Глава 6

Год спустя

Оценивающе смотрю на себя в зеркало, чувствуя, как внутри разрастается ледяной ком. Идеальный, изысканный макияж «смоки». Глаза, полные дикой, животной тоски.

Это мой первый выход в свет. После месяцев беспросветной депрессии, желания умереть. До сих пор не понимаю, что вытянуло меня наружу.

После того как у меня отобрали новорожденного сына, мир потерял краски. Я вижу все в сером цвете. Я осталась абсолютно одна. Хоть в петлю лезь. Днем еще как-то умудряюсь создавать видимость жизни, заниматься повседневными делами. Ночью же накрывает так, что приходится стискивать челюсти до боли, скрежетать зубами, потому что слез не осталось. Постоянно чувствую себя выпотрошенной оболочкой.

Я жива только потому что рядом оказались люди, которые не дали сорваться в пропасть.

Лена. Марина. Ериханов.

Они заставляют меня жить дальше и надеяться на чудо. Я больше никогда не увижу мужа, в тот день когда я увидела в доме свекрови Милену я окончательно убедилась в этом. По реакции Виолетты. По плещущейся в ее глазах безнадежности. Милена обманула ее. Это не отменяет предательства свекрови, которая вскоре тоже пропала, испарилась. Возможно от нее избавились как от ненужного свидетеля. Мне на это плевать. Я никогда не прощу ее.

У меня только одна цель, ради которой живу. Найти и вернуть сына.

На днях моему малышу исполнится годик … Ребенок, которого я ни разу не держала на руках…

Что дает мне силы жить?

Ненависть. Жгучая, отчаянная.

И надежда, что найду своего малыша. Цепляюсь за эту надежду, нанизываюсь как рыба, заглотившая наживку, на крючок. Постоянная боль, отчаяние. Я привыкла жить в ощущении постоянной боли.

Ериханов пообещал, что сделает все, чтобы найти ребенка. Есть ли мать, которая не ухватится за эту соломинку?

За это обещание я готова на все. Даже на секс, если Ериханов пожелает. И я знаю, что скоро его терпению и джентельменскому поведению придет конец. Все чаще ловлю на себе его взгляды, которые становятся вся более пристальными, оценивающими.

Я не была ему нужна зареванной, разбитой, жалкой. Об этом он сказал мне в довольно грубой форме. Ему интересны сильные женщины. Я должна стать такой.

В последнее время нас все чаще называют парой. Ериханов вытаскивает меня на разные мероприятия. Заставляет повышать свой профессионализм в деле, которое я выбрала для себя не по своей воле. Просто ухватилась за соломинку.

Теперь я эксперт в искусстве. Выучила столько всего. Чтобы хоть немного отвлечься, не сдохнуть от тоски по сыну.

— Это бал-маскарад, Станислава. Ты уже бывала на таких мероприятиях в прошлом. Закрытый аукцион где можно купить интересные вещи. Ты знаешь, что я одержимый коллекционер и не упущу такую возможность, — холодно отметает мои возражения Давид.

— Ты знаешь, что я ненавижу публичность, — отвечаю ему в тон.

— Это место, где люди предпочитают оставаться инкогнито. Тебя никто не узнает.

— Почему ты не можешь взять кого-нибудь другого? — спрашиваю устало. — У тебя полно любовниц. Я работаю на тебя. Но мы договаривались, что ты не будешь таскать меня за собой как очередную…

— Хм, это ревность? — сдвигает брови мой собеседник.

— Ты знаешь, что нет. Я разучилась чувствовать, Давид. Кому как не тебе знать, насколько я опустошена. Зачем продолжаешь возиться со мной? Почему не оставишь?

— Я дал слово. Тебе. Марине. Мне жаль, что я не смог защитить тебя однажды…

— Мы давно в расчете, Давид…

Трясу головой, усилием воли отгоняю воспоминания. Раз уж мне предстоит выход в свет, пусть и под маской, нужно снова сохранять ледяное спокойствие. Собрать себя из осколков и выглядеть идеально. Я в долгу перед Ерихановым. Он идет по следу Вишневской и Расула. Эти люди — страшные чудовища. Вместе с ними пропала и свекровь. Они, можно сказать, полностью уничтожили Влада Огнева. Его словно и не существовало никогда. Нет его матери, нет его сына. И сами пропали. Какое-то время был след, но он полностью оборвался.

Зачем Милене мой ребенок? Наш с Владом ребенок? Я задавала себе этот вопрос миллион раз и не находила ответа. Только бы с Робертом все было хорошо. Я решила назвать сына в честь своего отца. До сих пор для меня это страшная потеря, папа ушел очень внезапно… Я решила дать сыну это имя почти сразу как узнала, что беременна.

Даже за это корю себя. Может быть другое имя было бы более счастливым?

Нет. Нельзя погружаться в ненужное самобичевание.

Мои враги обязательно объявятся. Слишком много активов. Слишком огромная корпорация… Они не справятся удаленно.

Только бы они ничего не сделали моему малышу. Думаю об этом и сразу ледяная рука сжимает горло, душит.

