10

Ужин постепенно подошёл к завершению. Роберт и Мэтт играли с железной дорогой в гостиной, пока я помогала его маме убирать со стола. Когда все тарелки были загружены в посудомоечную машину, а Клара поблагодарила меня за помощь, я устало присела в кресло. День какой-то бесконечный и слишком насыщенный.

— Мэтт, веди Роберта отдыхать. Уже поздно. Твоя невеста устала, — сказала блондинка молодому мужчине.

Мальчик стал пререкаться с отцом, не хотел уходить, но он нашёл какие-то слова и увёл его наверх, а потом вернулся за мной.

— Разные комнаты приготовила, мам?

— Зачем? Одну, что мы — не знаем, как сейчас живёт молодёжь? Не нужно стесняться. Здесь все свои. Пойдёмте.

Мы переглянулись с начальником за спиной матери. Он хмыкнул и пошёл следом, потянув меня за руку в сторону лестницы. Клара привела нас в конец коридора и открыла одну из дверей.

— Вот тут будет ваша комната, когда будете приезжать к нам. Здесь вы никому не будете мешать. Ну, отдыхайте. Спокойной ночи.

Женщина ушла. Мы остались вдвоем в тишине. Мэтт провёл устало рукой по волосам. Вид у него был не особенно довольный предлагаемыми нам обстоятельствами. В комнате не было даже кушетки. Из спальных мест лишь огромная кровать. Печально, Мэтту придётся спать на полу, ведь не думает же он, что я пущу его к себе в постель?

— Значит, это я бегал за тобой, да, Кэти? — спросил он, развязывая галстук и кидая его на кресло.

— Ну не я же, — подняла я плечи вверх. — Не нравится — выдумывай сам легенды для своей семьи в следующий раз. А ещё лучше женись по-настоящему на той, которая этого захочет, и врать не придётся!

— Старшова, аккуратнее со словами, — оборвал он меня. — Не переигрывай. Было лишним рассказывать, как долго и нудно я добивался тебя, принцессу Бастилии.

— Мне показалось, так романтичнее. Ты ведь сам просил, — невинно захлопала я глазами.

— Ладно, неважно уже. Как мы будем спать? Кровать одна. Уехать я не мог, ты сама видела, что меня попросил остаться ребёнок.

— Я понимаю. Поэтому и молчу сейчас. Как будем спать? Я на кровати.

— А я, значит, не на кровати? — усмехнулся Мэтт.

— Ну, она одна, а нас — двое. Я думаю, ты понимаешь. Ты же не заставишь свою будущую жену спать в дискомфорте?

— А я должен как пёс лежать на полу возле твоих ног?

Я снова пожала плечами и посмотрела на мужчину:

— Нет, почему так грубо? Просто… на полу. Но я дам тебе самое толстое одеяло.

— Ты очень добра, Кэти. Я недостоин, — ответил босс. — Ладно, лягу ну полу. Не с тобой же ложиться, в самом деле… Что-то я уже начинаю уставать от этого фарса… Постели мне пока и ложись спать. Я пойду ещё с отцом поговорю.

Он ушёл, а я стала ходить из угла в угол. Неуютно мне тут, я ведь не на своём месте. Ни в каком смысле. Накидала на пол подушек и одеял, сделав подобие ложа, и стала думать, во что бы переодеться. В шкафах ожидаемо было пусто, а вот в комоде в ванной комнате я нашла халат и несколько чистых рубашек. Наверное, они принадлежат Мэтту, раз их положили в его комод. В халате спать неудобно и жарко, а вот рубашка мне, пожалуй, подойдёт. Взяла в руки одну, белую, и развернула. Большая какая, как раз за платье сойдёт.

Приняла душ, натёрлась от души ароматным гелем с клубничным наполнителем, вытерлась чистым полотенцем и облачилась в мужскую рубашку поверх белья. Свою одежду повесила на плечики и убрала в шкаф. Вынула шпильки из волос, позволив локонам рассыпаться по спине. От нечего делать взяла пульт от телевизора, залезла на кровать под одеяло и нажала на кнопку включения. Удобно улеглась, обняв подушку, и под мерное болтание диктора незаметно для себя уснула.

* * *

МЭТТ

Отличная перспектива — спать на полу, но ничего не поделаешь. Я сам втянул Кэт в эту историю, так что мне и отдуваться. Это мне в первую очередь нужно, была бы её воля, она бы сбежала давно. Старшова мне нужна больше, чем я ей. У неё важная роль для моей карьеры. Вот и пусть сегодня играет её с комфортом — на кровати.

