? – спросила тихо. – Да, – ее ответ ужаснул. – Сердце… – Сердце? – Я так боялась за тебя. И так надеялась, что ты не придешь. – Глупенькая, я ведь тебя люблю. Мне они плохого не сделают, и я не допущу, чтобы кто-то причинил вред тебе. Всё будет хорошо, – я не собиралась врать сестре, я просто знала, что теперь, когда она рядом, я сделаю всё, чтобы вытащить нас отсюда. Это только кажется, что нет выхода, стоит лишь немного подумать, и он обязательно найдётся. Я чувствовала себя плохо, просто отвратительно, но несмотря ни на что знала – всё сделала правильно. Конечно, видеть разочарование в глазах Егора было больно. Но я не виновата, они сами толкнули меня на это. Я говорила! Говорила ни один раз, пыталась донести, что мне нужна помощь, вместо этого от меня просто отмахиваясь. Возможно, во мне сейчас играла не только личная гордость, но ещё и простая девичья обида, ведь любому из моих мужей стоило всего лишь услышать меня, чтобы мы не оказались в этой ситуации. А они предпочли жить по своим правилам. Оборотни. – Ты можешь встать? – спросила я у сестры. Кнопка нерешительно посмотрела на меня, словно раздумывая, что я ей сказала. Мне было больно видеть сестру в таком состоянии. – Вась? – прошептала она. – А ты, правда, здесь? – Конечно, глупенькая. Конечно, я здесь. Потерпи чуть-чуть, и мы с тобой отсюда выберемся. Никто, слышишь, никто больше не причинит тебе вреда. – А тебе? – едва слышно спросила Лера. Мне очень хотелось сказать, что я в порядке, но я понимала, что при желании со мной смогут разобраться очень быстро и жестоко. Вот только я не позволю этого сделать! У меня есть по крайней мере два родных и близких человечка, за жизни которых я буду биться до последнего. – Со мной всё будет хорошо, – успокоила я сестру. – Не бойся, мне плохого никто не сделает. Как бы мне хотелось верить в то, что я говорю! Но сейчас я была готова на всё, на любую ложь, только бы успокоить Кнопку. Хотя, почему же ложь? Я ей не лгала, я просто знала, что у нас всё будет хорошо. Я никому не позволю причинить ей вред, никому не позволю обидеть мою маленькую сестрёнку. Я должна была взяться за ум раньше, не позволять отцу издеваться над нами. Моя слабость, за которую она теперь расплачивается. Я оглядела комнату. Вокруг не было ничего такого, что бы позволило мне вздохнуть с облегчением. Ни страх, ни ужас, ни отчаяние не захватывали мои мысли, меня, когда я рассматривала эту комнату. Ничего особенного, просто спальня, которая держит нежеланного гостя. Я понимала, что это мелочь, но мысль всё равно зацепилась за стакан на столе, за грязную тарелку, сброшенную на пол подушку. Кнопка всегда была аккуратисткой, никогда не позволяла себе мусорить, раскидывать вещи, в общем, делать всё то, что обычно делали подростки. И теперь я видела комнату, в которой пусть и было чисто, чувствовалось что-то неприятное. Здесь просто не могла жить моя сестра. – Ты хочешь пить? спросила у Леры. Она помотала головой, тяжело вздохнула, и вдруг призналась: – Как попью, так плохо. Не знаю, почему так. Потом ничего не помню, всё как в тумане, – она посмотрела на меня, попыталась улыбнуться. – Если можешь, уходи, они так просто тебя не оставят в покое. Я слышала, ты ему нужна для чего-то. Я уже не маленькая, понимаю, как в жизни бывает, не хочу тебя подставлять. – А я не хочу, чтобы ты пострадала как Настя. Со мной всё будет хорошо, подтянула ее к себе поближе, несмело обняла, почувствовав, как она вздрогнула при имени нашей средненькой. Глупышка Настя! Она так хотела своего личного счастья, что совершенно запуталась и запутала нас, превратив пусть и не дружную, но почти счастливую семью во врагов. И не одну семью… Нет, не она, отец. Я вздохнула и поднялась