Глава 4
Это неправда, когда говорят, что с маленькими детьми не надо путешествовать. Надо. С маленькими, c большими, со средними – со всякими. Дети ведь как губки – чем наполнишь, то и впитают.
В свои двадцать один, я прекрасно помню ту единственную нашу короткую поездку на юг – не в Сочи, конечно, не в Геленджик, а в маленький Ейск, где поезд останавливался прямо на путях, а море было совсем не солёным.
В тот год отец хорошо подхалтурил у одного фермера, разобравшись и наладив ему заграничную технику, пришедшую почти без сопроводительных документов – компания - поставщик предлагала прислать фермеру своего специалиста, выставив просто заоблачную стоимость за его работу. Как уж тот фермер узнал про папу – я не в курсе, знаю только, что оба (и отец, и фермер) остались довольны сотрудничеством. Хозяйство фермера до самого моего отъезда в Америку цвело и процветало, а папа… папа, съездив в Смоленск за видеомагнитофоном и новым телевизором, в тот же самый день принёс билеты на море…
Как рассказать про то, как я впервые увидела деревья магнолии или растущие прямо в городе абрикосы… Про южные ночи и жаркие краснодарские дни? Это было настолько необыкновенно, настолько отличалось от нашей местности, что воспринималось всё как сказка или волшебный сон. А потом было море. Неглубокое, несолёное Азовское море – и маленький пляж, с которого я никак не хотела уходить…
Море - манящее, таинственное, зовущее…
Если честно, то гавайский остров, куда меня отвёз Кейн после плена на корабле, я почти не запомнила. То ли из-за вмешательства самого Кейна (он тогда активно «ограждал» меня от плохих мыслей и воспоминаний, используя свой родовой дар внушения), то ли из-за собственного тогдашнего состояния…Когда мир внутри тебя весь сломан, невозможно наслаждаться красотами мира снаружи.
Я закрыла глаза и тяжело вздохнула. Д’архау. Что меня там ждёт? Тропический рай с бескрайним теплым океаном или…
Кейн ещё за завтраком будто бы невзначай поинтересовавшись, что я знаю о Д’архау, принялся дополнять «уроки» Джессики своей, закрытой информацией – той, что не распространялась дальше императорской семьи.
Как я уже знала со слов своей статс – дамы и учительницы в одном лице, Д’архау – планета особая, и там не работают привычные технологии, заставляя рашианцев приобщаться к ручному труду… ну, или приобщать для этого другие народы.
Последняя произнесённая фраза заставила меня вздрогнуть: я ведь не понаслышке знала, как рашианцы «приобщают к труду» других… Однако Кейн, подтянув меня к себе на колени, осторожно заметил:
-Алёнка, мы не созданы ни для земледелия, ни уж тем более для собирания… Мы – хищники. После того, как мы с тобой побываем на Рашиане, ты поймешь меня лучше, но пока просто поверь на слово. Рашианцы не созданы для того, чтобы заниматься подобными вещами.
-А люди? – прищурилась я. – Люди созданы?
Кейн пожал плечами.
-За исключением редких сообществ, большинство ваших народов как раз и занимались выращиванием сельскохозяйственных культур. Более того, этого труда настолько не хватало жителями мегаполисов, что они прибегали ко всяческим ухищрениям, чтобы применить этот почти атрофировавшийся навык в неестественной для людей среде каменных джунглей, создавая маленькие садики, огороды в горшках – и какие – то невероятные теплицы на балконах и лоджиях…
-А сами дархийцы? Как насчёт коренных жителей?
-С каждым веком они становятся всё более пассивней и всё более равнодушней к своей планете, - пожал плечами Кейн. – В них нет агрессии, как в людях, но они и не борцы… При этом мы, насколько смогли, сохранили их культуру и общество от своего вмешательства. У дархийцев даже имеется собственный шаман и вождь в одном лице. Несмотря на то, что шаман подчиняется наместнику императора, во многом он независим в своих действиях и часто действует наравне вместе с наместником. Ты это ещё увидишь, когда мы прилетим.
