Глава 47

Глава 47

Лирден отпрянул от окна и взволнованно обхватил себя за плечи. Его руки дрожали, дыхание сбилось, как после бега, а сердце в груди колотилось с дикой скоростью. Он всё ещё не мог поверить своим глазам, до последнего надеялся, что ему показалось. Но нет… всё на самом деле было так. И он действительно видел… то, что не должен был.

Из глубины отцовского кабинета послышалось нервное раздражённое мычание, и оно отвлекло парня от жутких мыслей.

Он обернулся и посмотрел на свою пленницу. Невзирая на путы, девушка умудрилась сесть, опёрлась спиной на шкаф и смотрела на него со смесью испуга и злости. Ну да, и грозно мычала прямо сквозь заклеенный лентой рот.

Фурия белобрысая.

Лир бросил взгляд за окно, где больше ничего не напоминало о недавно стоявшем посреди сада мобиле и, подойдя к своей пленнице, опустился на пол неподалёку от неё. Ему нужно было подумать, осмыслить и принять решение. Потому что теперь всё обернулось слишком серьёзно. На такое он точно не подписывался.

Но, Всевидящий, что же теперь делать?!

Как быть?

Он ведь просто хотел справедливости. Хотел возмездия. Хотел… Да демоны знают, чего ещё хотел и зачем согласился!

Нет, нельзя упоминать демонов. Нельзя! А то вдруг вернутся…

— Мммм! — снова попыталась что-то сказать девка.

Лир глянул на неё устало. Сейчас он даже к ней уже не чувствовал ненависти. Как-то в один момент все его прошлые эмоции стали казаться глупыми и неважными. А мир просто перевернулся.

— Плесень, мы влипли так, что даже мне страшно, — проговорил он, поймав в полумраке комнаты взгляд Дайрисы. — Скажи, что делать? Что я вообще могу?

— Мммм! Мм! — выдала она в ответ.

Но судя по интонациям, цензурных слов в её речи не было. Хотя, чему удивляться, она же плебейка. Ни родословной, ни воспитания! Даром, что красивая. Лир и красивее видел.

И не только видел.

— Да плевать мне, что ты думаешь! — раздражённо бросил парень и вытащил из кармана фонап.

Несколько минут сверлил его взглядом, вертел в дрожащих пальцах, а потом всё-таки принял решение… которое, как он понимал, изменит его жизнь навсегда.

Номер он помнил наизусть. Набрал быстро, а вот ответа пришлось подождать. Но когда из динамиков фонапа всё-таки донеслось заветное «Слушаю», Лир даже вздрогнул.

— Слушаю! Лирден, — снова проговорил отец.

— Папа, — хрипло ответил парень. — Возвращайтесь домой как можно скорее.

— Что случилось? — в голосе Леонарда Ремерди слышалось волнение.

— Случилось. Расскажу, когда приедете. Я в твоём кабинете. Поспеши.

И отключил вызов.

Всё, мосты сожжены. Назад пути нет. Мир больше никогда не станет прежним.

— Ммм? — промычала девушка.

И Лир, закатив глаза, содрал с её лица липкую ленту.

— Что происходит?! — выпалила Дайриса. — Придурок! Ты зачем меня связал?!

— Помолчи, Плесень. Если связал, значит, так было нужно, — ответил он устало.

— Кому?! Это какой-то спор? Развлечение богатенького мажора? Тебе жить скучно стало? И не смей меня оскорблять!

— Это прозвище. Тебе дико подходит, — ответил надменно. — Белая Плесень. Появилась в моей жизни и всё отравила собой. Испортила.

— Ты сам всё портишь, — раздражённо бросила девушка. — Не смей винить меня в своих неприятностях! Это низко!

Он кивнул и опустил взгляд. А потом вдруг резко подался к Дарисе и коснулся губами её губ.