на ноги. Мне следовало обойти комнату, осмотреть всё, чтобы знать, чтобы увидеть слабые места, если таковые тут были. Подошла к окну и приоткрыла штору, выглядывая наружу. С удивлением поняла, что окна выходят куда-то на задний двор, где никого не видно. Да, тихо и пустынно. Это могла быть ловушка, ведь не бывает так, что в такой крепости, у таких оборотней что-то да не продумано. Или, быть может, Старый слишком расслабился? Решил, что может ничего не бояться? Если так, если так… Мой глупый план может выгореть, может все получиться? – Кнопка? – позвала я Леру. Ты когда последний раз ела? Сил хоть немного есть? Идти сможешь? Она посмотрела на меня, явно пытаясь осознать вопрос, задумалась, пожала плечами, не зная, что ответить. – Не помню, – наконец произнесла она. – Давно, или недавно, я немножко заблудилась во времени, – тихим голосом произнесла Лерка. – Потерялась. Я вернулась к ней, чтобы заглянуть в глаза. Коснулась пальцами её подбородка, приподнимая вверх, чтобы лучше видеть лицо. Глаза. Чуть-чуть покрасневшие и какие-то ненормальные, такими были её глаза. Потерянные, лихорадочно блестящие. Я даже не сомневалась, что они чем-то накачали мою сестренку, чтобы лишить желания сбежать, чтобы подчинить волю. Да, я ждала чего-то такого, но всё равно оказалась не готова. Это очень сложно – понимать и осознавать. – Лера, я сейчас с тобой кое-что сделаю, только слушайся меня хорошо? – Хорошо, – прошептала она, и я выдохнула, радуюсь тому, что мы слышим друг друга. – Ты можешь встать? – Да, – она отстранилась и начала подниматься. Медленно, неуверенно, со страхом в глазах. Нет, я не волчица, но точно найду способ отомстить тем, кто довел мою Кнопку до такого! Хотела ей помочь, но Лера не дала, оттолкнула мою руку, и я отошла в сторону, чтобы дать ей возможность доказать и мне, и себе, что у нее еще есть силы. Встала к окну, ожидая, что кто-нибудь появится, не смотря на то, что происходит на кровати. Про себя считая секунды. Во дворе никого не было, только тишина. Пустота. И я позволила себе расслабиться. – Вась, мне так тяжело, – Лера вдруг позвала меня, она практически плакала, отчаявшись разобраться в том, что происходит. Кажется, голова у нее сейчас вообще не функционировала. Но Лера встала, поднялась с кровати, держась за изножье и смотря на меня круглыми от ужаса глазами. Пусть, главное, она смогла пересилить все это. Зато теперь она могла просто исполнять то, что я говорю, не задумываясь о последствиях. Все будет хорошо. На то, чтобы всё это придумать, разработать план побега, привлечь к нему людей, оборотней, у меня ушло не больше пары часов. Да, я глупая, беспомощная и всё, что обо мне можно сказать, практически всё, это правда. Я человек. Я не умею оборачиваться диким зверем и крушить врагов, но я могу попытаться стать лучше, спасти того, кто мне дорог. Тех, кто мне дорог. Перед глазами лица мужей, но я так далеко зашла, что просто не могу повернуть назад. Да и не осталось у меня выбора. Нет его. – Кнопка, ты сможешь подойти? Она кивнула и медленно пошла ко мне. Первые шаги были слабыми, нерешительными, но чем дальше она продвигалась, тем живее становилась. Мне даже показалось, что ее глаза стали меняться, сбрасывая с себя дурман успокоительного. Это хорошо, мне она нужна живая, здоровая и сильная, способная бежать. Но если надо, я буду пытаться тащить ее на руках. Я открыла окно, впуская свежий воздух в комнату. Хорошо, что не зима, было бы труднее. – Постой тут, – приказала сестре, а сама вернулась к кровати и сдернула покрывало. На то, чтобы освободить пододеяльник, стащить с матраса простыню ушло совсем немного времени. А вот связать их понадежнее оказалось задачей труднее. Толстые узлы все норовили