-А наместник? – поинтересовалась я. – Джессика сказала, что это один из представителей родов Совета, наследник высокого рода.
Кейн кивнул.
-Уже больше десяти лет должность императорского наместника на Д’архау занимает Саар Дгррррааахр – ставленник отца. Что ты должна знать об этом рашианце: родившись через договорной брак, Саар не получил никаких признаков высокого рода. При этом у Дома Дгррррааахр нет других наследников – и фактически, род остаётся Высоким только пока жив его отец.
Нахмурившись, Кейн добавил:
-У нас не жалуют слабых, родившихся в роду – и в тоже время без рода – детей: большое будущее им, как правило, не светит. Не потому что мы плохие, - Кейн внимательно взглянул на меня, - просто никто не имеет права рисковать империей, посылая на задания слабых… Однако с Сааром произошла другая история. Когда он родился, его отец, понимая, что другого наследника у него может уже не быть – и возможно даже, не желая рисковать вновь, принялся за воспитание своего «пустого» сына. Более того, ему помогал его лучший друг - Террен из рода Радраддрашр, который к тому времени тоже не имел прямых наследников.
Программа, что создал Террен, помогла Саару «приспособиться» к нашему миру. Нет, он конечно никогда не сможет конкурировать ни с одним из «одарённых», но выжить в джунглях и даже самому принести добычу у него получилось без проблем… Кроме физических тренировок, отец Саара много уделял тренировкам ума – а потому, Саар нередко уходил от прямых стычек, используя лишь хитрость и смекалку, которая частенько компенсировала ему отсутствие необходимой силы. Именно это привлекло, в конечном счёте, к Саару внимание моего отца.
-Его хитрость? – переспросила я. Кейн, коротко поцеловав меня в плечо, кивнул.
-Хитрость, амбиции – а также полное отсутствие перспектив. Как наследник высокого рода, входящего в Совет, Саар должен был окончить Рашианскую военную академию, должен был осваивать «особенности своего рода» с личным наставником Дома. Но он родился пустым… Останься Саар на Рашиане, он, честно говоря, вряд ли бы дожил до своих седин: без прикрытия отца, пустой наследник уже являлся необъявленным смертником.
-Именно поэтому должность на Д’архау была Саару крайне выгодна, не так ли? – поинтересовалась я. Кейн кивнул.
-Наместник императора – что может быть почётнее и важнее для империи. И вполне подходит для Дома Высокого Рода.
-А твой отец…?
Кейн ухмыльнулся.
- Д’архау не нужна наша агрессия и наша сила. Мы вынуждены считаться с местной средой и мнением шамана, используя лишь дар убеждения… и кто бы мог справиться с этим лучше пустого наследника, сумевшего занять своё положение на Рашиане используя лишь силу хитрости? К тому же, дархийцы не чувствуют в нём хищника, что лишний раз располагает эту важную для нас колонию к лояльности императорскому дому.
Пытаясь проанализировать всё, что сказал мне Кейн, я спросила:
-То есть твой отец получил хорошего посла – наместника на этой планете, Саар получил должность, достойную его рода, при этом не в ущерб империи… Наверняка, он очень старается и наверняка хочет остаться до конца жизни на Д’архау.
-До конца жизни не получится, - отрицательно покачал головой Кейн.
-Почему? – удивилась я. – Если именно там для него самое безопасное место.
-В отсутствии других наследников своего рода, он – единственный наследник. И в случае смерти его отца, он должен будет возглавить свой Дом.
-Но ты же сам сказал, что он «пустой»… он ведь не сможет?
-Не сможет, - согласился Кейн.
-Тогда он…
-…умрёт? – подсказал мне Кейн.- Так и случится, если не будет других наследников.
-Получается, это отсроченное убийство, - подняла я взгляд на Кейна. – Ты же сказал, что у его отца нет других детей.
Кейн пожал плечами.
-Алёна, в нашем обществе выживают только самые сильные. А Саар… он и так получил хорошую отсрочку.
