Глава 50

Даниил

– Смотри, план такой, – начинает Грачев, – Док поднимется наверх. На их этаж. Делаем безопасное задымление. Я проверил, что когда сработает система пожарной сигнализации в этом доме, свет в подъезде переключится на аварийный режим. Пожарные приедут по настоящему. Начнется эвакуация, но тебе надо до этого момента организоваться и во время него Настю вытянуть.

– Отличный план.

– Леонида мы не арестуем. Нам не за что его брать. Он ничего формально не нарушил.

– Жаль.

– Если виноват, то это только вопрос времени.

– Можешь сымитировать соседа, который помогает другим выбраться из задымления. Так как света не будет, Леонид тебя не узнает. Лицо закроешь мокрой тряпкой. В этой ситуации это сработает. Настю выводишь первой. Понял?

– Понял.

– Спустился с ней – и сразу в машину. Увозишь ее. Нас не надо с Доком ждать. Док, ты страхуешь, если Леонид с ними пойдет, надо будет создать возню, чтобы Даня ушел.

– Понял.

– Спасибо, ребят.

– Ну поехали, чего время терять.

С Доком заходим в подъезд, поднимаемся на нужный этаж. Он возится с дымом, я контролирую лестницу и лифт.

И через десять секунд начинает выползать дым. Сначала тонкая струйка, потом плотнее. Срабатывает сигнализация. И резкий визг режет воздух.

– Пошло.

Через несколько секунд гаснет свет. Я надеваю маску, перчатки и стучу по дверям всех квартир, создаю движуху и начинаю эвакуацию.

Люди выглядывают из дверей.

– Пожар! – кричу всем, – быстрее на выход.

Люди накидывают куртки, хватают детей…

Наконец и двери Настиной квартиры открывается.

– Что тут…? – слышу голос ее мужа.

– Пожар! Уходи! – рявкаю на него, вряд ли в такой панике он узнает мой голос. – В квартире еще кто-то есть?

– Нет.

Как нет?!

– Бегом на выход.

Леонид мешкает, люди толпятся. Лифт не работает. Кашляют от дыма.

Хоть бы никто не пострадал.

– Быстрее! – подталкиваю его. Ох хватает ключи и закрывает дверь снаружи.

Твою мать.

Замыкает замок. и идет к лестнице. В толпе специально толкаю его и вырываю из рук ключи, темно, никто и не поймет особо кто это сделал.

– Эй! Ключи от квартиры где? Я потерял.

– Мужчина, проходите на улицу, – толкают его.

– Что, ограбить хотите? – расталкивает всех и идет назад.

Прячу ключи в карман.

– Пожар, какое ограбить, нормальный вы? Сейчас пожарные разберутся , дадут свет, найдете свои ключи.

– Проходим, граждане, – подключается Док.

Когда Леонид, наконец начинает спускаться, я бегу к его квартире, нащупываю замок, открываю. И захлопываю за собой. Тут уже тоже чувствую запах дыма, но дышать пока есть чем.

На улице уже вой сирен. Пожарные приехали. Сейчас быстро разберутся, что ложная сработала.

– Настя!

– Я тут! – заперта в спальне, дверь еще подпер комодом, чтобы не сбежала.

Или… чтобы погибла.

Вот сука! Он хотел, чтобы она тут погибла?

Отодвигаю комод и открываю дверь.

– Даня… – срывается и плачет.

– Настюш. Все хорошо. Я здесь.

Прижимаю к себе так сильно. Она дрожит в моих руках, хватает воздух, Лицо все горит.

– Тихо. Все. Я рядом. Сейчас уходим.

– Он…

– Я знаю.

– Уходи, он тебя убьет.

– Я за тобой пришел не для того, чтобы тебя тут оставить.

Надеваю ей на лицо запасную маску.

– Возьми из одежды что-то.

Она бегом к шкафу, на ощупь что-то хватает. В коридор, обувается на ощупь.

Подожди, опять забегает в комнату, что-то берет.

– Настя, время.

– Еще чуть-чуть.

Тянет с собой в руках что-то.

– Настя это не пожар.

– Я туда не вернусь, а забрать мне это надо.

Выбегаем с ней из квартиры. Я забираю у нее вещи.

Спускаемся по лестнице.

Навстречу бегут уже пожарные со шлангом.

– С какого этажа?

– С восьмого.

– Огонь есть?

– Нет. Только сильный дым.

– Бегом вниз.

Он надевает на нее маску. Быстро. Аккуратно. Проверяет, чтобы прилегала плотно.

– Дань, он там нас увидит.

– Сейчас узнаю, – достаю телефон и набираю Грачева. – Мы спускаемся, Грач, там чисто или он где-то внизу?

– Он тут, стоит, смотрит.

– Он ее в квартире закрыл, сказал, что нет никого.

– Вот… Так отвлеку сейчас его. Док даст сигнал. Машина твоя открыта, ключи в замке. У вас будет секунд тридцать.

– Понял.

– Не отвлекайся и не ищи его глазами. Просто доверься. Потом поговорим.

– Понял.

Стою в подъезде с Настей. Она успевает на длинную футболку натянуть толстовку.