расползтись, разъехаться, никак не хотели превращаться в единое полотно. Это немного расстраивало, но я терпеливо продолжала пытаться, пока не смогла. И только после того, как закрепила свою импровизированную лестницу за батарею, подергала несколько раз, убедившись в безопасности творения, обернулась к сестре: – Кнопка, мы сейчас будем спускаться вниз. Хорошо? Только не кричи и не пугайся. Она заторможено кивнула. Все-таки есть и плюсы в ее состоянии. Она не возмущается, не спорит, не делает ничего, чтобы могло нас выдать. Но видеть всегда бойкую сестренку в таком состоянии – это страшно, очень страшно. Я уже собиралась выкинуть средство побега в окно, когда услышала крики. Потом несколько выстрелов и визг шин – какая-то машина резко рванула с места. Я замерла, испуганно прислушиваясь к происходящему. То, что творившееся с той стороны дома, было чем-то из ряда вон, я даже не сомневалась. И не сильно испугалась, потому что ждала чего-то такого. Но вот выстрелы… Этого в моем плане не было. Я даже не думала, что оборотни воспользуются человеческим оружием, убедила себя, что все проблемы будут решаться с позиции животной силы, и уж никак не таким образом. Сердце бешено колотилось, на языке появился привкус крови, и я осознала, что нечаянно прикусила щеку изнутри, переживая и опасаясь того, что будет дальше. Прислушалась. На улице стало тише, по лестнице никто не поднимался, и я решилась. Перегнулась через подоконник, вгляделась в монолитную кирпичную стену в низу, выдохнула, не скрывая облегчения. Больше всего я боялась, что там окажется окно. И мы попадемся самым глупым образом. Скинула связанное в канат постельное белье в окно, еще раз подергала его, и замерла. Я думала, что спущусь вниз первая, а потом подстрахую Лерку, но всего один взгляд на нее, и стало ясно – одну ее туту оставлять нельзя. Она просто забудет, что должна спуститься, а я уже не смогу подняться за ней. Просто не смогу, не хватит сил, ни физических, ни моральных. Да, отправлять ее первой низ не лучшая идея, но другой у меня сейчас нет. И не будет. – Кнопка? – она подняла на меня взгляд, в котором уже можно было различить что-то человеческое. – Я тебе помогу, а ты сейчас спустишься вниз, хорошо? – Ты останешься здесь? – спросила она. – Нет, я следом за тобой. – Вась! – Лера вдруг порывисто и очень крепко меня обняла. – Нет! – Что такое? – от удивления я даже не последовала ее примеру, руки так и остались висеть вдоль тела. – Ты ведь не хочешь остаться? Они тебя убьют! – Глупая, я иду с тобой. Если останусь, как ты племяшек сможешь нянчить? – сказала со смешком, но больше для себя, чем для нее. – Давай, а то мало ли, решат проверить, как мы тут. – А там, – она посмотрела вниз. – А там почти воля, – улыбнулась ей. Я наблюдала, как Лера медленно и осторожно спускается вниз по веревочной лестнице. Я очень боялась за сестрёнку, но могла только смотреть, потому что боялась, что одним неосторожным словом могу ей помешать, отвлечь, и тогда она просто сорвётся вниз. Конечно, это были всего лишь мои страхи, но я старалась соблюдать спокойствие, чтобы не передать страхи ей. Когда Лера достигла земли, я облегченно выдохнула, точнее, вдохнула, втянула в себя воздух, осознав, что последние метры её пути практически не дышала. Она подняла голову, посмотрела на меня и вдруг весело дернула вверх руку, показывая мне большой палец. Не знаю, было ли это реакцией на спуск или действие той дряни, которой её накачали, наконец-то прекращалось. Я в последний раз оглядела комнату, перекинула ногу через подоконник и тоже начала спускаться. Было очень трудно, руки норовили соскользнуть, я хваталась за узелки, но они не были удобными и совершенно не хотели меня держать. Как