Эпилог

Ниара и Ловуд оказались не единственными, чьи родовые способности “перепутались” еще при рождении. Когда Ловуд объявил, что именно сестра унаследовала семейный дар и в дальнейшем продолжит семейное дело, представительство Сандерс атаковали встревоженные матери, мечущие громы и молнии. Драконицы переживали, что их дочерям подадут дурной пример и забьют голову несбыточными мечтами. На нервничающих и озабоченных я натравила ир-ру Леону. Свекровь с огромнейшим энтузиазмом и свойственной ей бестактностью объясняла посетительницам, что никто на чужих дочерей не зарится, из семьи не уведет, и вообще невозможно дракона научить летать, если он привык лишь ползать.

И только шум немного улегся, как в Лондаре появились слухи о скором основании магической школы для девочек.

"Г нездовье избранных леди" открыло свои двери в роще Огрула уже через месяц. Планы маскировки школы под женский клуб по интересам провалились еще на взлете. Ара Исура была непреклонна, и о "Гнездовье" сразу заговорили как об элитном учебном заведении для особо одаренных дракониц. Как увидела заметку в "Лондарском вестнике", так от ужаса крылья и полетели. До родового особняка Суратаров добралась в одиночку, а потом пила вино и вникала, как именно Великая Ба собирается расширить мою идею. Попытка начать с малого рухнула на старте, а я месяц жила с ощущением балансирования на краю пропасти. Мало построить здание и найти учителей, ни одна школа не может состояться без учениц, но в день открытия двадцать дракониц прошли отбор и стали ученицами "Гнездовья избранных леди".

Рикард перестал быть Сандерсом за какие-то несколько дней. Его связь с родом угасла, зато он начал стремительно обзаводиться новыми. Боги первые узнают о появлении новых подопечных, вот и Рик теперь чувствовал, когда, где и при каких обстоятельствах бескрылый дракон полетел. Появление крыльев у тех, кто и не чаял подняться в небо, драконы Тарлонда провозгласили чудом, а Рикард Стремительный стал самым популярным драконом по обе стороны гор. Ему молились, в его честь воздвигали храмы, ему давали взятки, причем не только золотом и волшебными камнями...

— Рик, очнись! — В сердцах хлопнула по зеркальной поверхности, в которой отражалась золотая спальня бывшего мужа.

Золоченая кровать под тяжелым, расшитым золотым нитью балдахином, огромная сияющая люстра из бального зала, в котором как-то давали прием в честь Рика. Не удивилась бы, узнай, что в его туалете припрятан золотой унитаз. Запросы у новоявленного бога тоже были "золотые", а заметки о любовницах не сходили с первых полос драконьих вестников. Но сейчас ради разнообразия в кровати никого, кроме законного владельца, не наблюдалось.

Хлопнула по раме еще раз, и лежащее на золотом покрывале тело шевельнулось и простонало:

— Лиза, имей совесть. Я уснул только час назад. У главы клана синих драконов наследник полетел. Хорошо отметили.

Да, двукрылые сейчас появлялись и в Диких землях. Тем подобное счастье было без надобности, но от божественных даров не отвертишься. Куда с большим энтузиазмом дикие драконы восприняли возвращение магии.

— Где ты сейчас? В какой части Диких земель?

— На самом западе.

— А нужен мне в столице. У нас тут две девочки в Вольном городе взлетели. Родители готовят семейное торжество. Ждут почетного гостя.

— Не могу-у-у... — простонал бог поневоле. — Не могу я столько пить.

Бедняга. Прихода Рикарда Стремительного теперь ждали похлеще, чем Санта-Клауса. Но если у того был сезонный график работы, то у Рика круглогодичный и круглосуточный.

Усевшись на кровати в позе лотоса, Рик запустил пальцы в заметно отросшие волосы и выдохнул:

— Я так больше не могу, Лиз. Я же слышу их постоянно. Их радость, восторг, страх. А когда они прутся в эти проклятые храмы и обращаются напрямую, такое чувство, что в башке включается динамик. Вчера часа четыре мне описывали радости первого полета, а еще два ныли на тему, как же жить дальше. А мне, Лиз. Как мне жить дальше? Я родился нормальным драконом!