Они оба замерли. Девушка опешила, совсем перестав его понимать. А он отстранился и быстрым движением снова вернул на её рот клейкую ленту, лишив Дайри возможности говорить.

— МММММ! — грозно промычала та, задёргавшись. — Ммм! Мм! Мм!

Она ещё долго возмущалась, но Лир молчал. Просто сидел рядом и смотрел на неё. Она его не понимала? Да он и сам себя понимать перестал. Совсем.

В голове творился хаос, хотелось одновременно всё разнести и просто тихо разрыдаться, как когда-то в детстве.

Вот только детство давно кончилось. А сегодня закончилась ещё и юность. Всё.

Но эта белобрысая права. Он сам во всём виноват. А значит, сам всё и исправит… если это ещё возможно. И даже ответственность понесёт. Любую, какую за его поступок назначит суд.

Дверь кабинета резко распахнулась, и под потолком вспыхнул свет, больно резанув по глазам. Лир закрылся рукой, стараясь сфокусировать зрение. Поднялся на ноги…

— Дайри! — выкрикнула женщина. Любовница отца. Леди Элена.

Она кинулась к девушке и тут же осторожно убрала с её лица ленту.

— Что случилось?

— Этот недоумок притащил меня сюда и связал! Рот заклеил! — выпалила возмущённая девчонка, зло ткнув пальцем в сторону Лирдена.

Но тот стоял с прямой спиной и вид имел совершенно не раскаявшийся. А смотрел при этом только в глаза отцу.

— Зачем ты это сделал, Лир? — спросил лорд Ремерди, прекрасно зная, что при всей своей дурашливости, просто так сын подобного бы не вытворил. А если бы и вытворил, то уж точно не стал бы срочно его вызывать.

Лир набрал в лёгкие побольше воздуха… медленно выдохнул, метнул взгляд на леди Элену, которая стояла, обняв дочь, и смотрела на него обвиняюще.

Начать признаваться было дико сложно. Язык отказывался слушаться, мысли не желали выстраиваться в слова. И всё же он должен это сделать, раз уж всё для себя решил.

— В доме были посторонние, — сказал Лир, наконец. — Трое в чёрном. Они приходили за Беатрис, Скайденом… и Дайрисой.

Он впервые произнёс её имя, и оно прозвучало для него самого совершенно странно. В мыслях он называл её по-разному, но чаще всего девкой или Белой Плесенью. А ведь у неё было красивое имя.

Дайри… Дар. Жаль, чей-то чужой. Не его.

— Что?! — воскликнул хозяин дома. — Ты серьёзно? Или это шутка? Лир!

— Их увезли, — продолжил парень. — У меня не было времени объяснять Пле… Дайрисе, что происходит, потому я её обездвижил магией и заклеил рот.

— Но почему ты не сообщил охране?! И как эти люди вообще сюда попали? Дом же неприступен! — Леонард Ремерди схватился за голову.

Потом достал фонап, вызвал дежурных охранников и следователя, который вёл дело о нападении на его дочь и зятя. Хотел уйти из кабинета, чтобы проверить комнату Беатрис, но его остановил голос сына.

— Это я…

— Что ты? — не понял лорд Ремерди.

— Я дал им доступ пройти сквозь защиту.

Фонап выпал из ослабевшей руки Леонарда. Он смотрел в глаза Лирдену, всё ещё надеясь, что тот пошутил. Соврал. Но сын, увы, говорил правду.

— Да, это я, — повторил парень, сжав оба кулака. — Но без моего признания вы бы ничего не доказали.

Лорд Ремерди не сдержался, подошёл ближе и отвесил тому обидную, хлёсткую оплеуху.

— Ты… ты… Зачем?! — прорычал Леонард.

Лир схватился за горящую огнём щёку, но снова выпрямился и взгляда не отвёл.

— Зачем ты это сделал, я тебя спрашиваю?! Куда их увезли?! Как эти твари на тебя вышли?