Я готова на все что угодно. Даже на убийство. Вот только добраться до хитрых, изворотливых тварей, слишком сложно…

— Тебе знаком хозяин виллы. Глеб Орехов, — нехотя предупреждает Ериханов.

Сначала удивляюсь, и только хорошо подумав вспоминаю, откуда мне знакомо это имя. Вечеринка на яхте, я была там с Владом. Кажется, что все происходило в другой жизни, не со мной. Так много событий произошло с тех пор…

— Это твой друг? — спрашиваю скорее из вежливости, мне это не особенно интересно.

— Скорее давний партнер, мы безоговорочно доверяем друг другу.

Сразу видно, что на прием выделены огромные деньги. Очень много обслуживающего персонала. Вилла на берегу Средиземного моря, огромная, роскошная, окруженная соснами. Огромный понтон дает возможность выхода прямо с веранды дома к морю. Повсюду гости в масках и полумасках — мужчины в смокингах, дамы в вечерних платьях, все при драгоценностях, переливающихся в свете огней.

Нас приветствует Глеб Орехов, сразу узнаю его, несмотря на полумаску. Среднего роста, коренастый, густые аккуратно подстриженные темные волосы, тонкие губы, крупный нос.

Несмотря на дружелюбную улыбку, невозможно не заметить холодный блеск карих глаз в прорезях маски. Рядом с ним целых две дамы, одна в белом, другая в черном. На Орехове черный смокинг с красной подкладкой, пиджак удлиненный. Очень колоритное трио.

— Рад приветствовать, — кивает Давиду. — Твоя спутница кажется мне знакомой. На это Ериханов ничего не отвечает, просто коротко представляет меня:

— Станислава. Мы работаем вместе.

— Как интересно. Ты редко приводишь на такие мероприятия коллег.

— Она, как и я обожает искусство.

— Замечательно.

— Я смотрю, ты сегодня тоже не с женой? — подкалывает Давид, а я вспоминаю, что когда впервые видела Орехова рядом с ним была очень красивая девушка, всем демонстрирующая свое обручальное кольцо.

— Она дома, с сыном, чего ей здесь делать, — усмехается Орехов.

Меня передергивает от того как пренебрежительно это произнесено, рука Давида скользит по моей спине, словно он хочет подбодрить меня. Усилием воли остаюсь неподвижной, хотя больше всего на свете хочется отстраниться.

К нам подходят еще двое мужчин, разговор становится совсем не интересным для меня.

— Девочки, развлеките Станиславу, ей кажется скучно, — командует своим спутницам хозяин вечеринки, хлопая их пониже спины, обеих одновременно.

— Бизнес превыше удовольствий, — проворковав это, меня берет под руку та что в черном. — Идем, разыщем себе по коктейлю. Я подскажу что здесь обязательно нужно попробовать.

Мы отправляемся к длинному столу, где полно всевозможных закусок и напитков. Делаю вид что мне интересен разговор этих двоих о дизайнерских шмотках и СПА, но на самом деле у меня даже голова начинает болеть, настолько пустую болтовню приходится слушать.

— Пожалуй я прогуляюсь в дамскую комнату, — улыбаюсь спутницам Орехова.

— Оки, если Давид будет тебя искать, мы его постараемся развлечь, — подмигивает та что в белом. Только сейчас мне приходит в голову, что даже их имен не запомнила, когда Глеб представлял нас. Впрочем, плевать. Улыбнувшись, покидаю пустышек.

На этой вилле невероятно красивые интерьеры, безумно дорогие картины на стенах завораживают. Так как я в этом уже немного разбираюсь, то невольно замираю то возле одной картины, то возле другой, наслаждаясь истинными произведениями искусства. Мне гораздо комфортнее одной, а не среди гламурного общества. Так, впрочем, было всегда. Теперь я и вовсе становлюсь отшельницей.

Наконец добираюсь до дамской комнаты, которая тоже роскошна: выложена мрамором, возле стены два дивана, обитых малиновым бархатом. все сделано с нарочито подчёркивающим состоятельность хозяина вкусом.

Каждая кабинка — это достаточно просторная комната с зеркалом во всю стену, длинным умывальником, мягким креслом. Снимаю маску, поправляю причёску, взбивая локоны. Обычно я собираю волосы в строгий пучок, но сегодня позволила стилисту, которого пригласил Давид, сделать мне прическу, позволить волосам быть ничем не собранными.

— Ой, простите, я думала здесь свободно, — произносит знакомый голос, и я резко оборачиваюсь. Видимо я была так удивлена интерьером туалетной комнаты, что забыла запереть дверь.

Женщина, что нарушила мое уединение тоже сняла маску, держит ее в руках. Смотрим друг на друга в огромном изумлении. Потому что мы знакомы. Это Ника… Бывшая любовница моего мужа. Когда-то я проявила к ней сочувствие, что сильно удивило Влада. Да и меня саму. Не думала, что когда-нибудь мы столкнемся снова. Почему-то сейчас это как гром среди ясного неба.

