ГЛАВА 46 · Кайзер

– Ты бы только видел, как же она ее отбрила! – с восхищением покачал головой Хенрик. – Четко, спокойно, хладнокровно. Просто по стенке размазала!

После тяжелого рабочего дня мы с другом заглянули в таверну, чтобы пропустить по бутылке-другой.

– Не понимаю, чему ты удивляешься, – лениво протянул я. – С самого начала было ясно, что Бладине палец в рот не клади.

Хенрик громко засмеялся и похлопал меня по плечу.

– А я не о Левак сейчас говорю, старина. Речь о твоей жене!

– Максимилиана размазала Бладину по стенке? Ты сейчас серьезно?

Я нахмурился и с недоверием посмотрел на него.

Но старый друг не шутил.

– Мы возвращались с обеда и встретили Максимилиану на улице. Эзра с Бладиной попытались к ней прицепиться, но обе получили от нее сполна. И остались плавно обтекать, а твоя жена пошла дальше, как ни в чем не бывало.

Я покачал головой.

Обычно Максимилиана даже не понимала шпилек Бладины. Мне просто не верилось, что она смогла за себя постоять.

– После долгауза она стала совсем другой, – задумчиво протянул я. – А еще у нее открылась магия.

– Ну поздновато, конечно, но порой такое случается. И характер меняется, если уж на то пошло, – пожал плечами Хенрик, откупоривая бутылку. – У моего дядьки вон вообще, открытие магии произошло в сорок лет, а до того она дремала. Постой-ка, ты поэтому запросил досье Ребекки Видаль, ее матери?

Я нехотя кивнул.

– Она же скончалась от сердечного приступа. Что там могло тебя вообще заинтересовать? – удивился Хенрик.

– Не знаю. Может быть, интуиция, а может быть… – я не договорил. – Кстати, насчет интуиции. Недавно женушка пожаловалась на темную сущность в ванной.

– Да ладно! На твоем особняке же куча защитных чар – мышь не проскочит! Да и нежити из Хельмдолла ходу нет. Просто она хотела, чтобы ты о ней позаботился, ага!

Я был того же мнения.

Но все же проверил ванную. Что бы там не было – такой сигнал оставлять без внимания нельзя. Даже если он поступили от моей чеканутой жены.

Мое особое внимание в ванной комнате привлекло зеркало – на нем обнаружился некий подозрительный след.

Но что это был за след – черный, белый или это вообще оказалось следствием выброса силы самой Максимилианы, ведь она открылась у нее только недавно и была нестабильна, понять было невозможно.

На всякий случай я отправил зеркало на экспертизу в инквизицию, но на какой-то результат не рассчитывал.

Контур вокруг дома был стабилен и никаких подозрительных внедрений не показывал, поэтому я склонялся к мнению, что Максимилиана испугала себя сама. Возможно, даже сама не понимая, что является причиной.

Признавать, что меня интересует что-то, связанное с женой, было неприятно.

Ребекка Видаль, мать моей жены, была какой-то там слабенькой цветочной феей, скончалась от сердечного приступа и была обнаружена в теплице собственного дома.

Я подробно изучил материалы дела, которое было закрыто вследствие отсутствия следов насильственной смерти.

Вскрытие доказало версию о сердечном приступе.

Соответствующие фотографии прилагались. Приятного в них было мало, но они полностью подтверждали все отчеты.

Не знаю почему, но я долго крутил черно-белые снимки в руках. Убирал в ящик стола, но потом опять доставал…

Когда умерла ее мать, Максимилиане было десять лет.

Очень неприятно было признавать, что в последнее время я стал слишком часто думать о Макси…

С каждым днем она удивляла все больше и больше.

Обычно она квохтала и суетилась, навязчиво лезла ко мне со своими пирогами и неуклюжими попытками сближения.

Но сейчас она как будто, наоборот, стремилась убежать от меня, а не приблизиться.

А то, что она провернула с акциями?!

Подумать только – просчитала, что король поддержит обвалившийся рудник и его акции рудника взлетят, и получила благодаря этому нехилые дивиденды.

Я не знал ни одну женщину, которая с чисто мужским, холодным расчетом смогла бы провернуть столь выгодную сделку.

По правде, я не знал вообще ни одной женщины, играющей на бирже – это традиционно считалось мужской прерогативой.

Мне было любопытно выяснить подробности, поэтому я специально уточнил – она действительно это сделала. Причем, по-умному, через подставное лицо…

Если поначалу я был абсолютно уверен, что она играет передо мной роль и вскоре отзовет свое прошение о разводе, как и всегда, то сейчас этой уверенности поубавилось.

Похоже, наш развод, о котором я так мечтал с первого же дня свадьбы, дело решенное.

Свидетельство придет через пару дней.

От этой мысли я чувствовал небывалое облегчение, и даже какой-то внутренний подъем – ведь я наконец-то смогу избавиться от убогой.

И все-таки что-то словно не давало мне покоя...

Может быть, то, что Максимилиана Видаль перестала быть убогой и обрела внутренний стержень?

Да такой, каким не каждый мужчина похвастаться сможет.

Несмотря даже на то, что выглядела, как полное чучело, аура уверенности в себе буквально била из жены ключом, и заставляла забыть о ее нелепой внешности.

В Максмилиане появилась какая-то загадка.

И эта загадка была мне интересна. Чисто по-человечески, не по-мужски.

Для мужского интереса у меня была Бладина Левак.

С некоторых пор аколитка шла на все, чтобы меня ублажить.

Вот только странно…

В последнее время во время секса я не мог смотреть в ее фиолетовые глаза.

Мне мерещился зеленый.