Нормальным? Тут я бы поспорила, но не в моих правилах добивать лежачих.

— А если тебе встретиться с Хрустальной?

— Видеть не могу эту стерву! — зло припечатал Рик. — Соратника она себе заиметь решила. А вот хрен ей! Пусть с Древним теперь... соратничает! В Лондаре буду завтра, как отосплюсь. Всё!

Зеркало погасло. Я же не спешила от него отходить. Рик меня беспокоил, причем настолько сильно, что я решилась на другой вызов.

Жизнь Огрула изменилась мало. Орочий шатер так вообще казался точной копией того, что до сих пор стоял на одинокой горе в сердце Лондара.

— Рад видел в добром здравии, Лиза Сандерс. — Орк улыбнулся и выпустил колечко дыма.

Я же отметила новые детали в его облике: серьги в ушах, позолоченные клыки и золотые бусины на неизменных шнурках.

— Надеюсь, ваш душевный покой такой же безмятежный, как и степной ветер.

— Наша жизнь — череда изменений. Одни видят новые возможности, другие — пепелище.

— Получается, произошедшее с Риком необратимо? Но это же нечестно! Вы у него даже не спросили! А если он не справится? Зачем Тарлонду еще один озлобленный и разочарованный в жизни бог?

— Рик выглядит разочарованным?

Я призадумалась.

Скорее, растерянным и злым. Рик не был мстительным по натуре, он никогда не бил в спину, а еще он был любопытным и открытым для всего нового...

— Хрустальная рискнула, когда сделала свой выбор. Она проиграла, но ее потеря — большая удача для Тарлонда. А вы, Лиза Сандерс, что думаете о своей новой жизни?

— Мне некогда ее анализировать. Всегда столько дел.

— Когда устанете бежать, приходите в степь. Тут хорошо. Спокойно. Попутного ветра и сильных крыльев. Помните, что нельзя изгнать того, чье сердце бьется для Тарлонда.

Зеркало потемнело. Я прислонилась лбом к прохладной поверхности. Вот и поговорили. Хоть бери и записывай, чтобы потом разгадывать ребусы. Ладно, по крайней мере, первородный в курсе проблем Рика и не считает, что новоявленный бог наломает дров.

— Ты сегодня рано, — тихо произнесла я и замерла, наслаждаясь приближением Андерса.

Он как раз опустился на лужайку перед копией представительства Сандерс, из которого теперь в небеса поднималась огненная башня. В Лондаре здание осталось без изменений, зато посмотреть на футуристическое чудо Сандерсов прилетали все столичные драконы.

Предвкушение порой слаще награды, но не с Андерсом. И все-таки я дождалась, пока он поднимется. Когда дракон шагнул в комнату, мое сердце уже стучало так быстро, словно я пробежала весь путь навстречу.

— В Вольном городе еще двое крылатых, — бросил он, а потом замер, жадно рассматривая, так, словно видел впервые.

Я часто ловила на себе его взгляд, поначалу дико смущалась, а потом подхватила эти правила игры. Вот и сейчас я смотрела на Андерса и чувствовала, как легкая тоска отступает. Его не было каких-то два дня, мы общались через зеркало по нескольку раз на день, чувствовали друг друга на расстоянии, но и этого теперь было мало.

Андерс очутился рядом, сжал мое лицо в ладонях и выдохнул в полураскрытые губы:

— Я тоже скучал. Не хочу тащить тебя в шахты. Особенно теперь...

Теперь? О чем это он?

Резкий звон разбитого стекла мало походил на обычный вызов. В следующий миг Андерс развернулся, закрывая собой от.

