Глава 7

— Вы уже уезжаете? — к нам подходит Орехов, и он выглядит очень недовольным. — Мы еще не все обсудили, Давид.

— Знаю. Я вернусь, только провожу свою спутницу.

— Хорошо, — Глеб кивает, но все равно ему явно не нравится такой скорый уход. Которого я и вовсе не понимаю.

— Ты уверен, что мне грозит опасность? — не могу не задать вопрос. — Ты можешь объяснить что происходит?

Давид находит мою ладонь, сжимает. Затем поднимает и подносит к губам. Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы не выдернуть руку.

— Я бы очень хотел, чтобы ты мне доверяла. Разве я хоть раз подвел тебя?

Вглядываюсь в его лицо, но за маской ничего нельзя прочесть. Бросив еще один взгляд назад, убедившись, что ни Ники, ни ее спутника уже нет в поле зрения, киваю.

По-прежнему держа меня за руку, Ериханов идет к выходу.

Наверное, так и правда будет лучше. Но в то же время, почему-то все внутри сопротивляется такому раскладу. Совершенно иррациональные ощущения.

Я должна обмануть Ериханова. Не знаю откуда берется эта мысль, но я полна решимости что-то сделать. Все неспроста. Старые надежды, которые давно похоронила внутри, будто ожили разом. Еще не оформившиеся, смутные. Я поверила, что Влада больше нет, когда это вслух произнесла его мать. Ее горе, мука, были неподдельными. Это было последним что запомнила, перед тем как меня накачали лекарствами.

Но сейчас безумная, дикая надежда вспыхнула внутри, и я ничего не могу с этим поделать. Я должна разыскать спутника Ники, еще раз посмотреть на него… Эта мысль захватила целиком и полностью.

Давид подводит меня к входной двери.

— Ты не поедешь со мной? — спрашиваю дрожащим голосом, останавливаясь.

— Прости, но ты слышала, у меня еще есть тут дела. Я приеду сразу, как смогу.

— Хорошо…

— Ты расстроена?

— Нет, ты же знаешь, я не люблю светские тусовки.

Кажется, я тоже становлюсь заправской лгуньей. Хотя неудивительно, слишком часто меня обманывали, подставляли.

— Я дойду до машины. Не провожай. Вернись к делам, — говорю как можно увереннее и Ериханов кивает.

Выхожу из дома. Я хорошо знакома с его водителем. Выбегаю, нахожу нужную машину.

— Я забыла накидку, — говорю водителю. Это правда. На заднем сидении я оставила легкое пальто, которое взяла на всякий случай.

— Вы бы позвонили… Я мог принести, — говорит он смущенно.

— Спасибо большое. Мне нужен твой телефон. Можешь одолжить?

— Да, конечно.

— Давид попросил тебя поехать домой. Пожалуйста, не задавай вопросов.

— Но как вы…

— Нас подвезут друзья.

Парень работает у Ериханова недавно, он не особо умен, и главное его достоинство — беспрекословное выполнение любых поручений. Он ни на секунду не задумывается, что все это выглядит странно.

Я нагромоздила столько лжи… И все ради чего? Лишь призрачной надежды. Или помутнения рассудка. Надеваю пальто. Возвращаюсь в холл, захожу в первую попавшуюся уборную. Закалываю волосы меняя прическу. Так Ериханову будет сложнее вычислить меня. Он не видел меня в пальто ни разу, я недавно купила его и взяла с собой в последнюю минуту.

Возвращаюсь, внимательно оглядываюсь среди гостей. Вычисляю где стоит Орехов, с ним и Ериханов, они направляются к понтону. Значит, главное — держаться подальше. Надеюсь, этих двоих задержат «деловые вопросы». Как буду выкручиваться дальше — даже не думаю. Действую только на интуиции. Двигаюсь медленно среди гостей, беру бокал с подноса официанта. Несколько глотков ледяного шампанского придают сил.

