Глава 20

Багратов

— Куда едем? — деловито спрашивает Мирон. — Новый дом показать?

— Новый? Нет. К Баженовым меня отвези.

— Дом пустует вот уже…

Бросаю разъяренный взгляд на Мирона, замолкает.

— Хорошо. Вроде бы за пределы радиуса не выходит, — сверяется с чем-то.

— Ты меня пасти будешь?

— Тимур Дамирович, одно из условия вашего досрочного освобождения было соблюдения определенного режима. То есть тише воды, ниже травы. Вам оставили возможность передвигаться по городу в определенном радиусе! — перечисляет все то, что я и так знаю. — Другим и такой роскоши не предоставляют. Могли бы и на территории дома приказать сидеть или вообще не выпускать из…

— Все, хватит нотации читать. Отвези меня к Баженовым.

— Думаете, наши люди из органов что-то упустили? Даже если так, то потом люди Шилова каждый сантиметр перерыли, весь сад перекопали.

— К Баженовым. Разговор окончен.

Мирон замолкает и перестраивает маршрут так, чтобы заехать в поместье Баженовых. Оно сейчас пустует, никто не живет. Только на воротах большой замок и надпись, что опечатано.

— Здесь останься, — машу.

Без проблем проникаю на запретную территорию. В дом вхожу через окно, чтобы не срывать опломбированную метку на двери парадного входа. Зачем я здесь? Просто так… Застываю на пороге огромного холла, где на роскошных предметах интерьера лежит толстый слой пыли. Вспоминаю первую встречу с Серафимой, когда увидел ее вблизи.

Нет, это не ее место. В этом доме совершенно не чувствуется ее присутствие. Нахожу комнату в домике для прислуги, мгновенно узнавая «руку» своей ненаглядной занозы в мелочах — много книг, сентиментальных романов, лаконичный букетик сухоцветов в скромной вазочке. Карта мира, где флажками отмечены какие-то города… Где она хотела побывать? Возможно, на этой самой кровати она мечтала о лучшей жизни.

Разваливаюсь на кровати, пытаясь уловить хотя бы запах — ничего. Черт, шизанутым себя чувствую, окончательно тронувшимся. Зло берет на самого себя. Выглядываю из окна в сад — тоже запустение, заросший и неухоженный, потерял привлекательность.

Раздумье прерывает звонок.

— Да?

— Босс…

По интонации Мирона понимаю, что речь пойдет о самом сложном вопросе, который не дает мне покоя.

— Говори, Мирон. Не томи.

— Новости от нашего человека. Сережки всплыли. Отследили до ломбарда в занюханном городке. Там провели сделку через посредника. Серафима…

— Ну! — рычу, от нетерпения сжав пальцы в кулак.

— Девушка уехала.

— Куда?

— Важнее, с кем. По описанию, это Шилов.

— Твою мать!

Взмахом ладони сметаю все книги с полки. Все те романчики, которые так любила читать Сима, валяются на полу!

Я был уверен, что он не солгал, когда говорил, что не знает, где Сима! Разве в такие моменты можно соврать? Когда из одежды на человеке одни трусы и больше ни-че-го.

Я отвел Шилову время, чтобы он вернул мне жену. Когда это время истекло, я начал действовать. Подловил мента в момент, когда он, ничего не подозревая, пил пиво в бане с двумя приятелями. Их погрузили в машину и вывезли за город. Босиком, почти голыми, из одежды — трусы, да банное полотенце. Один в один, как он забрал Серафиму. Только у меня не было желания разводить церемонии. Заставил их бежать впереди машины и стрелял под ноги, чтобы добиться правды! Шилов держался молодцом, а вот один из его друзей обмочился почти сразу же и быстро сдулся. В конце концов, сдался и Шилов, поклявшись именем погибшего сына, что не в курсе, где Сима. Я ему поверил, понял, что тот не врал. Обратно в город дружную компанию отвозить не стал. Им пришлось возвращаться пешком, в трусах. Я в это время начал искать Серафиму, бросил на поиски все ресурсы.

Но найти пропавшую женушку не успел.

К моему большому несчастью, тот самый обделавшийся мужик оказался каким-то важным генералом, из числа военных, приближенный к самым верхам. Миг позора этого старика обошелся мне очень дорого. Меня замели буквально на следующий же день! Все решалось на самой верхушке. Даже моих денег и связей не хватило, чтобы отмазаться. Нанесли урон по бизнесу и заморозили все легальные счета, чтоб их…

Пришлось обращаться за помощью к Ратмиру, тот подключил отца, занимающего видный политический пост. Оказывается, даже Динка через своего мужа-военного посодействовала моему освобождению! Это было непросто. Почти месяц меня продержали взаперти. Освободили со скрипом.

