Глава 19

Но, бросив старый метод,

Испорченный весьма,

За кубок страсти этот

Взялась она сама.

И подняла в томленьи

Сверх всяческих программ

Тот кубок наслажденья

К пылающим губам.

Маркиз всем этим очень

Был изумлен тогда

И вскрикнул озабочен:

«Позвольте, не туда!»

В ответ нежнейшей скрипкой

Хихикнула она

И выпила с улыбкой

По капле все до дна.

Николай Агнивцев. «Похождения маркиза Гильом де Рошефора»

Судя по сопению за спиной, муж ситуации не обрадовался. Света тяжело вздохнула про себя. Похоже, придется вставать и все-таки отдавать этот дурацкий супружеский долг, чтоб его! Ее всю жизнь учили, что старших надо уважать, а муж старше, как ни крути.

Света уже повернулась лицом к супругу, собиралась подниматься, распахивать свои объятия ему навстречу, когда за стеной раздались перепуганные крики, в основном женские.

Муж выругался, на этот раз — спокойно и как-то обречено, без малейших эмоций, как будто не ждал от жизни ничего хорошего и смирился со всеми ее «сюрпризами».

В коридор выглянули оба. Несколько служанок носились туда-обратно, бестолково визжали, размахивали руками. Возле одной из комнат, неподалеку от спальни Светы, толпились мужчины.

— Посол, — муж повернулся к Свете, требовательно на нее посмотрел, — там живет посол.

— И? — не поняла Света и тут же пошутила. — Я его не убивала, честное слово.

Муж дернулся, прошипел под нос что-то нецензурное, дернулся снова, только теперь уже в другую сторону, и решительно зашагал к послу. Света хвостиком увязалась следом. Ну и пусть она в ночнушке. Тело закрыто с головы до пят. В крайнем случае предъявит претензии, что буйный сосед спать мешает.

Получив пару раз по затылку лапами от сатров, Дарий вспомнил о необходимости быть сдержанным. В спальню посла он входил уже спокойным, хотя бы внешне, но все же.

Лорианель дорт Лортерский лежал в кресле, высоком и широком, практически полностью утонув в нем. Бледный, тяжело дышавший, он напоминал Дарию росса, объевшегося сена, политого гномьим самогоном. У некоторых конюхов бытовала такая шутка: они подливали в стойла россам гномий самогон, наблюдали, как животные наедаются и вместе с тем пьянеют, а затем как можно быстрей делали ноги — пьяный росс мог разнести конюшню за пару минут. Посол был похож на одного такого росса, вот только, похоже, сил на то, чтобы разнести что-либо, у него не осталось.

— Что произошло? — задал Дарий необходимый вопрос, осматриваясь и стараясь не думать о жене, практически дышавшей в спину. Не до нее сейчас.

— Похоже на отравление, ваше величество, — задумчиво ответил лекарь, стоявший у кресла вместе с одним из своих учеников, парнишкой из эльфов. — Только не пойму, чем именно.

— Давно отравили?

— Во время обеда…

— Суп, — уверенно влезла жена, и Дарий сжал зубы, чтобы не выматериться из-за ее вмешательства. — Остальное мы ели вместе, и я все еще жива. А суп был слишком перченый и соленый!

«Сатры», — напомнил себе Дарий, глубоко вдохнул и взглянул на лекаря.

— Жить будет, ваше величество, — понял тот его взгляд.

— Герман, — повернулся Дарий к другу, стоявшему неподалеку, — займись этим делом.

Получив кивок, Дарий обратился к чересчур наглой супруге:

— Ваше высочество, прошу идти за мной.

Ему казалось, что все, кто находился в комнате посла, смеялись у него за спиной. Впрочем, Герман твердил, что Дарий обладал способностью замечать то, чего не существует в действительности.

— Рассказывай, — приказал муж, едва они вошли в спальню Светы, — что именно вы оба ели, о чем говорили. Все рассказывай.

Света плюхнулась на постель, оперлась спиной о подушки, дернула плечом.

— Посла вашего дома совсем не кормят? Такую гадость с аппетитом есть. Я едва попробовала, чуть не умерла от количества перца. Что ели… Кроме супа, мясной и овощной салаты, серого вида сладковатую кашу. Нарезки еще были — три вида мяса. Ну, и сладкий компот. А мы что, сексом сегодня заниматься не будем? Вы передумали?

И она усиленно затрепетала ресничками. Мужа перекосило.

— Потом, — резко ответил он. — Ты хоть понимаешь, что могли пытаться убить совсем не посла?! В моем дворце какой-то идиот травит мою жену! Найду — собственноручно шею сверну!

— Так среди любовниц своих поищите, — посоветовала Света. — Что? Ладно, пусть «возможных любовниц». Так лучше? Кто там хотел в вашу постель залезть? Полдвора, наверное, и то, потому что вторые полдвора — мужики?

Муж выругался, дернулся, тихонько зарычал, снова дернулся.

— За что?! Боги, ну за что?! — то ли прошипел, то ли прорычал он. — Да спокоен я! Угомони своих защитников!

Света подавила желание покрутить пальцем у виска. Сам ведет себя, как будто на него падучая напала, но при этом приплетает непонятных защитников…

— Пушок, Барсик? — дошло до нее. — Это вы, что ли, деретесь? Фу. Бросьте каку. Еще отравитесь.

Дверь хлопнула с той стороны. Муж позорно бежал с поля боя.