Глава 23

— Тысяча?! — вылупила она глаза. — Ты… ты что же раньше-то не предупредил?!

— Ты не спрашивала, — невозмутимо произнёс Марвилл. — А, кстати, что бы это изменило? Согласилась бы лететь на драконе?

— Я бы, по крайней мере, взвесила все плюсы и минусы! А так мне просто не оставили выбора! — недовольно нахмурившись, Алина упёрла руки в бока и устремила взгляд куда-то в сторону. В груди медленно, но неотвратимо зарождался вулкан протеста.

Нет, ну, в том, что Герман с Владом не предупредили про тысячу километров, ничего удивительного нет — этих двои хлебом не корми, только дай возможность оставить их с графом наедине. Ишь как упорхнули, едва только она отказалась лететь! Но чёрно-чешуйчатый мог бы и сказать правду. Просто обязан был сообщить! Или он думает, что такими вот недомолвками укрепит их чёртову связь? Нет уж, ваше наивное сиятельство, зря вы так считаете!

— Можно узнать, какие ты видишь минусы в поездке со мной на мотоцикле? — вопросительно вскинув бровь, поинтересовался граф.

Вот уж чего-чего, а минусов тут хватает.

— Во-первых, меня не прельщает перспектива целые сутки ехать с тобой в обнимку, — честно начала перечислять Алина, загибая мизинец. — Мы не договаривались на столь тесный тактильный контакт.

— В прошлый раз ты отлично держалась за спинку сидения, — попытался парировать Марвилл.

— Но не тысячу же километров! — всплеснула девушка руками. — Кстати, если ты не в курсе, это очень неудобно.

— Не в курсе, но догадываюсь.

— Во-вторых, — Алина загнула следующий палец, — я не хочу ночевать в лесу.

— Мы остановимся на постоялом дворе, — успокоил её Марвилл.

— С пьяными мужиками в трапезной и клопами в постели? Спасибо, именно этого мне и не хватало.

— Нет, двор достаточно цивилизованный. Оборотни уже столько раз там ночевали.

— Если обманываешь, булава… — девушка растерянно оглянулась. А булава-то с драконом улетела! Чёрт! — Ну а в-третьих, — поморщилась она, — я отсижу себе задницу!

— Ты сама отказалась лететь на Владе, — ткнул ей граф. — Через пару часов были бы уже в Альгарде.

С минуту они молчали. Царапающее душу осознание, что всё решают за неё, упорно не хотело отпускать. Раздражали и двое оборотней, и этот, молчаливо с ними согласившийся.

— А если бензина не хватит? — решила вернуться она к практической стороне дела.

— Хватит, — со всей уверенностью заявил Марвилл. — Влад просто не мог покинуть Землю, не залив до краёв бак и пару канистр.

— Слушай, а может, они нам навстречу карету вышлют? — мечтательным тоном спросила Алина.

— Надеяться на это тебе ничто не мешает, — уклончиво ответил чешуйчатый паразит.

Да, похоже, никакой кареты не будет. Размечталась она напрасно.

— Кстати, мы едем или и дальше будем препираться? — ироничным тоном поинтересовался Марвилл.

Действительно, если что, препираться можно и потом. На постоялом дворе, например.

— Едем, — вздохнула она и обречённо побрела к мотоциклу.

***

Они мчались уже шесть часов. До «мотеля», по словам Марвилла, было рукой подать.

Всю дорогу Алина смотрела по сторонам. Ну не в спину же графу пялится.

Алавар мало чем отличался от европейской части России: такие же просторы, луга, поля, леса. Иногда попадались деревушки. Здесь можно было заметить отличия — жилища больше напоминали аккуратные европейские домики, нежели классические русские избы с резными наличниками.

Вот только она не понимала, почему в этом милом «фэнтезийном Средневековье» никто не обращает внимания на их отнюдь не средневековый вид транспорта.

Задала вопрос Марвиллу.

Тот пояснил, что ставит полог отвода глаз.

Видимо, и «отвода ушей» тоже. Поскольку рёва мотоцикла никто также будто бы и не слышал.

Постоялый двор встретил их негостеприимно — в наличии имелась всего лишь одна свободная комната… с единственной кроватью!

Ну вот как это так?! Не успела шагнуть на Интарру, как неприятности буквально друг за другом посыпались на голову. Что ж дальше-то будет!

Вообще у Алины зародилось подозрение, что Влад с Германом залетали сюда и, собрав в округе жителей, расселили их по комнатам с таким расчётом, чтобы свободной осталась только одна. Возможно, по приказу короля из неё вынесли вторую кровать.