— Не могу поверить, что ошибся.

— Думаю, вы не ошиблись, босс. Шилов не знал, где Серафима. Тогда не знал. Но сейчас он явно нас опередил.

— Как?

Вопрос риторический. Ответ я и сам знаю. Все конторы, которые торгуют краденым и сомнительным, пасут менты. Наш человек в органах дал знать сразу же, как пронесся слушок! Но раньше, чем узнал он по своим каналам, сведения добрались до Шилова!

— Твою мать!

— Что будете делать?

— Много чего! Но сначала нужно подумать, что можно сделать без последствий.

Рыпаться открыто нельзя — я на «крючке». Шаг влево, шаг вправо… Могут мне дорого обойтись! Но не могу же я бросить жену в лапах мерзавца. Должен выручить. Черт побери, я ее в это дерьмо втянул… Забрать и любить — много и долго, больше ничего не хочется.

— И еще одно, босс. Не хочу омрачать ваше настроение и планы, но судя по всему, Сима шла добровольно, ее никто не принуждал.

— К чему клонишь?

— Я ни на что не намекаю. Говорю, что знаю. Девчонка сбежала сама, и с Шиловым тоже пошла.

— Думаешь, в предательницы подалась?

— Серафима — хороший, верный человек. Но она девчонка, совсем неопытная. Ее легко запутать. И запугать, — добавляет веско.

— В курсе.

Под глазами жжет. Должен быть выход, даже если все руки связаны…

— Надо еще раз Ксану тряхнуть. Может быть, забыла кое-что рассказать о проделках Шилова! — решаю. — Погнали.

— Она была напугана вашей выходкой, — подстраивается под мой шаг Мирон. — Кажется, рассказала все, что знала.

— «Кажется» меня не устраивает! Хочу знать все! — рявкаю.

— Пока вы были под стражей, я проверял, как она освоилась в борделе, куда вы ее швырнули. В общем, вошла в роль, больше не ерепенится, делает успехи. Мужики за ней бегают…

— Еще бы! Шалавой быть у нее в крови… — ругнулся себе под нос.

— Первые недели полторы она еще показывала свой характер. Надеялась, что Шилов ее вытащит, — объясняет Мирон. — Очевидно, что он Ксану припугнул, а потом наобещал золотые горы.

— Какие ей золотые горы? — смеюсь отрывисто. — Шилов просто использовал Ксану, как отвлекающий маневр, и отбросил в сторону за ненадобностью. Ему плевать, что с ней станет, он целится выше.

* * *

Серафима

Тошнота и слабость стали привычными спутниками, но я научилась их маскировать и вести себя так, словно я чувствую себя прекрасно. Главное, не делать резких движений и не разговаривать в моменты, когда накатывает дурнота. Сложность в том, что иногда Шилову взбредает в голову начать разговор в любое, самое неподходящее время.

«Покупателем», решившим не торговаться, а купить сережки по полной цене, оказался именно он. Я поняла это в момент, когда он только позвал меня по имени. «Надежный» оценщик испарился в тот же миг! Его подкупили или пригрозили прикрыть лавочку, где скупают краденое, он не стал вмешиваться в чужие разборки.

Я хотела выбежать в тот же миг, но Шилов спокойно сообщил, что в таком случае он приплетет к торговле и скупке краденого милых старичков. Я не могла себе позволить такую низость, вынуждена была остаться.

— Есть разговор, Серафима. Выбор за тобой! Вот это… доказательства твоей вины в убийстве Баженова! — Шилов достал папку на стол и подвинул в мою сторону. — Все задокументировано. Вещдок — пистолет с твоими отпечатками имеется. Плевать, что ты не убивала Баженова. Главное, не составит труда доказать, будто это сделала ты. Я могу дать ход делу, но могу сделать так, что вещдок испарится, и папка — тоже!

— Что вы хотите?! Стучать на Багратова я не стану! — заявила решительно. — По правде говоря, он не доверяет мне настолько, чтобы говорить о важных делах в моем присутствии. Я даже не знаю, что подписываю. Можете не шантажировать меня, чтобы я втиралась к нему в доверие, этого не будет. Ни за что!

— Нет, девочка моя. У меня нет столько времени, чтобы ждать. Есть другой, более легкий и быстрый способ решить мой вопрос и твой заодно.

Шилов достал телефон и полистал немного.

— Как думаешь, почему Багратов тебя не ищет? Вот почему.