Я должна осуществить задуманное. Стараясь делать беспечный вид, оглядываюсь по сторонам, рассматриваю гостей.

Внутри дома много разных длинных коридоров. Гости уже снуют повсюду. Некоторые даже поднимаются на верхние этажи, в обнимку, не скрывая намерений. Кто-то обжимается напоказ, возле стены. Прохожу зимний сад, выхожу на веранду. Уже почти готова признать поражение — так сильно заинтересовавшего меня мужчины нигде нет…

Это глупо. И некрасиво. Вдруг в лицо бьет сильнейший обжигающий поток жара. Потому что я вижу его. Замираю на пороге. Мне как будто нож в сердце всадили.

Чувствую, как кровь отхлынула от лица. Время остановилось.

Картина, представшая передо мной, дико порочна.

Незнакомец не один, его пассия, Ника, с ним. Перед ним. На коленях. Ее голова, плечи, двигаются. Руки лежат на талии мужчины.

«Ты просто чудовищная дура, — шепчет разум. — Этого искала? Получи…»

Ощущение, что все мое тело охватывает ядовитое пламя. Горит горло, грудь, глаза разъедает щелочью. А самое паршивое, что я не могу пошевелиться. Замерла как статуя.

Надо убраться как можно дальше… Взять такси. Многие гости в этот вечер предпочтут оставить свои средства передвижения. Это не проблема… Может даже, Давид не узнает… Попрошу водителя сохранить секрет. Все это проносится в голове машинально, не особо тревожит. Потому что тону в глазах, сверкающих сквозь прорези полумаски.

Мужчина смотрит на меня, в то время как его спутница, ничего не подозревая, продолжает делать ему минет.

Мои щеки пылают. Хочу сквозь землю провалиться.

Глаза мужчины, смотрящие на меня пристально, обжигают так сильно, что кажется я сейчас вспыхну. Буду гореть, пока не оставлю вместо себя горсть пепла.

Взгляд темнеет все сильнее. Спутник Ники снова кажется мне знакомым… Сердце колотится так, словно вот-вот вырвется из груди. В живот словно длиннющую иглу вонзили, колет все сильнее. Моргаю, потом еще раз.

Он кладет руку на голову Ники, толкая к себе, спокойно, бесцеремонно.

Ему плевать, что появился наблюдатель.

Пячусь назад. Сначала медленно, а потом нахожу каким-то чудом силы развернуться и несусь прочь, врезаюсь в какую-то пару, тоже ищущую укромный уголок, и даже не извинившись, бегу дальше.

Замираю только добежав до понтона. Вспоминаю, что сюда пошел Ериханов. Но сейчас тут никого, и меня это радует. Потому что, когда подбегаю к правому краю, хватаюсь за перила и меня выворачивает наизнанку.

С трудом выпрямляюсь. Это наваждение. Это безумие. Я просто сошла с ума. Сама себе придумала, что спутник Ники — это тот, кого я давно потеряла. Это все лишь игра моего воображения. Надо успокоиться и отыскать Давида…

— Тебе понравилось? — раздается над ухом хриплый голос.

Словно скрежет металла. Жесткий. Царапающий. Я ожидала услышать совсем другой тембр… Я вообще напридумывала себе черти что…

Мужчина кладет руку мне на плечо, снова ослепив и оглушив. Стою, чувствуя тепло тяжелой руки, и на какое‑то мгновение мелькает безумная мысль, что он заявляет на меня права. Несмотря на то, что сердце стучит как барабан, несмотря на зарождавшуюся панику, которую пока еще удается сдерживать, меня охватывает желание коснуться этого человека. Но я корю себя за этот странный порыв. Он чужой спутник. Он только что был с другой женщиной, а я случайно вторглась в их пространство. Видимо, этим задела его. Может быть, его заинтересовало мое любопытство… Но это надо прекратить.

— Простите… мне пора, — выдавливаю из себя.

— Убегаешь? Так что, представление тебя разочаровало?