Я хотела было возразить, хотела было возмутиться несправедливостью… но вовремя прикусила язык. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.
После этого мы с Кейном целое утро провели в разговорах об этой планете – так долго, что я пропустила практически все сборы. И это ещё хорошо, что Джессика не была такой рассеянной и каждая из моих вещей, к моменту нашего перехода на корабль – челнок – уже оказалась упакована и доставлена в багажное отделение.
Потом было поспешное прощание со станцией, переход с космической станции на челнок (вмещающий в себя не больше двадцати рашианцев: то есть на корабле, кроме экипажа, присутствовали только мы с Кейном, Джессика со служанкой и ещё телохранители); два часа напряжённого времяпрепровождения в маленькой каюте : Кейн, предложив мне ещё раз почитать информацию о Д’архау, сам погрузился в какие – то свои карты и планы, лишь изредка бросая на меня внимательные взгляды. А я… я рассматривала дахрийские пейзажи и вспоминала свою первую поезду на море.
-Мы достигнем поверхности примерно через полчаса, - взглянув на угол одного из своих голографических дисплеев, сообщил Кейн. – Скоро начнётся небольшая болтанка - особенности местной атмосферы. Если хочешь освежиться – лучше сделать это сейчас.
И муж выразительно посмотрел на дверь ванной.
-С вашими технологиями – и вдруг болтанка? – не поверила я.
Кейн криво усмехнулся.
- Д’архау немедленно разрушает любые технологии, где задействован металл и энергия, так что даже сильная турбулентность в нашем случае – лишь маленькая толика неудобства.
Я кивнула и, немного подумав, решила последовать совету супруга – «освежиться» перед приземлением.
Совсем скоро я увижу Д’архау… И почему –то внезапно стало страшно…
В туалете, в зеркале, на меня смотрела испуганная бледная девица с каким – то затравленным выражением лица.
Страшно… мамочки, почему так страшно?
Сделав глубокий вздох, я попыталась успокоиться: и не такое проходили. В конце - концов, жила же я как – то на космической станции пришельцев – так почему другая планета меня должна обязательно испугать? К тому же Кейн много раз говорил, что Д’архау – просто тропический рай. Яркие, вкусно пахнущие, растения, огромный теплый океан – и на всей планете нет хищников, кроме рашианцев, прибывших туда около пятисот лет назад…
-Идиотка, - пробормотала я, плеснув холодной водой себе в лицо. – Соберись. Ну, же!
И закрыв воду, почти на автомате выпрямила спину – так, как положено монаршей особе, жене наследника империи или кто я там ещё есть… Я еду на Д’архау не забитой овечкой и не рабыней, а потому только от меня зависит, что там будет происходить…
Может, всё ещё будет не так страшно.
Успокоив себя таким образом, я вернулась в каюту – и получилось, что как раз вовремя: не успела я усесться в кресло, а Кейн уже активировал какой – то особенный режим: и кресло буквально обволокло моё тёло, крепко зафиксировав его на месте.
А потом началась болтанка.
Наш корабль бросало из стороны в сторону; пара плохо закрепленных предметов, упав со стола, «летала» по полу – иногда, при резких рывках корабля, подпрыгивая до опасной высоты. Звёзды стали неразличимыми, слившись в какой – то диковеннный калейдоскоп – а потом небо и вовсе стало светлеть, остановившись на каком – то невероятном розово – фиолетовом – с зелеными всполохами - оттенке.
-Приехали, - сообщил Кейн, когда небо в «окне» перестало двигаться, предметы перестали метаться по полу, а на дисплее у Кейна зажглось несколько коротких сообщений. Изменив команды креслам, Кейн вернул мебель в привычный режим. Впрочем, едва только сидение выпустило меня из своих «крепких объятий», как я тут же оказалась в ещё более крепких объятиях Кейна.
-Запомни: ты жена будущего правителя империи и главная драгоценность нашего рода, - повернув к себе моё лицо, прошептал Кейн.