Он показал фотку из профиля в соцсети, где Багратов лежит на шезлонге, заломив руки за голову. На бесстыжих глазах — солнцезащитные очки, а по обе стороны от брутала — жопастые девушки в стрингах! Дата свежая, недавняя. Значит, темперамент взял свое? Он не искал меня…

— Пусть так. Тем более, у Багратова нет ни одной причины «вестись» на меня. Попробуйте подкупить одну из этих жоп! — выдаю с ревностью.

— Я и не прошу тебя ни о чем таком. Просто появишься со мной на паре-тройке вечеров, Багратов не позволит своей жене, пусть даже «фиктивной» пачкаться о врага!

— Кто сказал, что я на это согласна?

— Как хорошо, что у тебя нет выбора, правда? — улыбнулся холодно. — Ты же не захочешь навредить милой семейной паре, которая подобрала тебя и хорошо прятала целый месяц, «Шурочка».

Я решила, что выхода нет. Но доносить на Багратова я не стану, как и играть под дудку Шилова. Как же надоело думать и бояться всего подряд, хотелось просто наслаждаться жизнью. Но кажется, это желание стало непозволительной роскошью.

Я согласилась для виду. Решив, что как только получится, сообщу Багратову о гнусных планах Шилова, и пусть сам решает, что делать с этим мерзавцем, пусть грызутся между собой, а меня оставят в покое!

Для вида пошла покорной овцой рядом с Шиловым и даже наплела бабе Марфе с дедом Анатолием, что Шилов — старый друг моей семьи, что я могу на него положиться. Наверное, я была очень убедительна — старики отпустили меня со слезами и благословили. Я успела шепнуть, чтобы баба Марфа не разглагольствовала о моей беременности. Мне не хотелось давать Шилову в руки еще один козырь.

Но, кажется, он начал о чем-то догадываться.

* * *

Я провела три дня под в доме под одной крышей с ним, старалась выходить из своей комнаты как можно реже и не попадаться ему на глаза. Но стычки все-таки происходили, и во время вынужденных бесед за обедом или ужином Шилов подолгу смотрел на меня тяжелым, сканирующим взглядом.

Так продолжалось три дня. На четвертый день за завтраком, когда я не могла и ложку с едой ко рту поднести из-за тошноты, он внезапно встал и вышел. Я не успела вздохнуть с облегчением, как он уже вернулся и смел рукой тарелку с кашей в сторону. Тарелка разбилась, я испуганно посмотрела на мужчину: он впервые вышел из себя.

— Овцу жертвенную из себя корчишь? — спросил тихим, злым голосом. — Хватит играть. Я знаю, что начало отношений с Багратовым было принудительным, но потом все пошло очень даже добровольно!

Шилов раскрыл передо мной ноутбук и ткнул на воспроизведение видеозаписи. Ночной режим съемки, но все-таки можно увидеть парочку, страстно занимающуюся сексом. Я покраснела, узнав себя, но через секунду возмутилась:

— Монтаж подсовываете? — я ткнула пальцем в иконку с датой. — Дата неверная! Украли у Багратова часть данных во время захвата и состряпали на коленке?!

— О чем ты? — хмыкнул, поставил на ускоренную перемотку, промотав несколько часов жаркого секса меньше чем за минуту. — Хоум видео номер один, — пощелкал еще немного. — Хоум видео номер два! — снова поставил на воспроизведение.

— А вот твои недавние шалости по телефону… — продолжал говорить Шилов, включив новое видео. — Так что если ты вздумала каким-то образом сигнализировать Багратову о моих планах или сбежать, напоминаю, за решетку отправишься! За убийство Баженова… Доказательства у меня есть.

Я вяло отмахнулась рукой, чувствовала себя оплеванной и униженной. Я даже не подозревала, что у Багратова повсюду камеры натыканы. Пусть его такта хватило на то, чтобы держать эти записи на отдельном диске, не для всей охраны, но все же это немного гнусно! Самые интимные моменты близости с любимым мужчиной стали предметом полицейского расследования. Одному богу известно, сколько раз и кто посмотрел эти записи, где я и Багратов занимались сексом.

Так, стоп…

— У вас все же ошибка. Монтаж, — снова сказала я, хорошо помня, что первой записи быть не может! — Нарезали из кусочков?

— Какая нарезка, девочка? Эти записи выдернули из личного архива Багратова. Хранились отдельно от всех. Намекаешь, будто мы с датами поколдовали? А смысл? Ты и так у меня вот где! — потряс жилистым кулаком перед носом.

Хорошо, что я сидела, иначе бы упала.

До меня дошло. Озарение ослепило и стало так больно, что я едва дышала!

Неужели… тот сон не был лишь сном? Это легко проверить! Я помнила некоторые детали. Но как сильно я хотела ошибиться, не желая верить, что Багратов мог так гнусно со мной обойтись…