Глава 75

Мы уже на трассу выехали, позади остались широкие ворота комплекса. По обеим сторонам дороги лежит растаявший снег, смешанный с грязью.

От скорости меня мутит, и наружу просится завтрак.

А в голову лезут дурные картинки.

Жаркое лето, и тоже дорога, мы с ним в машине, на мне белое платье. Два выстрела, что как один прозвучали, слились в унисон.

Два мужчины, что рухнули на асфальт, который кровью окрашивался, они чуть не убили друг друга тогда.

— Выпусти меня отсюда, Макар, — взмолилась и дернула ручку, стало так страшно, дурное предчувствие захватило с головой.

Муж бросил взгляд на меня, сбавил скорость.

Еще немного.

И съехал в грязь на обочине.

Снял руки с руля.

Его просто трясет.

Обеими ладонями накрыла живот, защищая. Я не увидела этого сразу — его дикого взгляда, доверчиво села в машину.

А теперь лишнее движение сделать боюсь, кажется, он убить способен меня, настолько муж не в себе.

— Надо успокоиться, — сказала дрожащим голосом и тихонько нажала на ручку, открывая дверь.

Замок тихо щелкнул.

Я сейчас готова бежать сломя голову по лесу обратно до комплекса, страх за ребенка силен настолько, что у меня одна мысль — спастись.

Рванула дверь. Шум проехавшей машины оглушил на секунду, а потом муж схватил меня за капюшон толстовки и дернул назад.

Вскрикнула и закрылась ладонями, как от удара.

— Эмма, — его голос негромкий и чуть удивленный. — Эмма, милая, ты чего. Посмотри на меня.

В просвет между пальцами посмотрела в его лицо.

Я…с ума сошла, наверное, из-за беременности перенервничала, передо мной прежний мужчина, которого я люблю.

Шумно выдохнула и опустила руки.

— Прости, — Макар поймал мои запястья и поцеловал пальцы, кольцо на безымянном — я его уже несколько недель то снимаю, то надеваю обратно. Муж поднял покрасневшие глаза. — Испугалась? Я не хотел. Я…что я сделал? Как ты можешь меня бояться? Я тебя очень люблю. Больше жизни.

Он сказал это не задумываясь, так уверенно, словно абсолютное знание, которое не поддается сомнению, а я и, правда, не сомневалась, все эти месяцы верила в его чувства.

— Не знаю. Напугалась, — призналась, взглядом впилась в его бледное лицо. — Тебе плохо? Мне жаль, что так получилось. Артур сказал в ресторане, но я сама хотела и…

Макар помрачнел, я замолчала.

Он продолжает держать меня за руки — мои теплые ладони в его ледяных и широких.

Я не виновата в том, что забеременела не от него. Не хочу считать себя виноватой, ведь новость, что я стану мамой — она для меня так трепетна.

— Я рада ребенку, — высказала вслух, глядя в глаза ему. — У нас всех отношения непростые. Но случилось то, что случилось. И я тебя люблю. Очень. Но Артур…

— Я знаю, — он пожимает мои пальцы, гладит обручальное кольцо. — У меня тоже есть дети от другой женщины. И я тебя не виню, не собирался винить.

Он посмотрел вперед, на дорогу.

Он говорит со мной. Но мыслями не здесь, далеко от меня, между густых бровей залегла глубокая складка, он думает о чем-то, напряженно, муж какое-то решение принимает.

А я не понимаю его, но чувствую, интуитивно, насколько важно это.

— Что у тебя случилось? — не выдержала, нарушила паузу. — С Миланой проблемы? С Максимом?

— Черт.

Он выругался себе под нос.

Дрожащей рукой дернул телефон с панели и не удержал — сотовый шлепнулся ему под ноги.

Макар наклонился, подхватил трубку.

Он кому-то звонит.

И на лице написана решительность.

Которая сменилась удивлением.

— Связи нет, — сказал Макар рассеянно, отняв сотовый от уха. Глянул на дорогу, на меня — у него не глаза, а марево, чернота, поддернутая дымкой, он будто не видит ничего вокруг, не соображает, где он. — Связи нет, — повторил.

Как робот, рваным движением, бросил телефон на панель и запустил двигатель.

Он рванул вперед так, что меня по сиденью швырнуло, Макар развернул машину, и взвизгнули шины.

Муж на скорости понесся обратно к комплексу.

— Макар, — вцепилась в ремень безопасности. — Что случилось? — спросила снова, уже ощущая липкий страх, холодный пот, что выступил на позвоночнике.

Он не слышит меня, мчит вперед, и я сознаю — дело в Артуре, он из-за него возвращается, хотел по телефону предупредить его о чем-то.

И не смог.

Тот якобы сосед. Который позвал Артура на помощь. Он побил его, точно побил, и Артур лежит сейчас у домика, с пробитой головой — почему-то такая картинка перед глазами вспыхнула вопреки логике…

Отец моего ребенка — здоровый бугай с железными мышцами, у него всегда с собой пистолет, не могут его просто взять и отметелить.

Боже…

Что тогда?

Машина влетела в открытые ворота, рванула к главному корпусу, оттуда свернула на проселочную дорогу и понеслась, подскакивая на кочках.

И я сломалась от страха.

Подвел организм.

С трудом отстегнула ремень и шлепнула пальцами по кнопке, стекло поехало вниз, и в лицо ударил ледяной ветер.

— Меня вырвет! — выкрикнула, из последних сил сдерживая подступающий к горлу ком.

Макар затормозил, и нас обоих швырнуло сначала вперед, а потом на сиденья.

— Эмма, — муж выскочил на улицу и обогнул машину, распахнул дверь.

Успела оттолкнуть его, еще чуть-чуть — и на блестящие туфли вывалился бы мой завтрак.

— Милая, я сейчас, сейчас, подожди, родная, я сейчас.

С этими словами он отдалился, побежал, увидела лишь, как он туфлей провалился в лужу и скрылся из поля зрения.

А после живот скрутило, коленями рухнула на мокрую землю, токсикоз меня доконал, я думала…

Пока не дрогнула земля подо мной и не прозвучал оглушительный взрыв.