13

Я ее не догнал. Выбежал из подъезда, огляделся вокруг. Никого. Хотелось броситься на поиски, но вовремя вспомнил, что наверху осталась распахнутая дверь в квартиру и девушка, с которой собирался провести эту ночь. Надо было вернуться, вызвать ей такси и извиниться, что ли. Все-таки я не был совсем уж скотиной.

Она так и стояла у открытой двери, даже в коридор не вошла.

- Не догнал? - спросила спокойно.

- Нет.

- Не расстраивайся, - утешила меня, - догонишь.

Я не знал, что ей сказать в ответ.

Девушка полезла в свой телефон. Стоя рядом, я мог видеть, как она открыла мобильное приложение вызова такси.

- Не надо, - я дотронулся до ее руки, останавливая.

- Вряд ли тебе сейчас до меня, - хмыкнула она.

- Не до тебя, - согласился и пояснил: - Я сам вызову.

Мой порыв не произвел на нее совершенно никакого впечатления, впрочем, я и не ожидал. Какое мне было дело до того, что она обо мне подумает? Я видел ее в первый и последний раз.

- Хорошо, - равнодушно согласилась она.

- Назови адрес.

- Пожалуй, я вернусь на вечеринку.

Я вбил адрес приятеля, вызвал машину и оплатил поездку. На экране телефона высветилось время ожидания такси - 10 минут.

- Может, зайдешь, - предложил я, - выпьем кофе.

- Пойду, внизу подожду.

Она сделала пару шагов к лифту и нажала на кнопку. И почему мне перед ней неудобно? Или все же перед собой?

Лифт подошел быстро, открылись двери. Девушка зашла в кабину.

- Не повторяй прежних ошибок, - сказала, перед тем, как уехать.

«Постараюсь», - ответил про себя.

Дома было тихо, темно, пусто. Я прикурил сигарету и устроился на широком подоконнике, наблюдая, как моя знакомая курит, сидя на лавке в ожидании такси. Все-таки ночь, мало ли что может случиться с одинокой девушкой на темной улице.

Не успел об этом подумать, как тут же понял, какого дурака свалял. Пока переживал о чужой девушке, моя собственная была где-то там, в ночном городе. Ну, я и дятел!

Кляня себя, на чем свет стоит, затушил сигарету, подхватил ключи от машины и выбежал из квартиры. Не дожидаясь лифта, перепрыгивая через ступеньки, спустился вниз. Пронесся мимо удивлённой девушки, которая, видимо, решила, что у меня не все дома. Плевать.

Уже заведя мотор, набрал Лику. Длинные гудки и никакого ответа. И где ее искать?

На всякий случай пару раз объехал район. Вдруг она еще где-то здесь. Поиски результатов не дали. Проклиная себя за излишнюю порядочность (давно надо было поставить ей на телефон следилку), тронулся в сторону Ликиного дома.

В ее окнах горел свет. Я еще пару раз попытался ей дозвониться, но напрасно. Заглушил мотор, подошел к подъезду, набрал домофон. Никто не ответил, и я уж было стал прикидывать, как забраться к ней в окно.

Как вдруг услышал сонное:

- Да?

- Лика?

- Нет.

- Лика дома?

- Вы в своем уме? Знаете, который час?

- Позовите Лику, она не берет трубку.

Но вместо ответа, мой собеседник отрубился.

Я опять набрал домофон. Безрезультатно. Позвонил Лике. Ничего. Написал ей сообщение: «Ответь, или я перебужу весь дом».

Звонок раздался практически сразу, как только сообщение ушло.

- Чем тебе? - весьма нелюбезно спросила Лика.

- Это не то, что ты подумала, - брякнул первое, что пришло в голову.

- Да? Откуда тебе знать, что я подумала?

- Ну, - я замялся, - это не то, чем могло показаться.

- Ты, со спущенными штанами, лапал в подъезде какую-то девицу, - сказала Лика. - И на что это было похоже? Дай-ка угадаю.

- Лик, - взмолился я, - не надо. Я и так чувствую себя мудаком.

- А ты и есть мудак, - отрезала Лика. - Не звони мне, слышать тебя не хочу.

И сбросила вызов.

*****

Сердце замерло, отказываясь верить. Неужели она ждала меня? Но как? Откуда узнала, что я сегодня вернулся в Москву?

Силуэт заворочался, и я понял, что ошибся.

- Добрый вечер, - услышал повторно и чуть не застонал от разочарования.

Спросил:

- Ты что здесь делаешь?

- Вас жду, - прямо ответила Василиса.

Да - да, это была она, та самая мечта художников Рубенса и Кустодиева.