Нет, если эта парочка целый месяц будет маячить в её поле зрения, у графа имеются все шансы остаться холостым. Всему есть предел, и её терпению тоже.

Но вроде бы говорили, что Влад с Германом живут в столице, то есть не в Альгарде. Что, правда, не отменяет кучи торчащих в замке родственников, которые спят и видят себя в драконьей ипостаси! Как пить дать, и с их стороны нужно ждать провокаций.

Вот только она-то уж явно не собиралась обзаводиться чудовищем внутри себя. Поэтому никакого лишнего усиления этой проклятой связи истинных! Влад вон не успел жениться, как уже драконом стал. Но ему-то, полуволку, может, и всё равно — одна зверушка в голове или две. А ей такого «счастья» точно не надо!

Марвилл, конечно, достоин уважения, что обрекает себя на этот кошмар ради брата. А вот её задача — вовремя смыться отсюда, пока чешуйчатая зверюга не успела зародиться и в ней. Она о раздвоении личности никогда не мечтала. Особенно о раздвоении на человеческую и звериную сущности. Это, пожалуй, даже похуже сумасшествия будет!

Продолжая негодовать по поводу чужого вмешательства со всех сторон, поднялась в «номер». Остановилась напротив недоразумения, определённо рассчитанного на одного человека и, скрестив руки на груди, застыла немым недовольством.

Марвилл, которого спальный интерьер «номера» отнюдь не смущал, подошёл и встал рядом.

— Если бы сейчас мы были на Земле и нас сфотографировали, — мрачно проговорила девушка, — газеты заработали бы миллионы на этой фотографии. Она бы называлась «Граф и его невеста потрясены размерами любовного ложа».

— Алина, титул графа не даёт мне права требовать комнату в ущерб другим постояльцам, — сказал Марвилл.

— Я не прошу тебя этого делать, — пробурчала она. — Просто хочу, чтобы ты поведал, как тебе представляется наша сегодняшняя ночёвка.

— Ты много места не займёшь, — улыбнулся мужчина. — А я посплю на боку.

— На моём?

— Прекрати строить из себя откормленного поросёнка! — начал закипать граф.

— Как ты меня назвал?! — взъярилась Алина.

— Вредным откормленным поросёнком, который боится, что не поместится на половине кровати! — тихо прорычал наглец.

— Ну, тогда я пойду спать в конюшню! Судя по всему, мне самое место среди животины! — девушка резко развернулась. Она не то, что на одной кровати — в одной комнате не будет с ним ночевать!

Однако Марвилл нагнал её и перегородил собой дверь.

— Я вредный поросёнок. Пусти, — потребовала Алина.

— Далеко собралась? — с издевательской улыбкой поинтересовался он.

— Мне что, запрещено покидать комнату?! — возмутилась девушка. — Семейная тирания уже началась?

— Какая, к демонам, тирания? — чешуйчатый впился в неё укоряющим взглядом. — Я просто хочу, чтобы ты не убегала неизвестно куда после каждой моей шутки, пусть даже не самой удачной.

— Нет, пошутила я, — возразила Алина. — А ты тут же начал оскорблять.

С минуту они сверлили друг друга непримиримыми взглядами.

— Так и будешь дверь подпирать? — спросила наконец она.

Внутреннюю борьбу, бушевавшую в драконьей душе она чувствовала почти физически.

— Ладно, — выдохнул Марвилл. — Извини. Оскорблять тебя я не хотел. Но ты действительно переоцениваешь свои габариты, — он примирительно улыбнулся, вновь продемонстрировав во всей красе складочки на щеках. — Я тоже не привык к кроватям такого размера, но не прихожу в ужас от перспективы совместной ночёвки на ней.

— Ладно, — сдалась-таки девушка. — Только пообещай, что моя близость не разбудит в тебе драконьи инстинкты.

— У меня их нет, — возразил мужчина.

— Это ипостаси у тебя нет, — опровергла заявление Алина. — А инстинкты, уверена, на месте.

— Обещаю, что этой ночью тебя не потревожат никакие мои инстинкты, — клятвенно заверил он. — Если хочешь, я вообще сделаю вид, что тебя нет рядом.

— С этого и надо было начинать, — улыбнулась девушка. — И отойди наконец от двери. Удел быть птичкой в клетке раздражает меня гораздо сильнее, чем ночёвка на этой койке.

Граф отклеился от двери.

— Пойдём лучше поужинаем, — предложил он, закрывая предыдущую тему.

— Я надеюсь, вилка там будет не одна на двоих? — иронично уточнила она.

Марвилл рассмеялся.

— Убеждён, вилок у них больше чем комнат, — сказал он. — Кстати, я могу заказать еду прямо сюда.