Последующий за этим поцелуй был невероятно нежным: врываясь внутрь моего рта, Кейн словно пытался одновременно и успокоить меня, и напитать своей силой.
Его руки крепко сжимали мои ягодицы, а вставший – возбужденный член – упирался мне в пах.
-Прости, - проскрипел Кейн, с трудом оторвавшись от меня через минуту. – Я не хотел на тебя набрасываться. Твоя близость так пьянит…
И, оправив подол моего платья, с трудом отпустил руки.
-Идём, - велел Кейн, переводя дыхание. – Нас уже ждут.
И, жестом схлопнув мигающие голографии, повёл меня к выходу.
Нас ждал Д’архау.
Если честно, я представляла себе всё не так, как оказалось на самом деле. В моих фантазиях, планета, куда мы летели, представлялась этакой странной смесью Соляриса Тарковского с иллюстрациями из старых советских книжек -сборников про покорение не то Венеры, не то Меркурия. Вот интересно, я уже не помнила ни авторов, ни сами повести – а черно – белые рисунки, на которых безжизненный Меркурий выглядел чуть ли не субтропиками с огромными растениями запомнились хорошо. И вот именно так я представляла себе Д’архау…
Но на самом деле, Кейн, конечно же, оказался прав. Д’архау, по крайней мере, на первый взгляд, выглядел точь в точь как Гавайи – разве что небо было не голубым, а розово – фиолетовым, а Солнце – ну, или точнее местная звезда – светила не желтым, а зеленым светом. Хотя я прекрасно знала, что свет звезды совсем не зеленый – просто такая особенность атмосферы, да и звезд на самом деле две.
-Двойная звёздная система, - тихо поправил меня Кейн. – Но не как на Земле, поэтому ты можешь полюбоваться двумя солнцами на небе одновременно.
Если бы Кейн в тот момент не поддержал меня за руку, я бы точно упала – свалилась бы прямо на песок под ноги встречающих.
-Что… - я заглянула в глаза Кейну. – Что ты говоришь?
-Алёна… - приподнял бровь Кейн.
-На Земле – двойная звезда? – взволнованно спросила я. Как же так? В школе же всегда учили по-другому…
-Нас встречают, - напомнил Кейн, указав на небольшую процессию, выстроившуюся возле корабля: пятеро мужчин - рашианцев (все в чёрном, естественно) и одна очень глубоко беременная женщина.
Стоящий рядом с беременной мужчина средних лет - судя по фотографиям, которые я изучала на корабле, это и был Саар, низко поклонившись Кейну и мне, произнёс длинную и явно торжественную речь на трудном, неприспособленном для изучения чужаками, языке рашианцев.
-Мы тоже рады возможности побывать в красивейшем уголке нашей империи, - махнул рукой Кейн, ответив на дивиерго – языке, которой я понимала.
После жеста Кейна и остальные присутствующие отмерли, приветствуя друг друга. Заметив за нашими спинами Джессику, Саар неверяще перевёл взгляд на Кейна, а затем устремился к блонинке – кладя ладонь на землю перед её ступнями.
-Приветствую истинную супругу моего учителя, - на распев произнес рашианец. – Мой дом – ваш дом.
Джессика, явно растрогавшись, едва сумела удержать лицо: улыбка у блондинки вышла растерянной и одновременно грустной.
Затем, словно опомнившись, наместник императора Рашианской империи представил нам свою жену, чьё имя я тут же переделала в Рааксану, и своих ближайших помощников, двое из которых заведовали новыми поселениями, где жили первые переселенцы с Терры… то есть Земли.
-Моя возлюбленная супруга обязательно проинспектирует эти поселения позднее, - прикрыв глаза, царственно кивнул Кейн. – Имея милостивое сердце, моя Ддаррххгрэн заботится обо всех жителях империи, не забывая и новые колонии, откуда она родом.
Как по команде, все присутствующие тут же обернулись ко мне, поклонившись на последних словах Кейна.
