Глава 3

Чем ближе мы подходили к импровизированному ограждению, тем громче становился грохот. Я до последнего момента не включала фонарь, экономя батарейки и не желая привлекать лишнее внимание врага, кем бы он ни был.

В какой-то момент услышала, что прямо в нас летит что-то объемное. Схватила Эрика за рукав и резко рванула вниз, вынуждая лечь на пол. Над нашими головами пронеслось что-то, по очертаниям похожее на стул, и ударилось в стену. Треск ломающегося дерева эхом раздался по холлу.

Всмотрелась в непроглядную тьму, и смогла распознать лишь блуждающий в ней силуэт, от которого исходило слабое свечение. Подобное я видела впервые. Пустые не светились, наоборот, их вены и артерии были черными.

Импульсивно щелкнула кнопку фонаря, желая разглядеть странную фигуру. Луч света прорезал тьму и…

Мы с Эриком одновременно издали сдавленные хрипы, потому что увиденное повергло нас в шок.

Около баррикад, замерев на месте, ровно и уверенно стоял Олег. Он изменился сейчас, выглядел мощнее и… злее. Его грудь вздымалась, как у загнанного зверя. Но удивило нас другое… Все тело нашего гостя было исполосовано тонкими сияющими под кожей линиями, словно кто-то разрисовал его флуоресцентными фломастерами.

– Я никогда не видела ничего подобного, – просипела чуть слышно, не сводя взгляда с Олега.

– Он Пустой? – хрипнул Эрик.

– Нет… Не знаю… – замялась я. – Он же был в сознании. А у Пустых нет разума…

Жуткий хохот разнесся по холлу, отражаясь от стен и становясь еще более пугающим.

– Глупцы! – преувеличенно пафосным тоном прогремел Олег, неестественно, словно вещал в рупор. – Они… – указал рукой в сторону баррикад, – будущее нашего мира. Эволюция!

– Согласна, Олег, все правильно, – передав фонарь Эрику, подняла руки, пытаясь успокоить этого сумасшедшего. – Давай ты нам расскажешь об этом? – произнесла тоном, которым обычно обращаются к психам, и сделала шаг навстречу.

Олег резко подскочил к баррикадам, поднял двумя руками тяжелый диван и вознес над головой, словно тот ничего не весил. Откуда у него столько силы? Когда мужчина пришел к нам, то едва ноги передвигал. Развить эту мысль в своей голове я не успела, потому что в следующее мгновение Олег с размаху запустил диван в нашу сторону.

Почувствовала крепкие мужские руки на своей талии и резкий рывок назад.

Жуткий грохот мебели заставил зажмуриться: этот звук всех Пустых в округе соберет!

Очнулась, лежа на полу, в объятиях Эрика, который слишком сильно сжимал меня. Высвободившись, вставать не спешила. Вместе с другом мы аккуратно отползли к стене, продолжая наблюдать за безумным Олегом.

– Нет, я лучше покажу! – проревел тот, стремительно разбирая баррикады, где уже образовался внушительный лаз. – Узрите их силу!

Олег вел себя точно как сектант, уверовавший во власть Пустых. Похоже, апокалипсис свел его с ума. Однако даже для психа Олег был необъяснимо силен.

– Почувствуйте их величие, – развел руки в сторону и замер, широко раскрыв невидящие глаза.

Мы с Эриком недоуменно переглянулись и попытались подняться с пола. В эту же секунду фонарь замигал, и друг несколько раз встряхнул его, приводя в порядок.

Направил луч света в сторону баррикад – и сквозь зияющую дыру мы заметили движение на лестнице.

– Пустые? – сглотнула я панически.

После этого перевела взор на Олега. Он так и стоял каменным изваянием, а сияние на его коже только усиливалось. Мужчина словно созывал Пустых, не произнося при этом ни слова. Как это возможно? И кто он, в конце концов?

Шорох по ту сторону баррикад становился все более явным и громким. Вся наша группа оказалась в опасности…

– Мы в ловушке, – с нервными нотками в голосе сглотнул Эрик.