— Привет, — произносит Ника смущенно. — Вот уж кого не ожидала увидеть, — произносит вслух мои мысли.

— Привет…

Определенно, мы обе испытываем далеко не радость, хотя когда расстались в прошлый раз, Ника благодарила меня, сказала приятные слова, мы попрощались по-доброму.

Это более чем странно, непонятно, почему судьбе было угодно столкнуть нас лицом к лицу. И все же, просто уйти, не сказав пары вежливых слов, кажется мне грубым.

— Как у тебя дела? — спрашиваю, стараясь добавить энтузиазма в голос.

— Всё хорошо. А у тебя? — натянуто вежливо спрашивает Ника.

— Нормально… Я вернусь к гостям, если ты не против.

— Да, конечно. Ещё раз извини, что я такая беспардонная…

Выхожу в коридор, никак не получается перестать анализировать странную встречу. Почему меня это так зацепило? Потому что снова напомнило о потерянном? О муже. О сыне… Ника, как мне показалось, была ошарашена и расстроена увидев меня. Почему? Возможно, она тоже переживала из-за смерти Влада… Но из вежливости она могла бы спросить, как я справляюсь без мужа. Хотя, наверное, глупо ждать этого от соперницы.

Что за глупости лезут мне в голову? Злюсь на себя, продолжая бродить по коридорам, выбирая места подальше от шума голосов и музыки. Отдавая все внимание произведениям искусства, и совсем не смотря на гостей.

В какой-то момент Ника, снова попадается мне на глаза. Теперь она уже в маске, но я запомнила ее откровенное платье необычного нефритового оттенка. Да, мне любопытно с кем она пришла. Это не жгучая зависть, лишь лёгкая форма интереса, просто эта девушка единственная, кого я знаю среди огромной толпы гостей.

Как раз в этот момент Ника подходит к мужчине. Это видимо тот, с кем она сюда пришла, судя по тому как она проводит рукой по предплечью мужчины, ластится к нему. Встав на цыпочки, потому что мужчина высок, что-то шепчет ему на ухо. Он явно недоволен такой бесцеремонностью, даже в какой-то момент встряхивает ее, отодвинув от себя на расстояние. Что-то в этом мужчине привлекает меня. Возможно, мне интересно насколько изменился вкус Ники. Или она нашла себе второго Огнева? Любила ли она Влада по-настоящему, раз так быстро забылась с другим? Хотя, мне ли судить? Ведь я со стороны тоже не выгляжу безутешной вдовой… Я все еще официально замужем за пропавшим без вести, наверное, наверное со стороны выглядит ужасно, что хожу по светским тусовкам с другим мужчиной… Но здесь во Франции я мало кого знаю, чтобы стесняться и переживать за свою репутацию. Главное то, что в душе. То, что я знаю, что никогда не полюблю Давида чтобы он ни делал. Даже если он найдёт моего сына, я не полюблю его… Но тогда в благодарность я готова на все, что бы он ни попросил…

Углубляюсь в свои ужасные, порочные размышления, и не сразу замечаю, что спутник Ники тоже внимательно разглядывает меня. На нём плотная маска, закрывающая всё лицо, оставляющая только узкие прорези для глаз. Он в белой рубашке, обтягивающей мускулистое тело и черных брюках. Верхнюю часть смокинга он видимо где-то оставил. У него натренированная, очень мощная фигура.

Почему он кажется мне странно знакомым? Почему притягивает меня, словно магнитом? Продолжает разглядывать меня, это несомненно. Рядом никого, так что даже странная маска не мешает понять, что именно я привлекла его внимание. Скорее всего своим любопытством. Мне становится неловко, но все равно не могу отвести взгляд. Мне вдруг становится дико дискомфортно, все тело начинает покалывать. Хочется разорвать этот поединок глаз, и в тоже время не могу сдвинуться с места.

Ника замечает, куда смотрит её спутник, это явно ей не нравится, что, впрочем, не удивительно. Я должна уйти! Пора вернуться к Ериханову… Да и перед Никой неловко, еще не хватает навлечь какое-то недопонимание…

— Я повсюду тебя ищу, — голос Давида обрушивается как гром среди полной тишины. Вздрагиваю и оборачиваюсь.

— Извини…

— Я уж подумал, что тебе стало плохо. Куда ты пропала?

— Нет, со мной всё в порядке. Идём…

Почему-то мне важно, чтобы Давид не заметил Нику. К счастью, в этот момент парочка, так сильно привлекшая мое внимание, начинает удаляться в противоположную сторону. Послушно следую за Ерихановым.

— Все в порядке? — спрашиваю, чувствуя, что от него исходит сильное напряжение.

— Тебе нужно уехать отсюда, немедленно, — видно что Ериханов сильно нервничает, его челюсти стиснуты.

— Что происходит, Давид? Я ничего не понимаю…

— Тебе грозит здесь опасность. Позже объясню.

Оглядываюсь в поисках мужчины, который так сильно заинтересовал меня. Ничего не могу с собой поделать, он манит меня как магнит. Притягивает.

— Хорошо. Идем.