ГЛАВА 63

— Девушки, вы не видели Тони?

Слизень Поклеван Дунбар, конечно же, тоже присутствовал на моей вечеринке.

Удивительно, но в отличие от остальных гостей он даже и не подумал принарядиться. Боже мой, да он даже зубы почистить ради такого случая нужным не посчитал…

На Дунбаре была клетчатая синяя рубашка и замызганные брюки, которые он явно не стирал с момента прибытия в академию. Ну, зато хоть причесал свои сальные волосы. Правда, и в этом был минус, так как перхоть хлопьями осела на его плечах.

Вирела и Шейл, которые держались неподалеку от меня, принялись хихикать над парнем, но я перебила:

— Да вон же она, Антония… Пригласи ее на танец, Поклеван.

Я указала на свою «сестрицу», которая в данный момент напропалую флиртовала с мускулистым Вином.

Вот сейчас она действительно выглядела очень привлекательной. Может, потому что я впервые видела, как Антония улыбается?

— Ну, я не знаю… — испугался Поклеван. — Она всегда мне отказывала.

— Глупенький, это же мой День Рожденья, — засмеялась я. — А в мой День Рождения исполняются все мечты.

«Заклинатели сердец» как раз заиграли необыкновенно романтичную балладу. Поклеван еще раз посмотрел на Антонию, а потом решился и пошел к ней через весь зал.

Гости смотрели на это, ожидая развлечения. Они ждали, как Антония отошьет неудачника, и они будут над ним потешаться.

А вот чего они не жидали — так того, что Антония посмотрит на Слизня завороженными глазами, согласится на танец и сама подаст ему руку.

Поклеван вспыхнул от неожиданности и прижал девушку к себе. После чего они спелись в страстном объятии.

— Фу-у-у, она с ума сошла? — одновременно выдохнули Вирела и Шейл, с безграничным ужасом глядя на Антонию, буквально растекающуюся в объятьях Слизня.

— Может быть, она наконец-то разглядела в нем добрую душу? — с видом святой добродетели предположила я.

— Но-но-но… Его зубы, боги… — пролепетала Вирела.

— И у него из носа течет… — живо поддержала Шейл. — Меня сейчас стошнит!

— Кто мы такие, чтобы их осуждать?

Я едва сдержала довольную ухмылку.

Сложное приворотное зелье, которое мои котикодемоны на протяжении стольких недель варили в пустом бассейне, сработало идеально.

Перед выходом я всего лишь бросила в котелок с жидкостью расческу Антонии, стащить которую не составило труда — ведь наши кровати находились рядом.

Сложнее было со слизью Поклевана, но я справилась, незаметно собрала то, что осталось после его «сердечка».

И вот теперь Антония страстно, искренне и по-настоящему влюблена в Поклевана, мало того, одержима физическим влечением к нему. И никакой анализ не сможет установить, что что-то тут нечисто — ведь зелье, изготовленное по старинному запретному рецепту — не чета нынешним.

А главное, его совершенно невозможно обнаружить в организме, хоть сто экспертиз проведи.

Так что, Антония, жених тебе сыскался. Не такой, конечно, которого ты хотела.

Но… В конечном счете, вы же оба будете счастливы.

Это подтвердил страстный поцелуй взасос, которым Антония и Поклеван скрепили окончание танца.

Гости смотрели на это с искренним отвращением.

Зато Поклеван выглядел слегка ошарашенным, но весьма счастливым.

За это счастье он обязан благодарить меня, но что ж…

Пожалуй, я останусь в этой счастливой любовной истории инкогнито.

Ведь у меня на очереди был «братец» Дориан, который, вне всяких сомнений тоже заслужил свою долю «счастья»…

Как раз в этот момент ко мне подошел один из друзей Дора и с заговорщическим видом прошептал на ухо, что кое-кто уже ждет.

Ну, вот и сюрприз от «братца» подоспел.

А у меня уже готов ответный.

Вообще-то в этой комнате, расположенной рядом с гостиной, было что-то вроде библиотеки.

Но Дориан сотворил с ней нечто, на мой взгляд, просто ужасное.

Во-первых, установил тут кровать в форме сердечка, покрытую красным атласным покрывалом и пушистыми подушками, тоже в форме сердец.

Во-вторых, запустил под потолок блестящие розовые сердечки-шарики.

В третьих, расставил повсюду вазы с розами, а пол с кроватью засыпал лепестками.

В-четвертых, поназажигал везде свечей — они тоже были в виде сердец.

Ну, просто не днюха, а День святого Валентина какой-то!

Хотя, они тут такого праздника не знают, но претензия на романтик была Дорианом заявлена конкретная.

Белозубо улыбаясь, парень предложил мне присесть на кровать, а затем достал из ведерка со льдом бутылку и откупорил.

— За прекрасную именинницу! — провозгласил Дориан тост, подавая мне бокал. — Я думаю, ты не будешь возражать, чтобы сегодня наши отношения вышли на новый уровень, Дарина. У меня для тебя особенный подарок…

Вообще-то Дориан был одет в шикарный смокинг с алым атласным поясом и такой же бабочкой.

Но что-то он там такое с этим смокингом сделал (легким движением руки брюки превращаются, превращаются брюки!), отчего этот смокинг с него разом слетел, как будто был на молнии.

И вот я сижу на постели на алом атласном покрывале, в окружении миллиона роз и тысячи сердец, а напротив меня стоит совершенно обнаженный Дориан.

— В твой день я хочу сделать тебе очень приятно, моя великолепная Дарина…

И он взял в зубы розу, что стало вишенкой на этом приторном торте.

Я так мастерски водила его за нос, ничего при этом не обещая, что Дориан был абсолютно уверен, что этот романический вечер закончится объявлением нас парой и романтической же ночью.

Но злодейка-судьба внесла в это свои коррективы, потому как толстая стенка с книжными полками на ней, которая находилась за моей спиной, пошла волнами, а потом с громким хлопком исчезла.

Так как она была единственной стеной между библиотекой и гостиной, то…

Я обернулась и увидела веселящихся курсантов.

Правда, в момент исчезновения стены веселиться они перестали.

Даже «Заклинатели сердец» прекратили играть.

Воцарилась звенящая тишина.