В голосе абсолютное равнодушие. Ни насмешки, ни попытки соблазнить. То что говорит этот мужчина безумно смущает меня.

— Мне не понравилось, — цежу сквозь зубы.

Хочется убежать, только ноги ватные. Сердце ведет себя странно. То колотится как бешеное, то почти замирает. Тело начинает покалывать, словно в него воткнули тысячи крошечных иголок.

Хочу пройти, но мужчина преграждает дорогу.

Замечаю, что теперь на нем есть пиджак, ворот рубашки распахнут чуть больше, чем раньше. Интересно, спутник Ники узнал меня? Или мои ухищрения с тонким пальто помогли сохранить инкогнито? Осознает он что мы сталкивались и залипали друг на друге дважды? Тогда и Ериханова мне не обмануть, разве не так? Он может в любой момент заметить меня… Здесь мало людей, мы как на ладони… Разозлится ли Ериханов?

Сейчас мне плевать на это.

Почему-то на глазах выступают слезы. Поворачиваюсь спиной к дому, к толпе гостей, смотрю на гладь воды, пытаясь успокоиться.

Это не он. Ты такая дура. Что вообще вытворяешь? Надо как можно скорее прекратить это безумие.

— Извините меня еще раз. Я приняла вас за другого человека. Это было очень глупо. Сейчас мне хочется одного — покинуть это место.

— Я могу тебе помочь, — и все же меня необъяснимо волнует этот хриплый, очень низкий, незнакомый голос.

Спутник Ники стоит ко мне до неприличного близко. В нем все чужое — голос, парфюм, манера поведения. Тогда почему меня так накрыло? У Огнева помимо Ники было множество женщин… Так зачем так сильно позориться, привлекать внимание незнакомца своим поведением. Сейчас мне за это отчаянно стыдно. Это нормально, что Ника выбрала мужчину, похожего на Огнева. Ненормально то, что я зациклилась на нем, хотя даже не видела его лица…

— Простите…

— За что?

— Я не должна была пялиться… — мой голос срывается. Сдержать слезы слишком тяжело.

— Да, наверное, это неправильно. Ты меня заинтересовала. Такое внимание красивой женщины всегда приятно.

— Я немного знакома с Никой, — признаюсь, сгорая со стыда. Откуда во мне эта зацикленность, почему не могу убежать, уйти в толпу и забыть про инцидент? Откуда это глупая потребность объясниться?

— И что?

— Мне теперь неловко перед ней. Где она, кстати?

— Так ты смотрела на меня из-за Ники?

Не дожидаясь ответа, незнакомец снимает пиджак и набрасывает мне на плечи, заметив мою дрожь. Меня колотит все сильнее, но не от холода, а от охватившего пламени, танцующие язычки которого обжигают каждую частичку моего тела.

— Идем.

Это безумие, но я послушно следую за спутником Ники, чувствуя, как меня охватывает странное спокойствие. Страх, только что переполнявший меня, испаряется. Внутри растет ощущение правильности происходящего.

Мужчина вдруг наклоняется ко мне, и я невольно тоже приподнимаю голову к нему, надеясь разглядеть лицо. Но он тут же небрежно отстраняется, успеваю лишь заметить холодный и отчужденный взгляд.

— А ты любопытная, — произносит насмешливо.

Господи, да приди же в себя наконец, свирепо приказываю себе. Встряхнув головой, отгоняю призраки прошлого.

— Наверное, мне лучше найти того, с кем я пришла.

Только сейчас осознаю, что мы вышли из поместья, направляемся к парковке. Незнакомец крепко держит меня за руку, ведет за собой. Весь этот путь я проделала словно под гипнозом. Неужели мужчина всерьез решил, что я хочу уехать с ним? Нет… я не могу… Я совсем его не знаю, не говоря уже о том, что есть Ника… Где она, кстати? Куда пропала?

— Это твой мужчина? Тот, с кем ты пришла. Или просто друг? — спрашивает небрежно. Словно ему это совсем не интересно, но из вежливости задает вопрос.