Нет, ну как же так… Неужели и правда Солнце – двойная звезда???? Мамочки …
Проведя рукой по воздуху – как учил меня Кейн, я тут же осторожно заметила на дивиерго, что, мол, благоденствие всей империи возможно только при благоденствии каждого народа империи. Откуда я подобного понахваталась - непонятно… Спасибо преподавателям риторики и философии. А астрономии у нас ни в школе, ни в институте не было… Хотя всё – равно… неужели двойная?
Рашианцы, кланяясь, выспрашивали у меня первые впечатления о Д’архау, о том, насколько местная природа похожа на природу Терры; сетовали на турбулентность и на некоторые ограничения, которые накладывала местная атмосфера на их жизнь.
-Но мы не жалуемся, - заметил один из помощником Саара, - у нас имеются новейшие генераторы полей, мы подключили вторую станцию… для излишеств этого недостаточно – но для самого необходимого - нам вполне хватает.
-К тому, с новыми рабочими… - кивнул ещё один помощник наместника, тонко опуская название расы этих самых новых рабочих. В другой момент я бы обязательно смешалась – почувствовала бы неловкость смешенное с болью от безнадёжности… но тогда, в тот самый момент слова Кейна о двойной звезде в Солнечной системе всё ещё звучали у меня в голове… Неужели мы – такая технологическая раса: мы, человечество, которое отправило людей в космос, на Луну, а автоматические зонды и спутники далеко за пределы солнечной системы – неужели мы не знали о второй звезде в нашей системе? И возможно ли это???
Коротко кивнув сопровождающим меня рашианцам, я повернулась к жене наместника – Рааксана, несмотря на огромный выпирающий живот, с удовольствием шла возле Джессики и явно чувствовала себя неплохо. По крайней мере, умирать женщина явно не собиралась.
-Кейн знал, - поняла я, прикрыв глаза на минуту. – Знал, поэтому и тянул так долго… Хотел, чтобы я поверила ему на слово.
Светлые сверкающие глаза, без труда поймав мой взгляд, были серьёзными и торжественными одновременно. Я не могла читать мыслей Кейна – но точно знала, о чём он сейчас думает.
Не о проблемах Д’архау - о которых ему, скорее всего, в данный момент вещает Саар, и не об империи и её подданных…
Прервав наместника на полуслове, высокомерный наследник Рашианской империи, отдав едва заметное указание своей охране двигаться вперед – и оставить нас наедине - подошёл ко мне.
-Теперь ты уверена, что всё, о чем говорила Агата – полный бред? – мягко поинтересовался Кейн.
Задрав голову, я любовалась на сверкающие звёзды в его глазах.
-Я поняла это ещё на станции.
- Слишком долго ты это понимала.
-Кейн, я… - закусив губу, я решила, что не буду врать, чтобы смягчить правду. И даже не буду уходить от ответа.
Странное выяснение отношений на дороге посредине чужой планеты. Странное – но в то же время такое необходимое.
– Мы ведь ничего о вас не знаем. Кто вы? Откуда? Зачем к прилетели к нам и зачем вам нужна наша Терра? Зачем вы разрушили наше общество и что построите взамен… Да и построите ли.
Кейн в ответ на мои слова только усмехнулся, а я же тяжело вздохнула.
-Когда Агата рассказывала про… свою выдумку – пойми, это не выглядело глупостью и нелепостью. Наоборот, я ведь тогда только - только вернулась с корабля переселенцев. То, чему я там стала свидетелем никак не выходило у меня из головы: с какой маниакальной дотошностью рашианцы устраивали «случки» землянок с мужчинами, как они радовались беременностям наших женщин и какие послабления делались женщинам после того, как браслет менял цвет.
-Для нас беременность самки всегда чудо, - ровно заметил Кейн.
Я кивнула.
-Сейчас я это знаю. Но тогда… понимаешь, Агата говорила так убедительно…
-… и не одно её слово не шло в разрез с твоими ожиданиями, - хмыкнул Кейн, проведя ладонью по моей щеке. – Знаешь, зря всё таки мой отец согласился поддержать род этой суки. Вырожденцы могли быть уничтожены ещё давно – сразу в тот момент, когда мой род узнал про осколки дарров, хранившихся у них в сокровищнице.