- Зачем? - спросил прямо.

Я устал, как собака, и не намерен был вести светские беседы.

- Меня с работы уволили, - сообщила Василиса.

- Ты комнату сняла? - я вспомнил, что дал ей денег.

Не много, но на комнату должно было хватить.

- Сняла.

- Тогда повторяю вопрос: что ты здесь делаешь?

- Так только на месяц сняла, - пояснила Василиса.

Я прикинул в уме, когда мы с ней виделись. Получалось, что месяц еще не прошел. Или прошел?

- Месяца еще нет, - возразил ей.

- Меня выгнали, - Василиса шмыгнула носом.

- И оттуда тоже? - искренне удивился.

- Потоп случился.

- Сам по себе? - спросил ехидно.

- Я забыла воду закрыть, - ответила Василиса и добавила: - и пробку из ванной вытащить.

- Поздравляю, -  открыл дверь и сделал шаг в коридор.

- Мне идти некуда, - с отчаянием сказала Василиса.

Я окинул ее взглядом. Девчонка стояла, прижимая к себе сумку с вещами и глядя на меня с отчаянием и верой в Деда Мороза. Смешная, ей богу.

Да, она была на любителя. Но вместе с тем, что-то в ней было.

Впрочем, ее внешность меня совершенно не интересовала. Подумал: куда она пойдет ночью? Ведь ясно, что денег у нее нет. Да и знакомых, у которых можно перекантоваться, тоже.

- Входи, - бросил через плечо. - Побудешь у меня до утра.

Она легко взлетела по лестнице, несмотря на свои лишние тридцать килограмм и явно тяжелую сумку.

- Спасибо, - прошептала благодарно и растянула рот в счастливой улыбке.

- Ты особо-то не радуйся, - решил охладить ее пыл, во избежание, так сказать. - Утром пойдешь искать себе другое пристанище, у меня не общежитие.

- Конечно, - она закивала, как китайский болванчик, протискиваясь мимо меня в квартиру.

Я закрыл входную дверь,  стараясь не слишком костерить себя за мягкотелость.

Мое утро пахло сырниками. Лика делала умопомрачительные сырники с ягодами  и рисовой мукой*. Они получались нежные, сочные, с хрустящей корочкой. Объедение, а не сырники.

Лика… дома… Так,  стоп!

Открыл глаза и резко сел на постели. Сырниками действительно благоухало на всю квартиру, но Лики тут не было. Да и быть не могло. Тогда откуда доносится аппетитный аромат?

Вспомнил про свою вчерашнюю гостью. Василиса, мать ее. Приютил ее из жалости на одну ночь, а она, вместо того, чтобы сидеть, как мышь, решила похозяйничать на моей кухне.

Первым моим порывом было ворваться на кухню, вытолкать навязчивую стряпуху взашей и сырники ее выкинуть вдогонку. Я даже встал с кровати. Потом сообразил, что мое появление на кухне в трусах будет не очень приличным и лишенным должной строгости. Натянул спортивные штаны, подумал и добавил еще и майку. Вслед за этим у меня заурчало в животе, жрать хотелось еще со вчерашнего вечера.

Решено, Василису прочь, сырники оставлю себе в качестве моральной компенсации за пробуждение. Там меня обмануть! Я ведь на мгновение поверил, что на кухне хозяйничает Лика. Василиса, дура! И чего ей втемяшилось лезть, готовить. Попила бы воды и шла бы себе восвояси.

Я вышел в коридор, аромат стал ярче и притягательнее. Нет, сырники оставлю себе точно.

Заглянул на кухню. Василиса вовсю хозяйничала. Стол был накрыт свежей льняной скатертью, посуда расставлена, в центре дымилось блюдо с сырниками, прикрытое прозрачной крышкой.

Рот обильно наполнился слюной, кажется, еще немного, и она потечет изо рта, как у голодного сенбернара. Пришлось сглотнуть.

- Доброе утро, - Василиса заметила меня, стоящего в дверях и радостно улыбнулась.

- И тебе, - пробурчал в ответ и развернулся в сторону ванной.

Выгнать ее сразу показалось как-то неудобно, что ли. Вот поест и пусть проваливает.

- Завтрак готов, - отрапортовала моей спине Василиса.

- Угу, -  скрылся в ванной.

Побрился, принял душ и был готов ко встрече с едой и временной жиличкой.

Она, Василиса, не еда,  чинно сидела за столом, положив пухлые ладошки на коленки, и ждала меня.

- Ты чего не ешь? – спросил, усаживаясь на стул.

- Вас жду.

- Ешь давай, - скомандовал, - и выметайся. Мне на работу нужно.

