Глава 46

Я вложила кисть в широкую горячую ладонь мужчины, и Роберт провёл большим пальцем по моему брачному кольцу. Оно было массивным и сверкало в лучах сотни огней бального зала.

Я внезапно ощутила тяжесть кольца и свою несомненную принадлежность мужчине, который надел его мне на палец во время брачной церемонии.

Роберт притянул меня и крепко прижал к своему телу, обняв за талию. Наши лица оказались друг напротив друга. Близкие губы дракона, суровые. Мужественные изгибы морщинок — он волновал меня всем собой, и я хмелела от одного его взгляда. А от его аромата, терпко-сладкого вереска, вовсе сходила с ума.

— Лер-р-ра, — опасно пророкотал Роберт, ведя меня в танце. — Что ты делаешь? Тебе не жалко бедного Габриэла?

— Очень жалко.

— Ещё немного, и я вызвал бы его на дуэль, — строго произнёс дракон.

— Жаль, что нет женских дуэлей. Я бы тоже кое-кого вызвала, — рвано выдохнула я.

Роберт прижал меня к себе теснее, хотя теснее уже было некуда. И я ощутила его твёрдое желание под тканью брюк. Он сделал шумный вдох, упираясь в меня бёдрами.

— Ты знаешь, что я только твой. А ты моя!

— Что ты делал с Констанс? Вы так глядели друг на друга...

— Мы разговаривали. С сегодняшнего дня Камилла наша с тобой дочь, Лера, — сказал Роберт. — Констанс всё подписала.

Дольф отправился забрать девочку. Он переправит её в наш особняк.

— Как же ты сумел договориться с ней?

— Я поговорил честно и расставил всё на места. Не осталось никаких недоговорённостей, сомнений и надежд. Ни у кого из нас.

— Разговоры бывают разными. Вы стали близки сегодня, я заметила.

— Впервые за долгие годы знакомства мы с Констанс поняли друг друга. Ты ещё ревнуешь, Лера?

— Очень, Роберт. Очень ревную. Я одна хочу быть близка тебе.

— Ты стала мне ближе всех, когда заволновалась о моём сердце. О моём доме. О моей семье и стране... да, я помню, как ты учила меня быть понимающим с адептами. Я послушался тебя, — дракон осторожно обнял меня. — А теперь я бешусь, что ты танцуешь с лордом Хаммером, я не хочу, чтобы ты тратила свой свет, своё сияние, на других, мне мало тебя самому!

Роберт снова упёрся в меня бёдрами, давая понять, насколько он во мне нуждается. Глаза его темнели и полыхали страстью.

— Поедем домой? — прошептала я возле его губ.

— ДА-а-а... — пророкотал Роберт, целуя меня влажно и сладко на глазах королей, генералов и вельможный гостей.

Наше дыхание срывалось от силы желания.

Мы стояли в центре зала, и все глядели на нас, самую красивую пару в зале, а мы глядели лишь друг на друга.

— Но сперва я хочу, чтобы ты увидела мой подарок, душа моя, я приготовил для тебя небольшую радость, — сказал дракон.

Мы дотанцевали танец, и Роберт предложил гостям выйти на балкон. За окнами уже стояла глубокая ночь. Вдруг небо озарилось яркими огнями фейерверков прямо над дворцовым парком.

Золотистые змеи расчертили небо.

Гости заликовали.

— Как красиво, Роберт! — улыбнулась я.

Отгремело по меньшей мере пятьдесят залпов, небо наполнилось светом и искрами. Последние сияющие ленты вычертили на небе наши имена, обрамлённые в сердце: “Роберт и Валерия”.

Короли Леонгард и Реймар скользнули задумчивыми взглядами по нам с Робертом.

Фейерверк видела вся столица, тысячи людей, и теперь все знали, кто настоящая любовь короля Роберта. Сложно даже самому высокопоставленному суду оспорить то, что для всех является истиной.

— Спасибо, дорогой, — я поцеловала Роберта в щёку.

Мы переместились домой, в столичный особняк дракона. Камилла была уже дома. Девочки ещё не спали, радостные воссоединению, и мы вместе, словно большая семья, просидели за разговорами ещё около часа. Роберт был очень нежен с Камиллой и сам уложил её спать. Я стояла на пороге детской спальни и наблюдала за ними, поглаживая сидящего на моих руках Светлячка.

— Бабушка просила дать ей возможность меня навещать, — проговорила Камилла.

— Конечно, я разрешу ей, она милая женщина.

— Значит, она мне двоюродная бабушка, а на самом деле ты мой настоящий папа?

— Да, документы были составлены неверно, сейчас мы всё исправили: я твой отец. А леди Валерия твоя мама. И завтра нас с тобой ждёт ритуал, я привяжу тебя к своему роду и поделюсь силой. Ты будешь моей единственной и самой любимой наследницей.

— У тебя больше не будет детей? — вскинула бровки Камилла.

— Посмотрим, — глухо отозвался Роберт.

Я услышала в его голосе глубокую печаль, и у меня с новой силой заныло сердце, когда я вспомнила о предложении Эскорта.

— Ну всё, спи, дочка, — Роберт поцеловал Камиллу в лоб и поднялся от её кровати. — Душа моя, — Роберт подошёл и приобнял меня за талию, поглядев в глаза, — я свожу Анхора во двор и скоро вернусь.

— Роберт, скажи мне, — ухватила его за борт фрака, — если бы перед тобой встал выбор, отказаться от титула императора в обмен на возможность иметь со мной ребёнка, ты бы согласился?

Дракон провёл кончиками пальцев по моей щеке и внимательно поглядел в глаза.

— В каком мире будут жить мои дети, если я соглашусь на такой выбор, м? — пророкотал он.

Взяв за ошейник Анхора, который нетерпеливо тянул хозяина на прогулку, Роберт подошёл к двери и остановился у порога.

— Лера, я бы ещё немного выпил, когда вернусь. День был непростым, хочу побыть с тобой и расслабиться.

— Конечно. Я налью тебе вина. Жду тебя, Роберт.