Я аккуратно, стараясь не шуметь и не привлекать внимание чокнутого Олега, попятилась назад, потянув за собой и друга.

– Через крышу, – тихо и коротко бросила ему, идя наощупь вдоль стены.

Гул и шорохи, доносящиеся с лестницы, усиливались, но сквозь баррикады никто не проник внутрь. Пока… У Пустых нет разума, но он есть у Олега. Точнее, жалкие остатки…

Толкнула спиной дверь, ведущую в кинозал, и чуть ли не ввалилась внутрь, увлекая за собой Эрика.

– Берите только самое необходимое – и выходим к люку на крышу, – строго приказала я нашим. – Минута пошла.

Сама я четко знала, где лежит мой рюкзак с вещами, собранными на случай чрезвычайной ситуации, поэтому оперативно нащупала его в темноте, и уже через секунду стояла в дверях, дожидаясь остальных.

Вскоре ко мне присоединилась и Крис со своей бессменной спортивной сумкой. Ее тренерское прошлое определенно было сейчас на руку: девушка двигалась быстро, ориентировалась четко и отличалась выносливостью. Чего не скажешь о большинстве членах нашей группы. Благо, у нас не было стариков, больных и детей: самому младшему из нас исполнилось восемнадцать лет…

Покидали кинозал мы вереницей, ступая еле слышно по паркетному полу. Благо, люк находился в противоположной стороне от того места, где сейчас находился Олег. Однако в холле обзор был слишком хороший, и нам оставалось только надеяться, что безумец до сих пор пребывал в своем трансе.

Мы с Эриком и Крис первыми оказались у люка, осторожно спустили поскрипывающую лестницу – и принялись помогать своим подниматься на крышу. Наверху их принимал ничего не понимающий Марат. К счастью, задавать лишние вопросы и медлить – было не в его характере. Сначала дела, а потом разговоры. Так он и поступал в данный момент.

Команда работала слаженно. Буквально за пару минут мы подняли на крышу около десяти человек. Оставалось примерно столько же, плюс забраться самим, но…

– Ингалятор, – взволнованно всхлипнул Коля, тот самый младший член группы.

Парень был астматиком, и без ингалятора ему сложно справляться с приступами, которые случались крайне редко, в напряженных ситуациях, но протекали тяжело. Вспомнив, с каким трудом, рискуя жизнью, мы искали в торговом центре необходимые препараты в последний раз, я вздрогнула.

Уточнив у Коли, где именно он оставил свою сумку с ингалятором и лекарствами, я направилась обратно в кинозал, несмотря на протесты Эрика. На ходу достала из рюкзака тусклый фонарь, которым пользовалась только в крайних случаях, экономя энергию.

Оказавшись внутри помещения, подсветила кресла, высматривая вещи Коли. Под одним из них и нашла описанную им сумку темно-синего цвета со светоотражающими вставками. Быстро проверила содержимое и, удовлетворенно выдохнув, рванула к выходу…

Преодолевая фойе и достигая его середины, четко слышу шарканье, будто прямо ко мне приближается дряхлый старик, не в силах достаточно высоко поднимать ноги при ходьбе.

Рвано выдохнув, замираю на месте.

Звук усиливается, прорезая тишину и проникая в голову, больно полосуя сознание.

С каждой секундой… Все ближе… Все громче…

Шорх… Шорх…

До боли сжимаю в руке фонарик, выключенный в данный момент, и дрожащим пальцем пытаюсь попасть по кнопке…

Если мне суждено погибнуть сейчас, то я хотя бы посмотрю в лицо своей смерти. Надо же знать, кто именно тебя победил в этой неравной схватке…

Тусклое, еле живое свечение проникает в темноту и спотыкается о силуэт человеческой формы. Но это лишь на первый взгляд…

Всматриваюсь в очертания, анализируя характерные приметы, и сердце пропускает удар. Черные вены, стеклянные глаза, сглаженные черты лица…

Делаю вдох и медленный, возможно, мой последний выдох…

В трех метрах от меня стоит Пустой, притаившись, словно перед решающим нападением…

Слишком близко, чтобы бежать… Слишком поздно, чтобы спастись…

Гипнотизирую взглядом Пустого, который пока не делает ни единого движения, и мысленно прощаюсь с жизнью. А заодно ругаю себя, что подвела Колю, ведь доставить ему ингалятор я уже буду не в состоянии…

Чертов фонарь отключается буквально на долю секунды.

