ГЛАВА 67

Жалуясь Эзре на то, что Кайзер совсем не обращает на нее теперь внимания из-за ужасной Максимилианы, Бладина с удивлением разглядывала окружающую обстановку.

Это была небольшая комната с минимумом самой простой, дешевой мебели. Предметы украшения интерьера отсутствовали напрочь.

Насколько Бладина смогла увидеть, таким и был дом маркиза Милкович – небольшим и крайне бедно обставленным.

Это было настолько удивительно при его-то состоянии, что Бладина с трудом сдерживала любопытство.

Но сейчас разговор шел о том, какая же Максимилиана Роуэн уродливая, жирная, вульгарная и тупая.

И как слеп Кайзер, что вдруг передумал с ней разводиться!

Эзра с огромным удовольствием поддержала эту тему – она еще могла стерпеть Бладину в любовницах у предмета своего обожания, но Максимилиана выводила ее из себя.

И это было выгодно!

Улучив момент, Бладина сделала печальное лицо и проговорила:

– Послушай, милая, как раз хотела спросить – не одолжишь ли ты мне двести тысяч луардо? Отец прислал письмо – моя маленькая сестренка Регина серьезно заболела – вот собираю деньги ей на лекарства…

На самом деле, это, разумеется, было ложью. Ведь Бладина не общалась с семьей с того самого дня, как покинула ферму.

И плевать ей с самой высокой башни замка было на Регину.

Деньги нужны были Бладине на сыворотку.

Нужны, как воздух!

– Бедная малышка… – всплеснула руками Эзра, но вышло у нее достаточно фальшиво. – Какая жалость, что я не могу помочь ей!

– Но почему? – с жаром воскликнула Бладь. – Ты – жена богатого маркиза. Такая сумма для тебя – сущий пустяк!

Лицо Эзры искривилось, и на нем отразилась внутренняя борьба.

В конце концов, она не выдержала и откровения полились из нее потоком:

– Жена богатого маркиза? Богатого маркиза? Да что ты знаешь! Я вышла замуж за этого старика в надежде, что буду жить в роскоши и достатке, но что я получила! Посмотри на это все!

Всплеснув руками, Эзра со злобой обвела взглядом окружающую обстановку и дернула подол своего скромного коричневого платья, похожего на платье служанки.

– Это же убожество, дом нищего, а не маркиза! Он экономит буквально на всем, даже электричество не хочет проводить, хотя оно теперь уже есть почти у всех! Мол, дорого. Живем при свечах, как отсталые! Не говоря уже о моих платьях! И об украшениях, которых у меня нет! Ненавижу старого гадкого скрягу! Этот паук отбирает почти все мое инквизиторское жалование! Но самое ужасное знаешь в чем? После смерти старикашки я не получу ни луардо в наследство, как его вдова! Все его состояние отойдет его сестре и ее сынкам-оболтусам! Ты бы только знала, как мерзко с ним спать!

И Эзра залилась злыми слезами.

Теперь понятно было, почему Эзра ей не обрадовалась – она стыдилась такого скромного дома.

Утешая «подругу» Бладина еще раз преисполнилась уверенности, что должна во что бы то ни стало вернуть молодого, красивого, богатого и щедрого полковника Роуэна.

А то вот так же, как Эзра, попадешься на удочку, и живи потом с прижимистым стариком.

В нищете, беспросветности, рядом с морщинистым скупцом.

Даже думать про такое страшно.

Но как же обидно, что занять у Эзры денег не получится!

Однако, с другой стороны, истерика «подруги» была на руку Бладине – и она поспешила направить злость Эзры в нужное ей русло.

То есть – на Максимилиану Роуэн.

– Бедняжка, как же я тебя понимаю, – Бладь похлопала рыдающую Эзру по спине. – Вот, если бы ты смогла развестись с Милковичем и выйти замуж за какого-то мужчину… Вроде полковника Роуэна…

– Это невозможно! Во-первых, он женат на этой жабе, а во-вторых, даже если бы Максимилиана Роуэн куда-то исчезла, он снова вернулся к тебе, – всхлипнула Эзра.

Ее нос опух от слез, а глаза превратились в узкие щелочки.

– О, что ты, моя дорогая! Из жалости к твоему бедственному положению, я бы непременно уступила тебе Кайзера, если он вдруг оказался бы свободен, – с нежностью гадюки прошептала Бладина.

– Правда, уступила бы?

– Ну, конечно. Нашла бы кого-то другого.

Это был полный бред, но Эзре безумно захотелось в него поверить.

Ей до смерти захотелось поверить в то, что вот так, запросто, по щелчку можно выбросить на помойку Максимилиану Роуэн и занять ее место рядом с Кайзером.

И она поверила.

– Мерзкая Максимилиана! Она мешает! Если бы только она сдохла, и Кайзер остался вдовцом! – воскликнула она с нездоровой горячностью.

– М-м-м, дорогая моя Эзра, возможно, я знаю один способ, как отрубить курице голову… – Бладина склонилась к уху «подруженьки».

– Ты говоришь об… убийстве?

– Что? Ха-ха-ха, нет, конечно, – Бладина весело засмеялась, хотя на самом деле она без колебаний бы прикончила Максимилиану Роуэн, если б знала, что ей за это ничего не будет. – Мы просто сигнализируем кому следует, что Максимилиана Роуэн – на самом деле ведьма и практикует темные искусства...

‍​‌‌​​‌‌‌​– Ведьма? – вытаращила глаза Эзра. – А она что, правда, ведьма?

– Нет, конечно, куда этой дуре? – презрительно бросила Бладь. – Но пусть попробует оправдаться, когда в ее комнате найдут…

И Бладина, наклонившись к самому уху Эзры, прошептала, что именно там найдут.

Услышав это, та пришла в восторг, но затем озадачилась.

– Но, если его жену объявят ведьмой, это дискредитирует самого полковника Роуэна!

– Вот именно. И, чтобы не запятнать свою репутацию, он своими руками возведет ведьму на костер, даже несмотря на то, что она его жена! – с горящими глазами воскликнула Бладина. – А потом быстро женится снова, чтобы все замять.

Бладина очень на это рассчитывала.

Эзра радостно захлопала в ладоши, не подозревая, что после того, как Кайзер станет свободен, Бладина ее к нему на пушечный выстрел не подпустит.

– Вот только письмо должна написать ты, – как будто невзначай проговорила Бладина. – Твой муж – почетный член города, его почта охраняется магически, и Кайзер не сможет перехватить письмо, отправленное из поместья маркиза Милкович.

Бладина очень боялась, что Кайзер будет следить за ее корреспонденцией после ее заявления, которое она кинула ему на эмоциях, впопыхах, не подумав.

Эзра нерешительно протянула:

– А если выяснится, что на самом деле леди Роуэн никакого отношения не имеет к ведьмовству? За ложный донос предусмотрено очень строгое наказание…

– Не беспокойся, дорогая, я знаю, как сделать так, чтобы письмо было полностью анонимным, – соврала Бладина. – Зато только представь себе – полковник будет свободен, и он будет вдовцом! Ты сможешь его утешить, а потом разведешься с маркизом, и Кайзер женится на тебе…

Нарисованная Бладиной картина была сладкой и неправдоподобной, но Эзра настолько страстно этого желала, что не увидела фальши.

Или просто не захотела увидеть.

– Вели принести бумагу и чернила – сейчас мы все сделаем! – многообещающе улыбнулась Бладь.

И Эзра, погрузившаяся в блаженные мечтания, велела…