Глава 10

С утра пекло не так сильно для июня и мы собирались к врачу. Я не ела и отказалась от кофе, хотя мужу сварила — очень нервничала.

— Ты думаешь, девочка или мальчик? — со страшным волнением спросила я.

С тех пор, как я проснулась, меня занимал только этот вопрос.

Эмиль был до подозрения спокоен.

— Мальчик.

— Откуда ты знаешь? Ты же не знаешь точно. А если девочка? — допытывалась я. — Ты расстроишься?

— Успокойся. Скоро все узнаем.

Моя семья обретала все более реальные очертания. Сегодня нам скажут пол ребенка, выберем имя… Но когда мы добрались до клиники, меня занимал только один вопрос — будет ли ребенок здоров. Пару недель назад я сдавала кровь, сегодня должны прийти результаты.

Я привыкла бояться других вещей. Тех, с которыми люди редко сталкиваются. Теперь к списку остальных страхов добавился страх за ребенка. Есть вещи, на которые я не могу повлиять, как бы мне ни хотелось обратного.

В машине я постоянно оглядывалась на Эмиля, искала в муже поддержки. Он так спокоен, словно знает, что с ребенком будет все хорошо… Мужчины не умеют об этом волноваться, пока не столкнутся с проблемой и она не обретет для них реальные черты.

Эмиль копался в своем телефоне и я расслабилась в мягком кресле. Погладила черный бриллиант. Камешек странным образом успокаивал. Какая разница, мальчик или девочка? И я все равно буду любить его, даже если он болен, потому что это наше дитя.

К врачу мы пошли вдвоем, тайно. Заметно еще не было, но я решила, что буду скрывать беременность до последнего. После вечернего душа я долго рассматривала себя: живот уже не был идеально плоским, как раньше.

Я устроилась на кушетке, но в этот раз смотрела не в монитор, а на мужа. А вот он полностью был поглощен происходящим на экране.

— Смотрите, — с улыбкой сказала врач, и я перевела взгляд.

Маленький человечек на экране двигался, бил ручками, и я застыла, не веря, что это происходит у меня внутри.

— Пол можно установить точно? — спросил Эмиль.

— Да, — успокоила его врач. — Об этом чуть позже.

Она перечислила параметры — ребенок оказался неожиданно большим, почти восемь сантиметров. Они еще что-то обсуждали, но я услышала главное: показатели в норме. Врач убрала датчик от моего живота, себя я приводила в порядок с легким сердцем. Главное, нет отклонений.

— Перелеты разрешены? — неожиданно спросил Эмиль.

О, нет! Я считала, он отказался от своей затеи. Мы перестали об этом говорить, Эмиль расслабился и я начала думать, что опасность миновала.

Белокурая врач думала. Они оба поднялись, и я смотрела на них снизу вверх, сидя на кушетке.

— Давайте сделаем так, — предложила она. — Снова встретимся через две недели, и если все будет хорошо, я дам добро. Пришли ваши результаты, генетически ребенок здоров…

— Девочка или мальчик? — не выдержала я.

— Мальчик, — улыбнулась она. — Поздравляю!

Она вышла и Эмиль, улыбаясь, опустился передо мной на колени. Счастливый, но по-своему. Жесткое лицо плохо передавало радость, а опущенное веко придавало хищный вид. Кажется, он хотел что-то сказать, но неожиданно для себя мы слились в долгом поцелуе. Я обняла его за шею и пальцами зарылась в мягкие волосы. Этого поцелуя было мало и я начала целовать морщинки у глаз, скулы. Мне хотелось выплеснуть эмоции… У нас будет сын!

— Как назовем? — прошептала я.

— Эмиль, — сказал он. — Я хочу, чтобы у него была другая жизнь. Не такая, как моя.

— А какой была твоя? — спросила я, поглаживая колючие щеки.

— Не хочу вспоминать, маленькая.

Я взглянула в серые глаза, скрывающие тайны, и снова его поцеловала. Эмиль так крепко обнял меня, что я рассмеялась. Не знаю, чувствовала ли я себя счастливой… Скорее ошарашенной. Осознание придет позже, как будто нервные окончания настолько перегружены событиями, что чувства доходили с запозданием.

У нас будет маленький Эмиль. Эмиль Кац.

Может быть, мой муж просто заносчив, что решил назвать сына в свою честь, или пытался переиграть жизнь, чтобы другой Эмиль остался и продолжил дело, если его не станет.

— Спасибо, маленькая, — прошептал он, целуя лицо, словно это я сделала ему подарок, зачав сына.

Он помог мне встать, приобнял, словно я тяжелобольная и вывел из кабинета. Оказалось, все это время врач деликатно ждала нас за дверью. Боюсь представить, сколько Эмиль ей платит. Она даже наших имен не знает.

— Вас все еще мучает токсикоз? — поинтересовалась она.

— Уже лучше.

— У вас дефицит веса. Ничего критичного, но обращаю ваше внимание, — последние слова адресовались Эмилю.

— Жена всегда плохо ела. Я прослежу.

В обнимку мы пошли к выходу. Обшарпанный коридор не был ни на каплю похож на те клиники, что я посещала раньше, зато здесь нас не знают. Здесь безопасно. Я обняла мужа под пиджаком, прижимаясь к горячему телу.

— Слышала? Тебе нужно есть.

Я вздохнула, сам бы попробовал, когда от одного запаха наизнанку выворачивает. Эмиль приносил все, что я люблю и прежде чем заказать, всегда интересовался моим мнением, но ела я в последнее время из рук вон плохо. Боюсь, оставшиеся две недели до вылета меня будут закармливать деликатесами.

Я специально медленно шла, чтобы подольше насладиться обществом мужа. В последнее время он часто задерживался вне дома. У меня даже появилось чувство, что меня заперли в безопасном, но бункере. Лишили мира вокруг, а единственный любимый человек целиком отдавался другим интересам. Каким, я старалась не думать. Разборки с группировкой Бестужева набирали обороты. И чем дальше, тем отчетливей понимала, что их не остановить. Кровной мести отдаются полностью.

Эмиль посадил меня на заднее сиденье джипа. Неосознанно я положила ладонь на живот. В какой-то мере я могу понять этого Бестужева… У меня тоже будет сын. Понять, но не простить.

Замужество примирило меня со многим. Быть женой криминального авторитета и остаться белоручкой очень сложно. Приходится на многое закрывать глаза ради мужчины, которого выбирала сама. Кровная месть… Да, мне придется ехать в Германию.

Когда мы с Эмилем устроились на заднем сиденье, Антон обернулся.

— Господин Кац, плохие новости, — он ожесточенно тискал рацию. — Наших парней нашли за городом…

— Что? — Эмиль подобрался, наклоняясь вперед с таким видом, будто на переднем сиденье враг сидел, а не его верный помощник. — Каких парней? Когда?

— Мне только что сообщили, что нашли тела… Господин Кац, они вчера пропали в клубе и сегодня всплыли… Их вывезли, пытали и добили через несколько часов в районе ваших складов.

— Моих складов? — мгновенно подобрался он.

— Это демонстративное убийство, господин Кац. Это предупреждение. Нам угрожают на нашей территории.