Когда слабый свет возвращается, я чуть ли не вскрикиваю, но вместо этого до ноющей боли сжимаю челюсть, заставляя себя подумать о группе. Нельзя привлекать внимание и подставлять всех. Тем более, я все равно уже не жилец…

Сейчас Пустой стоит напротив меня. Так близко, что я ощущаю его спертый запах и тяжелое дыхание. Удивительно, этим монстрам нужен воздух? Или они делают это по инерции?

Хочу сделать хотя бы шаг назад, но моя слабая попытка спастись с треском проваливается, потому что фонарь вновь предает меня…

Короткое мигание света – и вот мы с Пустым уже лицом к лицу, глаза в глаза, а его рука возле моей щеки. А ведь стоит ему дотронуться до меня, как шансов на спасение больше не будет. Я видела несколько раз, как подобным образом, одним прикосновением, Пустые вытягивали из человека силы и энергию. Опустошали его. И физическая оболочка сначала падала замертво, а потом воскресала, чтобы бесцельно бродить и плодить себе подобных…

Черт, да лучше окончательно подохнуть, чем вот так… Но выбора мне не предлагают..

Долбаный свет опять мигает, а я импульсивно отстраняюсь от руки Пустого, зачем-то оттягивая неминуемую развязку.

Обретая способность видеть, замечаю, что враг все еще на месте, однако ладонь от меня убрал.

Передумал? Сомневаюсь…

Свет гаснет, и я нервно встряхиваю дурацкий фонарик. От моих манипуляций он оживает…

Ошеломленно ахаю, потому что рядом со мной никого нет…

Шаркающие звуки раздаются где-то за моей спиной… И удаляются…

Не желая испытывать судьбу, срываюсь с места и уверенным шагом направляюсь к люку. Потом подумаю, что произошло только что и почему…

Уши прорезает громогласный хохот Олега, да так сильно, что барабанные перепонки готовы разлететься на куски.

Бросаю беглый взгляд на подсвеченную фигуру мужчины, что стоит поодаль и смотрит прямо на меня. Что творится сейчас в его воспаленном безумием мозгу – даже представить не могу…

Ускоряю шаг, все ближе подходя к люку. Мне никто не мешает, меня не пытаются остановить или убить…

Олег просто остается на месте и смеется, как псих, Пустые, насколько я могу понять в полумраке, бродят возле баррикад, а я тем временем взбираюсь по лестнице.

– Посвященная, – летит мне в спину от Олега.

Чертов сектант, слетевший с катушек!

Поднимаю лестницу полностью, чтобы наш «незваный гость» не последовал за нами. Оказавшись в относительной безопасности, позволяю себе расслабиться, но вместо этого чувствую тошноту и головокружение.

Каким-то пьяным движением захлопываю крышку люка, потом спускаю с плеча сумку Коли…

Хочу рассказать ребятам, что случилось, но в глазах темнеет – и я падаю в руки подбежавшего Марата.

– Надо уходить, пока Пустые сосредоточены в нашем крыле на пятом, – слабо пролепетала я, с трудом открывая глаза.

– Откуда ты знаешь, что все они здесь? – удивился Марат, который в принципе пропустил все «веселье», находясь на крыше.

– Чувствую, – выдала я машинально и мгновенно исправилась. – Знаю, потому что наш новенький Олег каким-то образом их зовет и собирает вокруг себя, – объяснила, поднимаясь на ноги и пытаясь прийти в себя после полуобморочного состояния.

Слабость разливалась по телу, а колени дрожали, но я смотрела на окруживших меня людей – и старалась взять себя в руки.

– Нам надо прорваться к Отчаянным, – с уверенностью проговорила, наблюдая, как лица ребят вытянулись в удивлении.