Отец ждал меня в своём кабинете, держа в руках какие-то документы. Он курил сигару, сидя в кресле, и задумчиво вчитывался в текст. Курит он только здесь, потому что сурового Саймона Донована, опору огромной корпорации, дома гоняет жена и не даёт курить. Собственно, потому и я этим не занимаюсь — моя мама и мёртвого курильщика заставит встать, бросить курить, а потом уже позволит продолжить быть мёртвым.

— Садись, сын. Коньяка налить?

— Да, можно немного, — я сел напротив отца в кресло.

— Ну что? Завтра уже официально генеральный? — улыбнулся он мне. Отец явно мной гордится.

Я лишь пожал плечами, будто бы для меня это вовсе и не так важно.

— Искренне поздравляю! Ты победил в честной борьбе. Колин имел не меньше шансов, чем ты, и остался очень недоволен.

— Спасибо, пап.

— А я не сомневался. Твой кузен, конечно, тоже молодец, и я очень уважаю его, но мне всё-таки милее видеть в кресле директора собственного сына.

Колин — сын брата отца, с которым отношения у него как-то всю жизнь не клеились, но семья брата так же была в числе акционеров компании, и вести с ними дела всё равно приходилось.

Я лишь молча отпил коньяка. Приятно, конечно, что отец так мне доверяет и всегда за меня.

— Контракт твой брачный просмотрел. Меня ничто не смущает, он годный. Когда свадьба?

— Через две недели.

Отец понимающе кивнул.

— Хорошую девочку подобрал, Мэтт, — обратился папа ко мне, снова затянувшись и выпустив сизый ароматный дым.

— В смысле “подобрал”? — спросил непринуждённо.

— Сын, не ломай комедию передо мной, — властным тоном одёрнул он меня.

Начальник и есть начальник, даже на пенсии. Он посмотрел на меня в упор.

— Я всё прекрасно понял. Ты её совсем не знаешь. Вы словно познакомились вчера. Невеста фальшивая. Для совета. Так ведь?

Я помолчал немного, потом спросил его:

— Так видно?

— Нет. Играете хорошо. Но мне заметно.

— Ну да. Фальшивая. И что?

— Ничего. Я вовсе не против. Главное, сами себя не раскройте, конспираторы. Маме тоже не скажу. Если уж начали эту игру — то играйте достоверно. Клара меньше знает — крепче спит. А знаешь, почему я не против?

— Почему? — сложил руки на столе и опёрся на него.

— Катерина — так, кажется, звучит её русское имя — на самом деле умница. Подыгрывает очень натурально. К тому же специалист хороший. Я уже изучил резюме. Она справится. С Робертом, опять же, контакт установила с первых минут. Ты прекрасно знаешь, что твой сын со всеми подряд не знакомится. Она ему понравилась. Да и мне, в общем, тоже. Знаешь, смотрю на Кэти — и никакого негатива не вызывает. Твои деньги или положение Катерину вовсе не интересуют, я бы сразу увидел шкурный интерес. В отличие от Даны. Извини, сын, что напоминаю, но как только ты привёл эту девушку в роли своей невесты, я сразу почувствовал, что она вовсе не та. Я тебе говорил об этом и был прав.

Я нахмурился. Говорить об этой стерве у меня нет желания, и уж тем более вспоминать время, когда был в неё влюблён. И да, папа всё же был прав.

— Ну, это уже неважно, — продолжил говорить отец. — Так вот, Кэти тебе подходит. Ты будешь с ней счастлив.

— Отец, ты так говоришь, будто бы я на ней серьёзно жениться собрался. Невеста фальшивая, жена фальшивая и брак тоже.

— Мне так не кажется. Ты её ещё оценишь. И брак станет самым настоящим.

Я даже рассмеялся. Я и Старшова? Мелкая воровка по личным мотивам, нахалка, которая смогла сбежать и водила меня за нос, дочь преступника и мошенника, пусть и не родная, — и я? Ну уж нет.

— Пап, прекращай. Не смешно.

— Кто смеётся? Пора бы тебе остепениться. Найти своё пристанище. Да и Роберта нам уже мало одного. Он вырос, да и не наш. Мальчик часто с Даной. Мать есть мать. Твоя Кэти могла бы родить нам с мамой ещё внуков. Она молода, здорова, красива и умна. Чего тебе ещё нужно желать?

— Ты мыслишь рационально, но как же чувства? — хмыкнул я.

— А их нет? — поднял брови отец.