— Мама, — прикрыв глаза, тихо ответил парень. — Остальное я скажу только наедине.

Руки парня дрожали, голос тоже, но он продолжал стоять на месте, принимая свою кару с видом истинного аристократа.

Элена тихо вывела из кабинета дочь и прикрыла за собой дверь. Она была растеряна, испугана, но на Лирдена даже не глянула.

— Луиза заставила тебя провести этих людей в наш дом? — ледяным тоном спросил его отец, всё так же стоя напротив.

— Она не заставляла. Плакала, говорила, что твоя любовница и её сынок ей всю жизнь исковеркали. Что они и сейчас всё специально провернули. Что Скайден обманом женился на Беате, и ему нужны только её и твои связи. Она много всего говорила… — парень сглотнул. — Призналась, что ты мне не родной. Сообщила, что, если пропущу через охранный купол «гостей», то помогу закончить дело человека, чья кровь течёт во мне. Настоящего отца… которого убил Бастиан Гленвайдер.

Он говорил монотонно, почти без эмоций. Сейчас страх и осознание содеянного глушили в нём все остальные чувства. Пока где-то неподалёку была Плесень, он ещё держался, будто черпая от неё силы. А теперь…

Леонард слушал его, всё больше бледнея. Хотел что-то сказать, но Лир отрицательно качнул головой.

— Дай закончить, — попросил он. — Возможно, я бы и не признался, но… увидел в окно, как эти… уносят Беатрис. Мне пообещали, что она останется жива и не пострадает. А когда я глянул… — он снова запнулся, собираясь с силами, чтобы сказать главное. — Двое из похитителей — демоны.

— Что? — Леонард, видимо, решил, что ослышался.

— Демоны, папа, — повторил Лирден, сглотнул. — Я вижу сквозь любые иллюзии… У них ауры были серыми. Демоническими. И кожа под прикрытием личин у них тоже серая. Да… — только теперь он опустил взгляд. — Я читал про них. Много. И знаю, что их давным-давно изгнали. Заточили. Но эти двое точно были демонами. И… в правительстве несколько есть.

— Откуда ты знаешь?! — нервно выдал лорд Ремерди. — Почему никогда не говорил?

— Сказал маме, ещё в детстве… но она запретила кому-либо об этом сообщать. Сказала, что мальчиков с таким даром убивают. Но теперь…

Лир вздохнул, пытаясь побороть образовавшийся в горле ком. Его всё сильнее трясло.

— Ты веришь мне?

— Верю, — коротко кивнул Леонард. — И это на самом деле вносит ясность в происходящее. Но ты сказал, что в правительстве демоны. Кто?

— Одного не знаю. Видел как-то в новостях. А второй… — он запнулся, на пару мгновений зажмурился, и всё же сообщил. — Лорд Льюис Коврин. Он всё время носит иллюзию. Под ней высший демон. И сегодня, видя, кто именно уносит Беату с её мужем, я понял, что больше не могу скрывать, что знаю. Последствия могут быть слишком страшными… — и шёпотом добавил: — Для всей страны.

— Хорошо, что ты это осознаёшь, — ответил Леонард, подняв с пола свой фонап. Потом набрал чей-то номер, подключил защищённый магией канал связи, и его закрыл полупрозрачный купол, отрезавший все звуки.

Лир же обессиленно опустился на пол, зажмурился и накрыл голову руками.

Нет, он не жалел, что рассказал всё отцу. Точнее, лорду Ремерди. Не переживал о том, что выдал мать. Наверное, лишь сейчас он вообще начал понимать и осознавать, что творится вокруг.

Беата права, он никогда не нужен был матери. Та просто использовала его, чтобы насолить отцу. Постоянно твердила, какой тот отвратительный. Поощряла юношеские глупости сына.

И вот теперь он сам всё окончательно испортил. Угробил… пойдя на поводу у собственных эмоций.

Подставил сестру, которая, кажется, единственная из всей семьи его любила.