Глава 20

Придя немного в чувство

От сладостных истом,

Над тайною распутства

Задумался Гильом.

Но очень любопытен,

Сконфузившись слегка,

Решился сам испить он

Любовь из родника.

И слушай же, прохожий,

По образу Нинон

К истоку страсти тоже

Прильнул губами он.

И слились в позе сладкой

В одну из цифр, в какой

Шестерка и девятка

Имеют смысл иной.

Николай Агнивцев. «Похождения маркиза Гильом де Рошефора»

Отправив Германа работать с подозреваемыми, Дарий решил выспаться. Последние несколько суток оказались для него чересчур тяжелыми и нервными, а потому, вместо очередной тренировки в оружейном зале или пьянки в обнимку с бочонками, следовало завалиться спать и привести нервы в относительный порядок.

Многострадальный организм с хозяином поспешно согласился, и скоро уже Дарий храпел в постели. Никаких снов ему не снилось, проснулся он утром, бодрый и довольный жизнью.

«Если тебе хорошо более трех минут, значит, скоро станет очень плохо», — утверждала одна из любимых пословиц гномов. Женившись, Дарий вспоминал ее практически постоянно. Вот и теперь, лежа в кровати, он настороженно прислушивался к чересчур ненормальной тишине вокруг. Что-то явно было не так, как он привык. И с этим «что-то» следовало разобраться как можно скорее.

Голый, он вылез из постели, зевнул, потянулся, снова зевнул и вызвал слуг. Никто не появился. Дарий нахмурился, повторил вызов. Снова никого. Цедя сквозь зубы нецензурные выражения троллей и гоблинов, Дарий натянул шорты, причесался ладонью и вышел в коридор. Его встретила мертвая тишина.

Дарий решительно направился в сторону спальни любимой супруги. Сначала нужно было проверить этот вечный источник раздражения и только потом думать, что делать дальше.

Жена сидела на кровати с растерянным видом. Растрепанная, сонная, с сатрами по бокам, она удивленно вскинула брови при виде Дария:

— О! Кто-то живой тут все же есть. Вас тоже все игнорят?

Слово «игнорят» Дарий не понял, но о смысле догадался и нахмурился еще сильней: получалось, проблема не в жене.

На этот раз Света спала без снов. Выпив перед сном стакан париша, местного кефира, чуть сладковатого на вкус, она завалилась в кровать с котятами под боком. Хотя котятами этих кабанчиков называть уже было нельзя. С каждым днем они росли все больше и сейчас напоминали беременного мейн-куна.

Проснулась Света от тишины. Отсутствие звуков давило на нервную систему, и Света нарочно пофыркала вслух, чтобы убедиться, что не оглохла.

— И что это означает? — обратилась она к котятам, когда обычно расторопные служанки на этот раз проигнорировали ее вызов.

Выйдя в коридор, она осмотрелась: никого.

— Прелестно, просто прелестно, — вернувшись в постель, Света раздумывала над возможность переодеться и прогуляться куда-нибудь, хотя бы в кухню, когда дверь распахнулась и на пороге появился недовольный муж. — О! Кто-то живой тут все же есть. Вас тоже все игнорят?

— Мы с тобой не первый день женаты, а ты все мне «выкаешь», — последовал нелогичный ответ.

Раздраженный муж повернулся и зашагал к двери. Света соскочила с кровати и снова, как и вчера вечером, отправилась за ним. Не куковать же в комнате, когда вокруг столько загадок.

Муж скосил на нее глаза, но возражать не стал. Так и вышли в коридор: муж, Света и котята.

— Мы с вами никак до близости не дойдем, — ответила на претензию Света. — Что ж мне тыкать, если мы не знакомы толком.

Мужу ответ не понравился: глаза сощурились. Но говорить гадости он не стал, видно, помнил о котятах.

В коридоре было все так же пустынно. Вопреки ожиданиям Светы, муж не стал ломиться в закрытые спальни, а сразу отправился вниз, к слугам. Шаги их четверки гулко отдавались в тишине, прямо как в дешевом фильме ужасов. Света изредка ежилась от напряжения, смешанного со страхом, и надеялась, что муж и котята смогут в случае чего защитить ее тушку.

Идти молча было не только боязно, но и скучно. Чтобы хоть как-то развлечься, Света задала давно интересовавший ее вопрос:

— Раз вы дракон, получается, и оборачиваться умеете? И летать?

— Естественно, — самодовольно фыркнул шедший на полшага вперед муж.

— О! — оживилась Света. — Может, вы меня тогда покатаете? Всегда мечтала полетать на драконах.

Они как раз вышли к лестнице, муж споткнулся и покатился бы кубарем вниз, если бы не успел ухватиться за перила.

Счет к богам и предкам рос с каждой секундой. Мало того, что эта дура до сих пор ему «выкала», потому что они, видите ли, еще не переспали, так теперь она еще и выводила его из себя тупыми вопросами. Если бы не сатры рядом, он давно дал бы ей понять, кто здесь хозяин! Покатает! Он! Ее! Нашла ездового росса!

Дарий споткнулся от такого нахального предложения и чуть не упал с высокой крутой лестницы, которая вела в предназначенную для слуг часть дворца. Благо вовремя ухватился за перила. Он! Ее! Покатает!

Сдерживая раздражение, он бросил через плечо:

— Я тебе не ездовой росс!

— Я знаю, — последовал ответ, — но ведь в книгах драконы катают седоков. Не злитесь.

Он не злился. Он был просто в бешенстве, но эмоции приходилось сдерживать из-за насторожившихся сатров.

— Сожги те книги, — прошипел он сквозь зубы и начал аккуратно спускаться по лестнице.

Книги! В этом мире таких книг быть не могло. Здесь драконов и уважали, и боялись. Значит, получается, речь идет о книгах ее бывшего мира. Поэтому она такая дерзкая. Дурацких книг начиталась.

Спуск прошел успешно. Минут через пять все четверо заходили в кухню.

Как и ожидал Дарий, помещение было набито существами, зашедшими сюда отдохнуть после рабочего дня. Повар стоял у плиты, служанки расселись по лавкам и стульям, слуги сгрудились у окна. Все они замерли статуями самим себе.

— Что это с ним? — недоуменно спросила сзади личная головная боль Дария.

— Стазис, — ответил он, внимательно осматривая комнату, — их кто-то погрузил в стазис. Понять бы еще, кто.

— Остальных во дворце тоже… того… в стазис?

Дарий кивнул.

— А мы с вами почему не в стазисе?

— На меня магия не действует, даже такая сильная. Тебя охраняют сатры.

Дарий развернулся и вышел из кухни. Искать злоумышленника, судя по всему, следовало в другом месте.