-Так вы знали…? – выразительно посмотрела я на Кейна. Кейн, усмехнувшись, кивнул в ответ.
-Разумеется, знали. В империи ничего не происходит без ведома правящего рода.
-Тогда почему твой отец ничего не сделал?
-У них не было самих камней, - спокойно заметил Кейн, - а те крошки были крайне несущественными… Впрочем, как я уже говорил, значение дарров сильно преувеличивают. Да, мы не можем читать мысли и ментально воздействовать на носящих дарры – только и всего…
-Только и всего? – вопросительно повторила я за Кейном. Муж пожал плечами.
-Алёна, все мои учителя, все мои спарринг – партнёры по поединкам всегда носили дарры. Иначе как бы я смог чему – то выучиться. – Кейн вздохнул. - Род Агарет давно нарушал наши правила, но мы продолжали беречь Высокую кровь… Что ж, это станет хорошим уроком для остальных Родов Совета.
-А ты уверен, что Агата действовала не одна? Вдруг остальные из её семьи были невиновны?
-Ты и сама знаешь ответ на этот вопрос, - спокойно возразил мне Кейн и я вспомнила, как мы стояли тогда, в ангаре, ожидая удобного момента, чтобы добежать до флипа.
-Это могли быть не её родные, - возразила я робко, - а …поклонники или что – то вроде того.
-Кузен Агарет работал в Денвере, на нашей земной станции, выдаваемой за аэропорт. Это именно он, с помощью привлеченных земных специалистов, сумел придумать для тебя такую интересную ложь, подав под соусом правды страхи землян.
Заметив на моём лице удивление, Кейн усмехнулся.
-Страхи? Какие страхи…- и тут до меня, наконец, дошло, что имеет в виду Кейн. Фильм «Чужие»… ну, или что – то похожее.
-Неужели всё просто? – спросила я. – Агата… ну, или её брат… посмотрели фильм ужасов и выдумали страшилку специально для меня?
-Вряд ли это было так просто, - покачал головой Кейн. – Скорее всего, кто – то из земных психологов подкинул кузену Агаты идею с подселенцами в человеческий организм, а он уже адаптировал всё так, чтобы тебе история показалась правдоподобной. По крайней мере, в ходе нашего расследования мои воины не сумели найти следов заговора в самой группе. Думаю, Аррахрдан знал, что и как спросить, чтобы не привлечь внимание ни землян, ни рашианцев.
Я кивнула, глядя, почему- то, на свои чуть подрагивающие ладони. Воспоминания так ранили!
-Поэтому мы провели столько времени на станции? – поинтересовалась я у Кейна. - Столько времени я мучилась, ища ответы…
-Алёна, - серьёзно посмотрел на меня Кейн. – Ты росла, не зная нашего мира и наших обычаев… Ещё очень многое тебе будет казаться странным и иногда даже неприемлемым. Но! – Серебряные взор его засверкал необычайно ярко, отрезая нас от света сразу двух солнц Д’архау. – Ты должна знать главное: в тебе вся моя жизнь. Я скорее сам десять раз умру, чем причиню тебе боль.
-А вот так, чтобы сразу объяснить…
Кейн мотнул головой.
-Ты должна научиться доверять мне.
Утонув в его взгляде, я и не заметила, что мы уже давно стоим в обнимку – и притом, в совершенном одиночестве.
Озираясь по сторонам, я растерянно протянула.
-А где все?
Кейн, хмыкнув, взял меня за руку.
-Ожидают возле стоянки. Здесь недалеко.
Недалеко на самом деле оказалось почти получасом быстрой ходьбы по извилистой узкой дорожке среди нетронутых цивилизацией зарослей душисто пахнущих цветущих пальм.
-Здесь так красиво, - дотрагиваясь до одного из фиолетовых цветков, прошептала я. Кейн согласно кивнул.