у Кнопки получилось спуститься в ее состоянии? Как? Я тяжело дышала, но продолжала спускаться, пока вдруг не почувствовала на своей спине чьи-то руки. От неожиданности выпустила верёвку, и ноги встали на землю, не давая упасть. Я спустилась. – А что теперь? – шёпотом спросила Лера, оглядываясь по сторонам. Когда я думала, когда придумывала всё это, мне казалось, что самым тяжёлым будет выбраться из дома вместе с сестрой. Теперь же я поняла, что именно этот пункт стал самым простым. А вот все остальные могут принести неприятности. Вокруг нас никого не было, но это не означало, что где-то там не прячется кто-то из оборотней. Мы на чужой территории, там, где у нас нет союзников. Нет, конечно, союзники были, но я не могла быть уверенной на сто процентов, что они нам помогут, что они действительно рядом, что их не поймали. Мне очень хотелось верить, что всё будет хорошо, и именно эта вера позволила взять себя в руки, оглядеться ещё раз уже более осмысленным взглядом и выбрать дорогу, которой стоит придерживаться. – Туда, – кивнула я на какие-то кусты, которые росли очень близко к дому, и могли укрыть нас от случайного взгляда. – Кнопка, – обратилась я к сестре, – главное, слушайся меня и делай всё, что я говорю, и не возмущайся. Поняла меня? Она кивнула, и я облегчённо выдохнула, надеясь, что это было наше последнее испытание. Мы добежали до кустов и присели, рассматривая, что в это время творилось в доме. Я не увидела ни одного оборотня ни на улице, ни в окнах дома, и это позволило мне взять себя в руки хотя бы на мгновение. Конечно, я прекрасно понимала насколько это всё иллюзорно. Нас могли увидеть случайно, почувствовать по запаху, обнаружить тысячами способов, и тогда единственное, что нас могло ожидать, это смерть. Я ничего не говорила Кнопке, но она и так понимала, что нам нужно быть очень осторожными. Я гордилась своей маленькой сестрёнкой, гордилась тем, как она стойко пошла следом за мной, не боясь и ни о чём не спрашивая. Мне не хотелось даже думать, к чему приведёт моё безрассудство, поэтому мы молча двигались вперёд. К лесу, который здесь ни чем не был отгорожен от дома. – Василиса, – от одного мужского голоса я подпрыгнула, и только потом осознала, что этот кто-то позвал меня по имени. Я никого не увидела, сердце сжалось, предчувствуя беду, я услышала как рядом вскрикнула Кнопка и почти приготовилась продать свою жизнь как можно дороже. Но в этот момент увидела Петра, который недовольно щурился на меня из темноты, из кустов, которых мы так не достигли. – Ты, – выдохнула я, испытывая невероятное облегчение. – Василиса Александровна, нам следует поторопиться, – оборотень смотрел за наши спины, где ещё пока не была преследования, но я точно знала, что это ненадолго. Кнопка испуганно сжала мою руку, и я запоздало поняла, что она испугалась оборотня, но времени объяснять, что он не враг, по крайне мере сейчас, не было. – Это моя сестра, Лера, – мимолётно кивнув в её сторону, оповестила я. – Приятно познакомиться, – оборотень даже успел поклониться, что меня очень удивило, я такого не ожидала. – Валерия Александровна, меня вы можете не бояться. Я друг. Кнопка посмотрела на меня, будто спрашивая, правда это или нет. Я ободряюще улыбнулась ей, кивнула, и она выдохнула, принимая объяснение. Конечно, потом придётся очень много чего ей рассказать, но то будет потом, а сейчас первым делом нужно бежать отсюда как можно дальше. – Пётр? Нам нужно уходить, не знаю, когда заметят нашу пропажу, но это обязательно случится. – Не сразу, – ответил Пётр. – Почему так? – я удивлённо на него посмотрела, но ничего спрашивать не стала, решила, что разберусь с этим позже. Лера молчала, и меня это даже радовало, потому