— Откуда бы?

— А что — они откуда-то приходят? С неба потом внезапно падают? Я уверен, ты бы никогда не предложил быть рядом, даже в спектакле, той, которая тебе не нравится. Я слишком хорошо тебя знаю, Мэтт. Не наломай дров, сын. Зная твой нрав, обидишь ни за что девчонку, которая могла бы стать тебе хорошей женой, и вовсе не фальшивой. Иди. Думай.

Знал бы ты, папа, правду о нашем знакомстве, может, и не думал бы, что Кэти так уж хороша.

Хмурый, поднялся и ушёл. Спорить с отцом бесполезно даже мне. Проще послушать его наставления и сделать по-своему. Не собираюсь я к ней приглядываться. Да, Кэти красавица, ничего не могу сказать — сам залип на неё при первой встрече в доме и не удержался от поцелуя. Потянуло к ней, будто магнитом. Но потом я позабыл о своих симпатиях, когда на первый план вышел её обман и причастие к делу Бенсона. Для меня она по-прежнему воровка и обманщица. Да, красивая, сексуальная, но это ничего не меняет. Ни за что не пущу её в своё сердце. Между нами лишь контракт, ровно шесть месяцев, после которых ни на секунду больше её не задержу.

По пути в комнату меня перехватила Дана. Она шла к себе и перегородила мне дорогу. Рыжая бестия, которая когда-то сводила меня с ума, улыбалась своей фирменной улыбкой стервы.

— Мэтт, подожди. Можно с тобой поговорить?

— Это касается Роберта?

— Нет.

— Тогда нельзя.

Улыбка Даны погасла, я попытался её обойти, но она вцепилась в мой рукав.

— Когда ты меня уже простишь и перестанешь казнить?

Она, как всегда, нашла отличный способ заставить меня с ней всё же поговорить — начала рассказывать о своих проблемах на весь коридор. Схватил её за руку и втолкнул в одну из пустующих комнат для гостей. Бросил её запястье и повернулся к ней.

* * *

— Что ты хочешь? Зачем ты здесь осталась? Чтобы пилить меня? Это бесполезно. Простил я тебя.

— Правда? — она сделала шаг ближе, но увидела мой предупреждающий недобрый взгляд и остановилась на расстоянии.

— Да. Дана, ты мать моего сына, больше ролей для тебя в моей жизни нет. Всё. История закончилась. Ты долго меня ещё будешь преследовать? Мы с тобой уже полтора года в разводе.

Она всё же осмелилась шагнуть ещё ближе и заглянула смело в глаза своими яркими изумрудами. Всё такая же красивая, стерва. Но её очарование больше не действует на меня.

— Мэтт, я ошиблась. Ну дай мне шанс всё исправить. У нас с тобой сын, мы ведь были семьёй столько лет. Неужели это всё ничего не значит? Давай попробуем ещё раз. Я скучаю по тебе, Мэтт.

Она протянула руки и коснулась лица, а потом попыталась поцеловать меня. Но кроме негатива ничего во мне не вызвала.

— Так, Дана. Прекрати, — отодвинул её от себя. — Мы никогда не будем с тобой вместе. Ты умерла для меня в тот день, когда совершила эту «ошибку». Это не ошибка, а предательство, и такие вещи я не намерен прощать. Любовь в один миг исчезла. Ты убила её. Поэтому теперь обижайся только на себя и дай мне жить спокойно. Не манипулируй ребёнком. Иначе я найду способ, как его у тебя забрать совсем. Ты поняла?

Из глаз Даны ушла уверенность в себе и появился страх. Она-то меня изучила за шесть лет брака и знает, что мои связи легко лишат её прав, если я дам делу ход.

— Не надо, Мэтт. Не отнимай Роберта.

— Я и не собирался. Но избавиться от тебя иначе я не могу — сын нас связывает.

Наклонился к ней ближе:

— Избавь меня от себя, Дана. Или я сделаю это за тебя.

Рыжая поджала губы.

— Ты не изменился. Всё такой же гад.

— Взаимно, дорогая. Я надеюсь, на этом всё?

Развернулся и уже хотел выйти, как услышал в спину:

— Я не верю, что ты больше меня не любишь. Ты даже жениться не можешь нормально и привёл в дом фальшивку. Я ведь в курсе, что ты получил должность генерального директора, а для этого нужно быть женатым. Ты не любишь её, я знаю.