-Д’архау одна из самых красивых наших колоний. К сожалению, здесь практически невозможно использовать технологии, да и рашианцев этот мир не любит...но навещать эту колонию приятно.
Сорвав один из перламутровых (самых душистых) цветков, Кейн прицепил его к моим волосам, успев при этом и поцеловать, и провести руками вдоль всего моего тела.
-Мой Цветочек, - прошептал - почти что промурлыкал Кейн. – Мой самый вкусный, самый аппетитный цветочек…
И честно говоря, я тогда подумала, что до стоянки мы не дойдем. То есть дойдем… когда – нибудь, но не сейчас.
Кейн, явно уловив мои мысли, хмыкнул, пообещав выполнить «фантазии любимой женушки в любое время дня и ночи» - как только я восстановлюсь.
А дальше всё произошло как – то слишком быстро. Стоило мне лишь подумать о том, что я «уже вполне нормально себя чувствую», как моё тело тут же оказалось прижато к стволу ближайшей широкой пальмы, а пальцы Кейна, уже лезли мне под юбку, открывая для себя доступ.
Очень торопливые ласки под скрежет зубов (или клыков) Кейна почти сразу же сменились медленным вторжением в моё тело… Тяжело дыша сверху, Кейн растягивал этот процесс как мог…но стоило мне лишь шевельнуть бёдрами и супруг, рыкнув, с силой толкнулся внутрь меня. Я почти потерялась в своих ощущениях: Кейн то наполнял моё тело своим, то оставлял его одиноким, заставляя просить и умолять вернуться назад… я, кажется, даже недовольно хныкала… И вот уже нетерпение достигло своей высшей точки – и мы, одновременно вздрогнув, ненадолго покинули этот мир – оставив на планете наши в унисон бившиеся сердца. Интересно, какие сердца у рашианцев?
-Какими бы они не были – они все твои, - прошептал Кейн, с какой – то нежностью в движениях приводя в порядок мой наряд. Сама я, фактически лежа на руках мужа, всё ещё тяжело дышала после произошедшего.
Стыдно - то как.
-Почему стыдно? – нахмурился Кейн и даже замер вроде. Я вздохнула и отвела взгляд.
-Они же… ну, все, кто нас ждёт сейчас на стоянке – они ведь поймут, чем мы тут занимались.
-И? – нахмурился Кейн.
Встретившись с мужем взглядом, я поняла, что он и в самом деле не понимает мои затруднения.
Ну да, у них же с этим всё просто, - подумала я, припомнив последний приём на станции.
-Алёнка, - строго посмотрел на меня Кейн. – Тебе могло бы быть стыдно только в одном случае.
-В каком это? – тут же поинтересовалась я. Кейн оскалился.
-Если бы я тебя не хотел.
И, взяв меня за руку, он повёл в сторону раздваивающейся тропинки.
-Кстати, - решила поинтересоваться я, следуя за мужем, - а что ты сказал насчёт двойной звезды у Солнца. Это ведь шутка такая?
-Мы пришли, - оповестил Кейн, потянув меня через какую – то лиану … к вполне нормальной дороге.
Ну, за одним исключением, что там стояло несколько странного вида экипажей, сильно напоминавших кареты – с тиграми – переростками в упряжке.
-А почему дорога начинается только здесь? – брякнула я, в принципе и не рассчитывая на ответ. Но на этот раз Кейн меня услышал.
-Планета не любит не только технологии. Любое вмешательство, любое изменение она принимает за агрессию.
-Площадка для приземления кораблей уже сама по себе большая нагрузка, - кивнул, подходя к нам Саар, - поэтому мы решили не рисковать: грузы с кораблей можно переносить вручную или используя маленькие тележки, не подводя дорогу к непосредственно посадочной площадке.
Саар кивнул на тигров.
-Это масары – местный гужевой транспорт.
-Они хищники? – поинтересовалась я, силясь вспомнить прочитанные по наводке Кейна и Джессики статьи о местной фауне.
-Никак нет, Ваше Высочество, - поклонился Саар, - на Д’архау хищники не водятся.