что было бы трудно объяснить ей всё, тем более учитывая состояние, в котором она сейчас находилась. Пётр вёл нас какой-то тропой среди деревьев. Я очень хотелось спросить, где мы находимся, но я не решалась этого сделать, сохраняя молчание. И так понятно, что мы на территориях клана Лесных. Можно было сколько угодно возмущаться, но и так ясно, что за эти несколько минут мы попросту не успели бы уйти далеко. – Туда, – оборотень деликатно указывал дорогу, но я не сопротивлялась, прекрасно понимая, что сейчас от меня никакого проку. Он лучше знает, куда идти. Мы дошли до какого-то забора, Пётр отвёл в сторону железной лист и пропустил меня вперёд, помог пробраться, потом вытолкнул туда Леру и уже после этого вылез сам. – Здесь можно не беспокоиться о том, что нас услышат, – хмуро произнёс он, – сейчас все с другой стороны, там пришлось немножко пошуметь, чтобы их отвлечь. – Это хорошо, – улыбнулась я, но договорить не успела, Кнопка вдруг ахнула, прячась за меня. Я оглянулась, готовясь к чему-то ужасному, но всё равно оказалась не готова увидеть своего мужа, стоящего прямо позади нас с очень недовольным выражением лица. – Е-Егор? – промямлила, пытаясь взглядом найти Петра. – Здравствуй, милая, – его голос был холоден как лёд. И хоть причин для недовольства было много, я прекрасно понимала, чем всё это вызвано. Но сейчас у меня был только один вопрос, который я не могла задать в присутствии сестры и постороннего оборотня. Я хотела знать, по какой он здесь причине, и стоит ли бояться. Бояться из-за моего предательства или того, что оборотень сейчас был под действием зелья, которое заставляло его любить другую женщину. Почему-то стало очень страшно, но я нашла в себе силы посмотреть на него, встретиться взглядом, гадая, что он может на самом деле думать обо мне. Я не боялась, никогда не боялась своих чувств, но, видимо, испытания в последнее время свалившийся на мою голову превратили меня в чувствительную натуру. А может быть, дело было в ребёнке, которого носила под сердцем? Я до безумия хотела просто поговорить с ним, обнять, услышать, что всё будет хорошо, но понимала, что это практически невозможно. Мы с ним были на разных полюсах, далеко друг от друга, вместе, но порознь, рядом, но катастрофически недостижимы. Если он любит Таню, то я должна отойти в сторону, потому что сил сопротивляться у меня не будет. Или будут? Нет, точно будут! Я не слабая. Я сильная, я смогу побороть всё, приготовила мне судьба! – Егор Романович, нам нужно уходить, – Пётр разрушил иллюзию присутствия только нас двоих – меня и Егора. Я оторвала взгляд от мужа, рвано выдохнула и посмотрела на сестру, которая была потрясена тем, что ей довелось увидеть. Я её не виню, сама сейчас в таком состоянии, что готова просто сбежать. И если Егор сделает хоть шаг в мою сторону, то, наверное, я так и сделаю. – Не подходи, – инстинктивно выставила вперёд ладони, будто пытаясь его остановить. Конечно, это было очень глупо. Попробуй остановить оборотня! Егор скривился, смотрел на Петра и кивнул: – Уводи девочку. Тот, с кем я договаривалась о побеге, не мог противиться прямому приказу альфы. Пётр чуть виновато посмотрел на меня, взял под руку испуганную Кнопку и раствориться в лесу. Я осталась один на один с мужем, от которого не знала чего ожидать. – Идём, – хмуро произнёс Егор, уводя меня в другую сторону. – Но, – попыталась протестовать я, не желая оставлять сестру одну. Только не после того, что нам пришлось пережить! – С ней все будет хорошо. Их не выследят. А нас с тобой следует поговорить. Если бы могла, то я бы тотчас развернулась и ушла. Но пора уже во всем признаться, и Егор прав, нам следует о многом рассказать друг другу. По крайней мере, мне.