– Пошли, – командует Док по телефону.

Не думаю ни о чем. Выбегаем из подъезда. К нам сразу врач.

– Все в порядке, – кидаю ей и бегом к парковке.

– Дань, где он? – Настя рядом оглядывается. – Он нас увидит…

– Потом все.

Открываю заднюю дверь, бросаю вещи. Настю заталкиваю следом. Сам за руль и по газам. Пожарная машина перекрыла выезд, поэтому газую сильнее, выезжаю на тротуар, по газону мимо всех. И еду, увозя ее подальше отсюда.

Проезжаем квартал, сворачиваем во двор и я глушу машину.

Пересаживаюсь к Насте на заднее сидение и обнимаю.

Ее срывает, сотрясаясь плачет у меня на плече.

– Даня… я боюсь его, я боюсь за тебя.

– Настя, это надо пережить.

– Дань, это ты был? С лазером?

– Я.

– Значит, все видел…

– Настя, не думай об этом.

– Прости, я не хотела. Он… он был сильнее.

– Все. Забудь. Больше я тебя не отдам. Никогда.

– Ты не можешь быть рядом постоянно.

– Могу и буду. Пока он не сядет.

Касаюсь ее дрожащей щеки.

– Ты ничего не могла против него сделать. Настя, он хотел тебя убить сегодня. Ты это понимаешь?

– Да.

– Завтра начинаем все официально. Пока отдыхай.

– Он нас найдет.

– Ко мне и к твоим родителям нельзя, поэтому я уже снял квартиру на несколько дней.

Вода шумит в душевой, заполняя паром помещение. Осторожно снимаю с нее порванную футболку. На лице покраснение. На плече гематома.

Сука, так и чешутся руки его самого избить.

– Не смотри на меня, – Настя закрывает глаза.

– Я тебя люблю любой.

– Мне самой от себя противно, – берет лейку и направляет на себя воду, оттирает слой кожи, будто это поможет стереть и воспоминания, и то, что сегодня произошло.

– Если бы не ты… Если бы не ты…

– Настя, перестань.

– Он сначала меня изнасиловал, потом угрожал тебе, потом хотел меня убить.

Я сжимаю руки в кулаки. Одному Богу известно, как сильно я сдерживаюсь, чтобы сейчас уже не приготовить пулю.

Но с ним надо по-другому. По закону.

– Я хочу выйти уже.

– Я тебя отнесу, – беру большое полотенце, кутаю Настю в него и несу ее в кровать. – Сделать тебе чай?

– Нет, полежи со мной, не оставляй одну.

– Хорошо, – ложусь с ней рядом, прижимаю к себе, накрываю одеялом. – Настя, завтра с утра едем в полицию и пишем заявление. И про избиение, и про изнасилование, и про клинику, и о возможных нарушениях.

– На себя писать?

– На вас двоих фактически. Инициируем для начала проверку его структуры. Как проходили тендеры, по каким критериям выбирали.

– Я себя этим подставлю.

– Во-первых, теперь у тебя есть доказательства, что он тебя избивал, заставлял. И еще, если он напишет заявление первым – он задаст тон. Он будет формировать версию. Ты будешь в статусе обвиняемой. Поэтому нам надо написать первыми. На него. Юрист все подскажет. Не бойся, главное. Если ты будешь сотрудничать со следствием – то ты уже не соучастник, а источник информации.

– Дань, я боюсь так. Он сегодня как зверь был. Он угрожал, что ты в тюрьму сядешь, что мы не будем вместе никогда.

– Все, Настя, не думай об этом. Он запугивал тебя. Чтобы ты боялась. Ты не одна теперь.

У меня вибрирует телефон. Тянусь и принимаю вызов. Грачев.

– Не спишь?

– Нет. У нас все нормально, спасибо, Жень.

– Хорошо. Рад слышать, что не зря все.

– У вас что?

– Все чисто. Пожарные покрутились, источник дыма не нашли. Списали на короткое замыкание в шахте вентиляции. Вы сработали аккуратно.

Я закрываю глаза и впервые за вечер выдыхаю.

– Спасибо за твой план.

– Мы остались с Доком до конца. Решили проверить, чем закончится. Леонид вернулся в квартиру сразу, как машины уехали. Док поднялся послушать. Муж ее орал. Много. Долго. Все крушил. Проклинал вас обоих. Сказал, как найдет ее – убьет.

– Теперь мне веришь?

– Да я и тогда поверил, но теперь вижу масштабы. Поэтому, – продолжает Грачев, – спрячь ее надежно. Не светитесь. Он сейчас на эмоциях.

– Понял.

– И еще. Он кому-то звонил. Очень злой был. Не один он в этой игре. В полицию вам надо, если так все плохо.

– Завтра пойдем, сегодня Насте надо отдохнуть. Когда я стучал в двери там, то он открыл и сказал, что никого больше нет. представляешь? А когда я в квартиру попал. Он Настю запер в спальне и дверь комодом тяжелым перекрыл. Он надеялся, что она там погибнет. И не забрал.

– Это уголовка. Я бы даже до утра не ждал.

– Там у нас сложная ситуация. Надо с юристом решать. Сами можем ошибок наделать.