Глава 27

Призвав тёмную силу, я шёл по магическому следу Лерэйн, уходящему всё дальше от крепости. Созданная нашими стихийными магами горная цепь поднималась по правую руку, касаясь вершинами облаков. По левую – неспешно накатывали на берег морские волны, несущие на гребнях белые барашки пены. Временами из толщи воды выпрыгивали шустрые рыбки Маури, с плавниками похожими на паруса. Но как бы я ни прислушивался, как бы ни приглядывался, ничего другого увидеть и услышать не смог, хотя знал, что под толщей воды скрыт целый удивительный мир. Слух улавливал лишь тихий шелест волн, набегавших на берег, да резкие крики птиц, облюбовавших эти места под гнёздовья. Море не желало открывать мне свои тайны. Мечта детства так и осталась всего лишь мечтой, далёкой и недосягаемой. Когда-то давно я читал легенду о воине, способном слышать, чувствовать, видеть и разговаривать с самыми древними стихийными элементалями природы, живущими на этой планете с начала времён, и которые могли поведать тайны мироздания. Воина называли Слышащим. И в глубине души все эти годы я надеялся, что стану таким, как он, поскольку по ночам мне часто снились сны, где я видел сущностей стихий. Но стоило проснуться, как реальность обрушивалась штормовой волной, возвращая из царства грёз на бренную землю. Мог ли я стать Слышащим? Да, ведь в императорской семье, к которой я принадлежу, получить редкие способности было не в диковинку. Но годы шли, сила росла, а чувствовать природу я лучше не стал. Хотя редкий дар всё же проявился, правда, не тот, о котором мечтал. Во мне пробудилась тёмная сила, благодаря которой я мог видеть духов. Что ж, доступ к древним знаниям я получил, правда, не тем способом, о котором мечтал. Но пути Великого дракона неисповедимы. Если во мне раскрылся именно этот дар, проявились эти силы, значит, так было нужно судьбе. Остаётся только принять подарок. Что, в общем-то, я и сделал, нисколько об этом не жалея. Но иногда, вот как сейчас, например, тоска об утраченной мечте сжимала грудь, напоминая о далёком детстве, когда я жил беззаботной жизнью, даже не подозревая, насколько жесток окружающий мир. К слову сказать, повзрослеть мне пришлось рано. И всё благодаря алчности отца и его любви к власти. В юности я был философом и мечтал о спокойной жизни в поместье, а вместо этого стал командором стражей. Не я выбрал путь воина, но он выбрал меня, сделав жёстче и черствее душой. Впрочем, один существенный плюс во всём этом имелся – я оказался вне власти отца, которого не мог простить за то, что он ставил эксперименты над мамой. Она не была его истинной и не могла подарить физически сильных и магически одарённых детей. А отец оказался слишком эгоистичным, чтобы принять это как должное. Что могу сказать, в моём случае опыт удался. Всю беременность лорд Фьёрнберн накачивал жену и, соответственно меня, энергией через древний человеческий артефакт тёмного Ордена. Его последователи были нашими врагами. Но именно благодаря их талантам я появился на свет. Вот только на мне отцовское везение и закончилось. Великий Дракон не простил ему вмешательство в божественные процессы, и последующие попытки родить наследников, оказались обречены на провал. Здоровье матери было подорвано. Но разве отца это волновало? Нисколько. Он раз за разом пытался повторить свой успех. И я не мог на это больше смотреть, и помешать никак не мог. Чувство бессилия сжигало изнутри. Поэтому когда получил предложение от императора возглавить крепость, тут же согласился. Задумавшись о прошлом, я не прекращал контролировать настоящее, прислушиваясь к голосам духов, круживших вокруг. Да, стоило только прибегнуть к тёмному дару, как рядом появлялись они, выныривая из-за грани и скользя рядом незримыми тенями, холодными и безразличными ко всему. Контроль над ними давался нелегко, но по-другому найти Лерэйн я не мог. Магический след невооружённым глазом могли видеть только следопыты, подобные Эрхару. Мне же приходилось прибегать к более сложному и энергозатратному способу. Но я не жаловался. Каждому своё. Скатившийся со склона камешек, упавший неподалёку, заставил насторожиться. Впереди между камнями показались алые крылья. Кажется, поиски завершены. Мелькнув яркой вспышкой, беглянка скрылась в одной из немногих прибрежных пещер. Я был уверен, что самое трудное позади. Слишком уверен. И эта излишняя самоуверенность вышла мне боком.