Глава 65

Осознание того, что отец собирается сделать, накрыло ледяной волной неконтролируемого ужаса. Я редко испытывал сильные эмоции. Ещё реже среди них проскальзывал страх. Но ужаса не чувствовал ещё никогда. Ровно до этой самой минуты. Будто откликаясь на мои эмоции, в груди запекло, опаляя жаром, который непостижимым образом смешивался с холодом тьмы, создавая странную боль, наполнявшую каждую клеточку тела. Меня будто распирало изнутри, словно некая сила бурлила в крови, ища выход наружу и не находя его. Но сейчас меня меньше всего волновало собственное самочувствие. – Остановись, – мой крик пронёсся эхом над водой, и за доли секунды я оказался рядом с утёсом, налетев грудью на невидимый барьер. – Отец! – Решил попрощаться с невестой лично? – криво усмехнулся он, лишь слегка повернув ко мне голову. – Как мило с твоей стороны. Хотя не стоило. Ты слишком слаб и сентиментален, чтобы смотреть на такие представления. Но если настаиваешь… Он явно издевался надо мной. Будто мстя за что-то. Впрочем, я точно знал, за что именно. От меня требовалось лишь повиновение. Все прожитые годы, начиная с самого рождения, меня пытались подчинить, навязать своё мнение. А я всегда имел собственное, причём, по любому поводу. Это злило отца, даже приводило в ярость. И раз за разом он пытался отыскать моё слабое место, используя для удара любые методы, способные причинить мне страдания. Сломить меня – стало для родителя целью номер один. Но все его старания до сегодняшнего дня не увенчались успехом… Сейчас же он попал чётко в цель. Эмили была моей силой и моей слабостью одновременно. – Женой, – стараясь держать эмоции под контролем, поправил я. – Что? – переспросил отец. – Женой, а не невестой. – Неважно, – дёрнул плечом он. – Важно, – холодно произнёс я, неосознанно выпуская силу, из-за которой побережье рядом со мной покрылось тонкой коркой льда. – Особенно если учесть тот факт, что Эмили – моя истинная. – Что за бред ты несёшь, щенок? – рявкнул родитель. – Человечка не может стать истинной парой драгхару. – Человечка? Возможно, – не стал отрицать я. – Но Эмили не просто человек, в её крови есть древняя сила, благодаря которой наши ауры не причиняют ей вреда. – Полная чушь, – взревел отец, теряя контроль, – если бы это было так, я бы почувствовал. Но от девчонки за версту смердело человечкой. Этот выживший из ума старикан, Хранитель Арнаор, спятивший в четырёх стенах своего храма, наговорил тебе всякого бреда, а ты и рад развесить уши. Ну, ничего, как только не станет этой девчонки, спадёт и тот морок, что закрывает твой разум. – Не станет её, не станет и меня, отец. – Переживёшь. Через месяц даже не вспомнишь, что сходил с ума от этого никчёмного ничтожества в женском обличие. Я очищу побережье от человеческой скверны. Ты мне ещё спасибо скажешь. – Услышь меня, отец. Наш союз благословил сам Великий Дракон. Не станет Эмили – не станет и меня. Твоя идея продолжить наш древний род, сгинет вместе со мной. Неужели ты готов расстаться с мечтой, на которую потратил столько лет своей жизни? Ведь она сейчас близка к осуществлению как никогда. Тебе и делать ничего не придётся, лишь позволить мне и Эми спокойно жить. И тогда наследники не заставят себя долго ждать. Сильные наследники от истинной. Подумай об этом. Разговаривая с отцом, я раз за разом прощупывал барьер, отделявший меня от уступа, пытаясь определить лучшее место, чтобы нанести удар. Энергетическая стена оказалась напитана такой мощью, что без усилителей здесь дело не обошлось. Если энергии войдут в противодействие, может возникнуть воронка небывалой силы, и при взрыве от этого места не останется ни следа. А может, и от всего побережья. Да, отец подготовился. Он прекрасно знал, что другими рисковать я не стану. Но не учёл одного – наличия во мне той самой мглы, которая всё настойчивее давала о себе знать, пытаясь вырваться наружу, затягивая пока ещё невидимой изморозью округу, делая хрупким всё – растения, камень, и даже тот самый барьер… – От человечки не может быть сильных наследников, – твердил отец, будто не слыша моих объяснений. – А гнилая кровь мне не нужна. Я был готов к тому, что он отпустит Эми, ждал этого момента. Но всё равно сердце едва не разорвалось на части, когда увидел, как он выпустил её из захвата магических силков, и хрупкое тело устремилось вниз. Отпустив силу, позволив ей вырваться наружу, я рванул вслед за любимой, протаранив барьер, разлетевшийся на тысячи ледяных осколков, которые тут же подхватил ветер. Крылья трещали за спиной от неимоверных усилий. Я ускорился настолько, что местность сливалась в одно размытое пятно. И только безвольное тело, летевшее со скалы вниз, в объятия бушующего моря, служило мне маяком. Ещё чуть-чуть. Ещё немного. Я тянулся за Эми, забыв обо всём: о боли в напряжённых мышцах, об отце и брате, который должен был находиться где-то рядом. Эта девушка стала для меня смыслом жизни, целой вселенной, без которой мне теперь не жить. А это значит, что я должен сделать всё возможное и невозможное, чтобы её спасти. «Возможное и невозможное, возможное и невозможное», – твердил я про себя, и в голове нарастал странный рокот, повторявший мои же слова. И внезапно крылья стали больше, тянущиеся к Эмили руки превратились в когтистые лапы, наполнившиеся неведомой до этого момента силой, а из горла вырвался дикий рёв, похожий на драконий. Я уже ухватил мою девочку за подол развивавшегося на ветру платья… Когда она внезапно исчезла прямо на моих глазах. Я метался над водой, как сумасшедший, бороздя лапами морскую поверхность. Вода была прозрачной, я видел мельчайшие ракушки на дне и завихрения водоворотов… Но Эмили нигде не было. Разум застилала пелена отчаяния, я не мог понять, что произошло, когда налетевшая внезапно морская волна, накрыла меня с головой, мгновенно приводя в чувство, заставляя прислушаться к себе, к истинной связи, возникшей благодаря единению. Перед внутренним взором замелькали образы, и осознание того что Эми жива, принесло облегчение. Знать бы ещё, куда её занесло и, главное, каким образом? Хотя, скорее всего, сработал спонтанный портал, спровоцированный выбросом её силы, а может, и моей. Это было самое логичное объяснение. Но казалось, что я упускаю из вида нечто важное. Знать бы ещё что? Перестав вглядываться в толщу воды, я зацепился взглядом за скользящую над водой крылатую тень. Мою тень. Вернее, моего дракона, пробудившегося непонятно каким образом. Вот только ни радости, ни ликования от этого факта я не испытывал. Лишь невероятную усталость от пережитого страха за любимую. Где ты, милая? Дай мне подсказку, прошу. Откликнись на мой зов.