– Ты же слышала, что Олег говорил о них… – попытался возразить Эрик, но получил от меня лишь злой взгляд.

– А потом твой Олег разрушил баррикады и привел Пустых! – процедила я, чувствуя, как голова раскалывается от резкой боли. – Это наш единственный шанс. Мы попробуем открыть второй люк, а оттуда, если я правильно понимаю, по южной лестнице попадем прямо к крылу Отчаянных…

– А если ты ошиблась, и мы наткнемся на Пустых? – прищурилась Крис.

– Будем двигаться тихо и аккуратно, – задумчиво протянула я. – Главное, решать оперативно. Пока Олег приманивает Пустых сюда, мы имеем все шансы спокойно пройти через южное крыло. Доверьтесь мне! – призвала ребят, хотя сама не понимала, откуда во мне такая уверенность, где сейчас находятся Пустые.

– Зачем все усложнять? – отозвался Игорь, один из членов группы. – Если можно просто спуститься с крыши по пожарной лестнице и…

– И что? – с вызовом вздернула подбородок. – Куда дальше? Мы сбегали из кинотеатра впопыхах. Мы недостаточно экипированы, у нас нет провизии, нет оружия, ничего сейчас нет! Как далеко мы сможем уйти на открытом пространстве? – сложила руки на груди. – У Отчаянных есть все необходимое, и они защищены!

– А если они нас не примут? – услышала рядом с собой голос Эрика, и меня начинало раздражать, что даже он против меня.

– Не узнаем, если не попробуем, – пожала плечами, но получилось неубедительно.

Игорь в самый неподходящий момент решил поиграть в революционера. Тряхнул своими смоляными, спутанными без регулярного ухода, волосами, встал на возвышение и поднял руку, обращая на себя внимание.

– Давайте проголосуем, – неожиданно предложил он.

– Нет, нельзя делить группу! Только не сейчас! – воскликнула я, но мои слова утонули в нарастающем гуле голосов.

Вот только бунта нам сейчас и не хватало! Обреченно прикрыла лицо руками, не желая даже участвовать в этом сумасшествии.

– Кто за то, чтобы покинуть торговый центр, подойдите ко мне, – распорядился Игорь, упиваясь своей властью. – Кто хочет к Отчаянным, соответственно, к Ане, – махнул небрежно в мою сторону.

Группа зашевелилась, словно разворошенный муравейник, но разделилась на удивление быстро. Что же, ломать не строить. Когда «голосование» было завершено, возле меня осталось семь человек, остальные приняли сторону Игоря.

Осмотрела свою «команду», особенно задержавшись взглядом на Эрике. Все-таки со мной остался, несмотря на разногласия. Правда, я пока не знала, чего хочу больше: поблагодарить его или прибить за то, что все случилось по его вине.

Перевела глаза на Иру и Колю, которые оказались «по ту линию невидимого фронта», и неодобрительно покачала головой.

– Не будем медлить, – скомандовал Игорь таким тоном, что захотелось сбросить его с крыши, а потом спустил пожарную лестницу и первым переступил через парапет.

Ира виновато пожала плечами и, взяв Колю за локоть, направилась за Игорем. Ее примеру последовали и остальные «приспешники революции».

Сбросив с себя оцепенение, я резко развернулась, не желая смотреть, как разваливается наша группа. Вместо этого молча направилась к закрытому люку на противоположной стороне крыши.

С мгновенно подскочившими Маратом и Эриком мы вскрыли его на удивление быстро, правда, и грохот подняли сильный. Не зря мы раньше боялись трогать этот проржавевший лист железа. Но сейчас, когда Пустые в кинотеатре, мы могли спокойно спуститься в южное крыло.

В темноте мы ориентировались наощупь, что, собственно, было привычно для всех. Шли вдоль стены, опираясь руками о неровную поверхность.

Лестница, как я и предполагала, оказалась свободной. Без приключений добрались до первого этажа, но тут нас ожидал сюрприз…

По холлу, через который нам предстояло пройти до убежища Отчаянных, бесцельно бродили несколько Пустых. То ли они были слишком далеко, чтобы откликнуться на «зов» Олега, то ли слышали Отчаянных и «караулили» их.