Древнего я узнала не сразу. Свежий воздух пошел змеелюду на пользу. Азарг похудел, заметно раздался в плечах и теперь походил на заклинателей камней, что приезжали в столицу. Я нарочно старалась не интересоваться судьбой этого бога, считая, что не стоит тревожить небезызвестное лихо, пока оно социализируется с себе подобными и никого не трогает. Но все равно узнала, что среди змеелюдов появился великий заклинатель. Азарг не стал называть себя новым богом, он пришел как равный, вот только возможностей у него было поболее, чем у соплеменников.

— Азарг, вижу, защита особняка Сандерсов нуждается в обновлении, — насмешливо бросил Андерс, но я уловила его страх.

— Успеешь, ар С-сандерс. У тебя будет много времени, чтобы переос-с-смыслить магичес-ские возможности с-своего рода. Лиза С-сандерс, крылатая и видящая. Первородные боги Тарлонда щедро одарили иномирную деву. Не будем отс-ступать от традиции. Я тоже одарю тебя. возвращением домой.

И изображение Азарга исчезло, а на его месте появился провал, в который меня начало затягивать. Андерс сориентировался мгновенно и подхватил на руки, прижал к груди так крепко, что перехватило дыхание.

— Не отпущу. Удержу, — прошептал он.

А в глубине провала появилось новое отражение. Теперь я видела дом, в котором выросла, знакомый на боли двор, и даже бабушки-соседки так же сидели на лавочках. Прежняя жизнь была совсем рядом, от нее меня отделяло всего несколько шагов. Я так хотела увидеть родителей, хотя бы на пару часов, убедиться, что с ними все в порядке.

— Ты скучаешь. Знаю, любимая. Но я не смогу тебя отпустить. Портал закроется, и ты повторишь судьбу Рика.

Рик.

Он не смог вернуться, потому что Странник наказал его за самонадеянность. Разорвал его связи с Тарлондом.

Всхлипнув, обняла Андерса за шею:

— Не надо. Не отпускай. Пусть облезет от злобы!

Темно-красную нить я заметила не сразу. Один ее конец оплетал мое запястье, а другой уходил в стену. Не удержалась, потянула на себя, и тут же сквозь стеклянную мозаику просунулась клыкастая морда хранительницы. Увидела меня, хитро шикнула и исчезла.

— Андерс, ты видишь?! — встрепенулась я.

— Наглую морду, которая и не попыталась залатать переход? Заметил! Ничего, сам справлюсь!

И зеркало задрожало, его рама покрылась алыми рунами и начала изгибаться. Андерс разрушал портал, созданный Азаргом.

— Постой! Разве ты не видишь? — Я сунула ему руку чуть ли не под нос. — Поводок! У нашей хранительницы появился поводок.

— Поводок? — Андерс переплел наши пальцы и поднес мою руку к губам. — Это не поводок, а связь. Твоя личная связь с особняком, с хранительницей, с Тарлондом.

— Крылья... Хрустальная подарила мне не просто леталки. А Странник помог увидеть эту связь. Стой! Что ты делаешь?

Я и до этого обнимала Андерса, а теперь и вовсе вцепилась как клещ. Зеркало затихло, погасли огненные знаки.

— Ты. Ты разрушил портал?

— Всего лишь перехватил контроль. Переходы, подобные этому, дорогого стоят. Древний оказал нам услугу. — Быстрый поцелуй в губы и неожиданное признание: — Хочу познакомиться с твоими родителями. Но боюсь, они пока не готовы к внезапной смене твоего супруга.

Значит, потом. Чуть позже. Мы обязательно придумаем, как рассказать моим родным о таинственных переменах в моей жизни. Главное, что теперь у меня была возможность не только отправиться домой, но и вернуться.

Андерс не выпускал меня из рук, пока защита вокруг особняка не была восстановлена, а потом отнес к кровати и бережно опустил на покрывало.

— Спасибо, — еле слышно произнёс он.

— За то, что согласилась подождать?

— За то, что боги даровали мне тебя.

По мне, так благодарить первородных Андерсу было не за что. Но если ему будет приятно, могу смотаться к Огрулу и сказать спасибо. Тем более что Мудрейший и так зазывал в гости.