Я кивнула, чувствуя, что где – то уже об этом слышала… и про масаев читала… Точно читала – просто не ожидала, что они такие огромные.
Саар тем временем любезно предложил Кейну, мне, своей жене и Джессике усесться в первую карету. Сопровождающие и охрана расселись по каретам попроще – и поменьше.
-Когда вы построили эту дорогу? – поинтересовался Кейн, с интересом поглядывая на местные пейзажи и в то же время не забывая держать меня за руку.
-Года четыре назад, - с небольшой заминкой ответил Саар. – Мы тогда провели большую разъяснительную работу с аборигенами, но те, так ничего и не поняв, ушли в дальние леса.
-Этот проект окупился?
-О да, - кивнул Саар. – С лихвой. Теперь мы сократили время поставки сырья до корабля больше чем в два раза. К тому же, мы меньше зависим от погоды – в дилижансе сырье можно перевозить и в невыносимую жару, и в проливной дождь.
Глядя в большое окно экипажа, я с наслаждением впитывала в себя всё, что давала планета: настоящий (не искусственный, как на космической станции рашианцев) солнечный свет, приятный робкий ветерок, ласкающий кожу; самое невероятное разноцветье сразу за границами дороги и душистые цветочные запахи, доносившиеся откуда – из зарослей до открытого окна экипажа. После равнодушной черноты космоса, всё здесь казалось невероятно красочным – и каким – то теплым. Может, и не в самом космосе деле, а просто в моих ощущениях, но, честно говоря, я была так ехала, и ехала, и ехала…
Однако всё хорошее когда – нибудь обязательно заканчивается – а уж дорога - то точно должна иметь какой – то конец – и он имелся в виде небольшого посёлка, раскинувшегося на берегу дархийского океана. Название я его так и не запомнила: рашианцы всюду дают свои названия, а их названия… труднопроизносимы для всех, кроме них самих.
С первого взгляда, всё здесь действительно напоминала Гавайи – разве что только небо было другого цвета, ну и остальные предметы из –за этого имели свой непередаваемый оттенок. Из неприродного, здесь имелось около двадцати небольших одноэтажных домиков - но это, как я поняла из объяснений Рааксаны, был центр, где жили только рашианцы.
-Папа, мама приехали, - заверещал откуда – то из ближайшего дома звонкий детский голос. Заверещал, кстати, на рашианском, но я всё – равно поняла… хотя, такие – то лёгкие слова любой мог бы разобрать. Рааксана, ловко выбравшись из кареты, поспешила встретить бегущего к экипажу ребенка.
Пока они обнимались и кружились, я умилялась на этого маленького блондинистого мальчишку: ласкаясь к матери словно котёнок, он казался мне чем – то вроде якоря для мирной жизни: вот, ведь, рашианцы живут на Д’архау – и не просто живут, детей растят… ласковых, светленьких.
А потом мальчик повернулся – мы как раз вышли из экипажа наружу.
-Это наш старшенький, Террен, - с гордостью представил Саар своего сына. Мы с Джессикой одновременно вздрогнули и попятились.
Она, как я через мгновение поняла, попятилась из – за имени. Саар назвал ребенка в честь её погибшего мужа – отчего моя блондинка не сумела - таки сдержать слёз. Я же… я же пятилась оттого, как выглядел ребенок: невинное детское личико украшали огромные клыки, особенно заметные, когда ребенок не говорил. Но самым страшным были его глаза: абсолютно черные, лишённые зрачка и белка – полностью черные глаза.
Резко сжавшаяся вокруг моей руки ладонь Кейна привела меня в чувство.
-Это просто ребенок, - по русски, почти шёпотом, произнёс он. – Просто ребенок, Алёна.
-Просто ребенок, - кивнула я, пытаясь как – то примериться с действительностью. Кажется, я опять не заметила, как перекочевала из романтической истории в фильм ужасов. Новый фильм ужасов - а потому, ещё более страшный.
Продолжение уже завтра =)