— Я работаю на него.

— Тогда ты можешь позволить себе приключение. На таких вечеринках редко обходится без оргии. Так что, твоему начальнику сейчас не скучно без тебя.

— Я должна вернуться, — продолжаю настаивать, вот только руку выдернуть из его стальной хватки не получается.

Мне вдруг становится безумно страшно.

В этот момент рядом тормозит огромный черный джип.

— Садись, Станислава.

То, что незнакомец назвал меня по имени, бьет наотмашь. Буквально лишает воли, и я послушно сажусь на заднее сидение. Мужчина опускается рядом. Не могу видеть кто находится за рулем, потому что передние сидения отделяет плотная перегородка. Но думаю вряд ли это Ника. Неужели он бросил ее на вечеринке? Это характеризует его не лучшим образом. Значит женщины для него лишь игрушки…

Машина рвет с места как бешеная. Поворот на скорости юзом, и я испуганно вскрикиваю, задыхаюсь от страха, сердце колотится как ненормальное.

— Успокойся, Станислава. Это не похищение.

Он знает мое имя… Увы, это тоже ничего не значит. Его могла сказать Ника. Или Орехов — хозяин вечеринки. И еще кто угодно, кто мог слышать наше общение с Ореховым…

Тяжело дыша обхватываю себя руками. Запах, исходящий от пиджака, который мой похититель набросил на меня еще на понтоне, точно коконом окутывает. Почему я реагирую на запах незнакомца как больной на всю голову токсикоман? Мне хочется зарыться в эту вещь с головой. Спрятаться, закрыть им лицо, чтобы не показывать своего страха…

Увы, скорость с которой едет машина не дает отстраниться от происходящего и успокоиться. Дорога не из приятных, серпантин, причем ощущение, что забираемся все выше в горы.

Проходит час… Пульс все еще зашкаливает.

— Я не могу уехать так далеко. Куда вы меня везете? — мой голос дрожит. Маску я сняла почти сразу, как села в машину. Раз мужчина знает мое имя, в ней нет нужды. Я надеялась, что он сделает то же самое, развеет мои сомнения. Хотя, увидев перед собой незнакомца я, наверное, испугаюсь еще сильнее. Он говорит, что это не похищение, вот только ужасно именно на него и похоже.

Машина снова входит в поворот и меня бросает на моего спутника. Доберемся ли мы невредимыми? Почему так гоним? Поездка похожа на настоящий кошмар. Проходит еще час. Мой телефон садится. И тот, который я взяла обманом у водителя — тоже.

Мне очень страшно. Я боюсь издевательств, боюсь боли.

Этот человек уже ранит меня. Тем как равнодушно общается. Ощущение, что я для него — вещь.

Мы так долго едем! И все это время мои глаза опущены, у меня нет сил ни в окно взглянуть, ни на своего спутника.

Взвизгнув тормозами, машина замедляет ход. Почти отвесный подъем вверх, узкая дорога, двум автомобилям не разъехаться. Подземный гараж. Это странное место напоминает логово Бэтмена. Да, тут самое место для обитания летучих мышей. Удаленное, закрытое, мрачное.

Мужчина вылезает из машины, придерживает заднюю дверь. Выхожу, зябко кутаясь в пиджак. Пусть даже меня убьют и похоронят здесь, все равно испытываю невероятное облегчение, что поездка закончилась. Меня немного укачало, ощущаю тошноту и слабость.

— Иди за мной.

Выполняю приказ, понятия не имея, что меня ждет… Вдруг этот человек садист? Насильник, извращенец. Все это проносится в голове.

Узкая дверь, ведущая на другую сторону. Высокие сосны скрывают от глаз дом. Пугающее, и в то же время величественное место. Моросит легкий дождик.

— Я никуда не пойду! — останавливаюсь и выкрикиваю в спину удаляющемуся мужчине.

Оборачивается. Смотрит пристально.

— Пока не снимешь маску, — добавляю, вложив в свой голос всю силу воли.