Она ничего не ответила, налила мне кофе, положила на тарелку сырники и подала.

- Вот, попробуйте, - предложила Василиса. – У вас холодильник пустой и в шкафах почти ничего нет.

- Творог где взяла? – спросил, с ненавистью разглядывая сырники.

Сырники в моей тарелке были совершенно не похожи на те, что готовила Лика, и от этого стало как-то по-особенному тоскливо.

- Я в магазин спустилась, - пояснила Василиса. – Пока вы спали.

- У тебя же денег нет.

- Немножко есть. На  творог, сметану и яйца хватило.

- Я тебе верну, - ответил и приступил к еде.

- Спасибо, - тихо сказала Василиса и тоже принялась за завтрак.

Ничего общего с тем, что делала Лика, эта стряпня не имела.

Нет, было вкусно, но по-чужому. А есть хотелось, а потому я наворачивал завтрак. Это злило неимоверно. И еще раздражала Василиса, сидящая напротив, как раз на том месте, где миллион лет назад сидела Лика. Нужно было срочно что-то делать.

Отложил вилку и спросил мрачно:

- Ты поела?

- Да, спасибо.

- Тебе пора.

Она ничего не сказала, кивнула и поднялась из-за стола. Ушла в прихожую. Я слышал, как она там ковыряется. Надевает туфли, застегивает сумку. Щелкнул дверной замок.

- Спасибо вам, - сказала Василиса.

- Стой!

Вышел к ней в коридор, достал деньги, протянул Василисе.

- За продукты.

- Здесь много, - она даже руки спрятала за спину.

Честная, мать ее.

- За работу, - пояснил ей.

- Нет, это нечестно, - твердо ответила девушка.

- Чего бы это?

- Я же не смогу заплатить вам за ночлег, - пояснила Василиса.

- Резонно, - согласился с ней. – Но все равно возьми, тебе нужнее.

- Нет. Вы не переживайте, я как-нибудь устроюсь. Спасибо за помощь.

Она ушла, закрыв за собой входную дверь, а я остался стоять дуб дубом с деньгами в руках.

Потом плюнул, в конце концов, кто мне эта Василиса. Ее проблемы не моя головная боль. Засунул деньги в карман штанов и вернулся на кухню. Налил себе еще кофе, вышел на балкон, покурить.

Еще совсем недавно не мог позволить себе такой роскоши, как утренний перекур за чашкой кофе, не хотел, что бы дочки видели меня с сигаретой. А теперь – кури, не хочу. Только это меня совсем не радует.

Внизу по двору шла Василиса со своей сумкой. Я смотрел на нее и чувствовал, как поднимается жалость. Нет, нет, нет. Она не бродящий котенок, чтобы ее подбирать. Пусть идет и решает свои проблемы сама.

А с другой стороны, я же могу ей помочь? Меня все равно почти не бывает дома, скоро улечу в очередной раз на несколько недель. Квартиру теперь не сдашь. Почему бы не пустить ее пожить? Будет следить за хозяйством и еду готовить вместо оплаты. Поживет немного, найдет новую работу и переедет. Прогнать ее я всегда успею.

Пару минут во мне шла нешуточная борьба. Пускать – не пускать?

Василиса, между тем, почти вышла со двора, и я решил уже – пусть идет своей дорогой. Но в последний момент:

- Василиса!

Крикнул громко, на всю улицу.

Она остановилась, повернула голову. Махнул ей рукой, призывая вернуться. Василиса стояла, глядя на мой балкон и возвращаться не спешила. Пришлось надевать кроссовки и спускаться за ней на улицу.

Подошел к ней, забрал сумку. Действительно, тяжелая. Как она с такой тяжестью справилась?

- Поживешь у меня, - почему-то хмуро сказал я. – Будешь на хозяйстве.

И не дождавшись  никакой реакции на свои слова, двинулся к подъезду. Уже открыв входную дверь, обернулся. Василиса так и стояла на месте, широко распахнув глаза от удивления.

- Тебе что, особое приглашение нужно?

Она отрицательно помахала головой. Не нужно или идти не хочет?

- Шевелись давай, - скомандовал ей. – Я на работу из-за тебя опоздаю.

Это подействовало, Василиса быстро догнала меня.

-Жить будешь в спальне, - распорядился, когда мы вернулись в квартиру. – Уборка и готовка на тебе. Меня дома почти не бывает, так что дом будет на тебе. Деньги на расходы буду давать еженедельно. Друзей и подружек сюда не водить, вести себя тихо. Все поняла?

- Я не буду с вами спать, - решительно сказала Василиса, глядя почему-то в пол.

- Всей душой надеюсь на это.