Конечно, не люблю. Я Екатерину знаю всего ничего. Но Дане об этом знать необязательно. Медленно обернулся к ней и спокойно ответил:

— Почему же? Кэти мне нравится. И она будет моей женой. А ты — всего лишь прошлое. Смирись с этим. Так всем будет проще. Спокойной ночи.

Больше не стал слушать, что она там лопочет вслед, и ушёл. Спать хочу дико, завтра ещё праздник вечером, на котором я буду уже официально генеральным директором, а не всего лишь И.О., как сейчас — никакого отдыха, ещё эта стерва нервы мотает. Как я мог её любить, не понимаю?

Дана действительно меня преследовала после расставания. Хотела всё вернуть, не могла смириться с тем, что я с ней порвал, и разводом занимался мой адвокат без меня лично. Бесилась, угрожала, потом успокоилась. Но если нам удавалось пересечься — она тут же снова пыталась меня соблазнить. Только это бесполезно уже.

Сегодня меня особенно это раздражало, и я опустился до шантажа. Ребёнка я бы никогда не забрал. Какая бы она ни была плохая жена, мать Дана замечательная. Она любит Роба, и кто я такой, чтобы отнимать у него маму? Враг я, что ли, сыну? Но напугать эту стерву давно пора. Совершенно не желаю, чтобы она ещё и на Кэти оскалилась. Она может. Начнёт её травить, а Старшова тут ни при чём совершенно. Её роль — играть мою невесту, а не отбиваться от когтистых лап моей бывшей, которая никак не свыкнется со своим положением выкинутой вещи. Впрочем, она виновата в этом лишь сама. Все вокруг знали, как я ей верил и был влюблён в огненную красавицу. Но сейчас ничто не ёкает больше в сердце. Я давно избавился от этой любви.

* * *

Вошёл в нашу с Кэт на сегодня спальню.

Слава Богу, тишина. В комнате полумрак, свет от экрана телевизора и тусклого ночника падал на кровать, давая рассмотреть силуэт спящей девушки. День был тяжёлый, и моя новая помощница видела уже десятый сон, судя по позе.

Скинул пиджак и пошёл в душ. Проходил мимо кровати и вдруг остановился. В спальне тепло, и Кэти отшвырнула от себя одеяло. Невольно стоял и разглядывал женское тело.

Она спит в моей рубашке? Чёрт, так красиво… Больше ничего не нашла для сна? Лучше бы она поискала ночнушку моей бабушки, так было бы куда спокойнее спать с ней в одной комнате, чем знать, что на ней моя рубашка.

Девушка лежала на боку. Даже в темноте отчётливо видно, что через тонкую светлую ткань проступают чёрные кружева её белья. Во сне, пока она ворочалась, ворот немного разъехался, показывая смуглое и бархатное на вид декольте, а на попе ткань вообще задралась, открывая мне не только нижнее бельё, но и бедро, которое ужасно захотелось смять пальцами…

О-о-ой, тьфу ты, о чём я думаю вообще?

Извини, Кэти, пусть лучше тебе будет жарко, чем я и мой “друг” не уснём до утра.

Накинул на неё одеяло по самое горло. От греха подальше.

Пока принимал контрастный душ, понял несколько вещей. Первое — нам ни в коем случае нельзя жить в одной комнате, иначе я помру от возбуждения. Второе — Кэти не стоит надевать мои рубашки. Причина? Да та же самая, по которой и первый пункт. Третье — Старшова в самом деле красивая чертовка, прямо маленькая Бейба. Давно меня так никто не будоражил, как она. Но я дал нам обоим понять, что ничего между нами быть не может, несмотря на протесты моего тела.

Я идиот? Зачем я её заставил выйти за меня? Не мог найти ту, на которую мне плевать? Ещё не было свадьбы, а у меня уже куда-то мозги уезжать начинают. Сам себе проблему нарисовал в виде девушки, которую, как выяснилось, я хочу, но на которую не имею права ни в каком смысле.

Ну, удачи тебе, Мэтт Донован, прожить эти полгода рядом с ней и не свихнуться.

После душа прошёл мимо кровати, стараясь не смотреть туда. Блин, не вышло, голова сама повернулась. Но на этот раз Кэт не стала скидывать одеяло, а всего лишь высунула пятки. Ну, пятки ещё пережить можно.

Сложил одежду в кресло и улёгся в свою «постель». Ну, ничего, мягко вроде бы. Молодец, Старшова, нормальное гнёздышко свила. Премию тебе дам за это.

Хотя нет, из-за тебя снова бессонница, потому что я не могу не думать о тебе в моей рубашке на кружевном белье, так что никакой премии!