— Нет-нет, — замотала головой Алина. — Хочу проникнуться трактирной атмосферой.

А заодно и с тобой наедине лишний раз не оставаться, — додумала уже про себя.

Они спустились в трапезный зал и заняли место за одним из немногих пустующих столиков. Заказали жареную телятину с тушёными овощами на гарнир. К этому прилагалось несколько ломтей свежего ароматного хлеба и кувшинчик ягодного морса.

— Вина? — предложил мужчина. — Говорят, оно здесь недурственное.

— Если недурственное, то не откажусь, — сказала Алина, обводя зал глазами.

Как и обещал Марвилл, здесь было довольно прилично. Чистые скатерти, опрятные посетители, которые чинно ели, иногда негромко переговариваясь. Никаких тебе шумных компаний и спящих прямо за столом пьяных забулдыг.

Официант, румяный парнишка лет семнадцати, принёс графин с вином и два металлических бокала. Хотел наполнить их, но граф остановил его, сказав, что сам это сделает.

Типа ухаживаем? Ну-ну.

— За твой первый день на Интарре в своём теле, — произнёс Марвилл, поднимая бокал.

— Это тело за семь часов поездки всё затекло, кстати, — заметила Алина, пригубив вина.

Ммм, вкусное какое вино! Мягкое, но при этом градус чувствуется. В меру сладкое, аромат восхитительный. Если такое подают на постоялом дворе, что же тогда пьют интаррийские аристократы?

— Завтра сделаем пару привалов, — пообещал граф.

— А в Альгард до темноты успеем? — забеспокоилась она.

— Должны.

— Ох, как я там высплюсь!.. — протянула Алина, уже сейчас уверенная, что к сегодняшней ночи этот глагол не применим никоим образом. — Кстати, когда у нас роспись?

— Что? — не понял Марвилл.

— Ну, в смысле свадьба.

— Ах, свадьба. Дня через два-три после нашего приезда в Альгард.

— Зачем так тянуть? — насторожилась девушка.

— Портные должны тебя обмерить и сшить платье.

— Платье? — удивилась Алина. — Знаешь… у меня противоречивые чувства. С одной стороны, это здорово — какая девушка не мечтает о красивом свадебном наряде. Но с другой — наличие платья делает процесс… настоящим, что ли. Зачем это мне?

— Тебе, может быть, и незачем, — Марвилл посмотрел на неё выразительным и слегка печальным взглядом. Потом на мгновение прикрыл глаза. — Но, думаю, это моя первая и последняя свадьба. И я хочу в этот день видеть свою невесту в платье. Не настаиваю, но прошу — не отказывайся от него. Пожалуйста.

Признание тронуло Алину. Оно так обречённо прозвучало, что отказать она просто не могла. Пускай это будет её графу свадебный подарок.

— Хорошо, дождёмся платья, — с улыбкой кивнула она. — В принципе, я не против и небольшого фуршета.

— Он обязательно будет, — оживился граф и налил ещё вина.

В трапезном зале они просидели до десяти. В «номере»-то всё равно заняться нечем, а тут жизнь кипит — хоть не так скучно.

Доведя Алину до комнаты, Марвилл куда-то ушёл, пообещав скоро вернуться.

Пока его не было, девушка тщательно обследовала постель, желая лично удостовериться в отсутствии там клопов и прочей живности. Не то, чтобы она не верила графу, но убедиться сочла необходимым. Ни фауны, ни следов её пребывания не обнаружила.

Вскоре вернулся Марвилл… с подушкой! Молодец какой, раздобыл где-то. А то, действительно, если на кровати ещё как-то можно уместиться, то на одной подушке…

— И вот ещё, — он протянул ей аккуратно сложенную белоснежную ночную сорочку.

— О, спасибо! — обрадовалась Алина. Её-то ночнушка вместе с булавой улетела!

Нет, всё-таки прыть, с которой Герман взбежал по драконьему крылу с её сумкой в руках была просто возмутительной. Мало ли какие вещи ей могли потребоваться. А они ей не то что переложить их в рюкзачок — даже подумать об этом не дали!

— Давай спать что ли, — предложил Марвилл.

— Мне нужно переодеться, — сказала Алина. — Отвернись.

— Я могу выйти, если хочешь.

— Мне всё равно — главное, чтобы не смотрел.

Граф предпочёл отвернуться.

Алина разделась до нижнего белья, облачилась в ночнушку, оказавшуюся чуть большего (хорошо, что не наоборот) размера, чем нужно, и нырнула под одеяло, заняв половину кровати с краю.

А Марвилл, недолго думая, расстелил на полу свою куртку, положил на неё подушку и, погасив свечи, улёгся на своё импровизированное ложе.