Вытянула руку так, чтобы остановить группу, точнее, то, что от нее осталось.

– Обойдем их справа, только очень тихо, – прошептала я своим, а после осторожно двинулась дальше.

Половину пути мы преодолели бесшумно, крадучись и не привлекая внимания Пустых, однако потом ускорились, осмелев.

Не сводя глаз с врага, мы быстро добрались до убежища Отчаянных. Каких-то усиленных баррикад я там не заметила, впрочем, скорее всего, вход был укреплен изнутри. Нас же встретили обычные пластиковые двери, зачем-то обклеенные серебристой фольгой.

И как раз на этом этапе все пошло наперекосяк…

Как подать знак Отчаянным? И отзовутся ли они?

Осторожно сорвала часть фольги и постучала по пластику, но при этом поглядывала на Пустых вместе с притаившимися ребятами.

Убедившись, что существа так и стоят, не реагируя на шум, побарабанила сильнее. Изнутри не доносилось ни звука – и моя идея все больше казалась провальной.

Тогда я решилась на крайние меры.

Отвернувшись от Пустых, прокричала в дверь просьбу о помощи, и вся группа, последовав моему примеру, принялась громко вопить и стучать по пластиковой поверхности.

Не услышать нас было невозможно, но Отчаянные на помощь не спешили. Бросив быстрый взгляд за спину, вскрикнула от страха. Конечно, глупо было бы ожидать, что Пустые позади нас проигнорируют стук и крики и не станут нападать, но я надеялась, что Отчаянные откроют раньше…

Не успела собраться с мыслями, как четверо наших резко рванули к главному выходу из торгового центра, видимо, решив спастись таким образом. Но просчитались, потому что тем самым перевели на себя все внимание Пустых.

Мы остались с Эриком, Крис и Маратом. Просто стояли, боясь даже дышать, прижавшись спинами к закрытым дверям, и с ужасом наблюдали, как Пустые загоняют наших друзей, словно охотники свою добычу.

Чем закончилась эта погоня, нам не суждено было узнать, потому что ребята завернули за угол, уводя за собой врага.

Прикрыла глаза и невольно издала полувздох-полувсхлип…

И тут же ощутила, как проваливаюсь спиной назад. Краем глаза заметила, что стоявшие рядом друзья тоже покачнулись, теряя равновесие.

Все-таки Отчаянные открыли нам? Почему же так поздно! Сделай они это хотя бы на пару минут раньше, и все остались бы живы!..

Нас обхватили сзади, не позволяя взглянуть в лица спасителей, если они таковыми являлись. И затащили внутрь, в темное помещение, где не было ни единого окна.

– Мы с пятого этажа, – проговорила я в пустоту, потому что обернуться мне не разрешили. – Нам нужна помощь, пожалуйста…

– Какого черта вы открыли им? – прозвучал грубый голос издалека.

– Командир услышал шум и приказал пустить, – невозмутимо ответил другой, более спокойный, и на этом пререкания сразу прекратились.

– А сам?

– Ушел к себе. Сказал, дальше вы сами, Каратель, – на этих словах грубиян тяжело выдохнул.

– Осмотреть их, чтобы меток не было, потом допрос, – после паузы распорядился он. – Ночь проведут прямо здесь, в подсобке. В холл могут выходить свободно, но не более того. К комнатам Отчаянных их не пускать! Ясно? А я поговорю с Командиром…

Звук удаляющихся шагов – и короткая пауза.

– Хорошо, что бабы есть, – незнакомый мерзкий голос пронесся прямо над ухом, а за ним последовал противный шлепок по моему бедру.

Тело отреагировало раньше, чем мозг успел оценить ситуацию и включить инстинкт самосохранения. Так что уже в следующую секунду мое колено угодило во что-то мягкое, но в темноте разобрать было сложно, куда именно. Мужчина взвыл и оттолкнул меня.

Не успев насладиться кратковременной победой, ощутила тупой удар по затылку. Недовольное бурчание и ругань – это последнее, что пробилось сквозь мое угасающее сознание.