Глава 32
Проснулась с тяжелой головой. Ещё бы – в походном шатре с задернутым пологом душно. Скорее бы город…
Я могу спать в любых условиях – в академии, на полевой практике, о “крыше” над головой иногда приходилось мечтать. Целители отправлялись на отработку вместе с боевиками. “С целью воспитания командного духа”, - менторским тоном проворчал в голове наставник.
Так что шатер – сказка!
Вчера прилегла на минутку и уснула, даже не раздевшись, что тоже не добавляло комфорта.
Перевернулась на другой бок и…
Рядом, почти касаясь меня, лежал Эрниль.
Лицом к лицу.
Так близко и так далеко…
Пальцы обожгло от нестерпимого желания прикоснуться. Разгладить вот эту упрямую складку между бровей.
Жадно всмотрелась в родные черты: под глазами залегли заметные тени. Лучики в уголках глаз стали глубже. Непокорная, выгоревшая прядь длинных волос спадала на лоб и я невольно потянулась её убрать и остановила движение, почти дотронувшись до неё.
С трудом задушила в себе порыв проследить кончиками пальцев линию челюсти с отросшей щетиной, зарыться пятерней в разметавшиеся волосы.
Тхрраш! Вспомнила, как он вздрагивал, закрывая меня собой. Эрниль ранен?! Так жалко будить... Вчера, во время схватки, он сильно выложился. Наверняка весь резерв вылил.
Тут же захлестнула удушливая волна: вдруг помощь нужна была кому-то ещё?! Хотя… было бы что серьёзное - точно бы разбудили.
Осторожно, стараясь не потревожить чужой сон, легким заклинанием проверила наличие повреждений: остаточный след от исцеляющих артефактов. Всё-таки задело…
С облегчением выдохнула: ничего страшного.
Спасибо, Ниль… Если бы не ты… Страшно подумать, чем бы все закончилось для меня. Для нас обоих…
Момент близости. Такой невинной. Долгожданной. Желанной. И…
Все внутри сжалось от противоречивых чувств. Осторожно потерла грудь, стараясь избавиться от жуткого ощущения пустоты и сглотнула колючий ком в горле.
Сколько раз представляла, как мы будем вот так лежать рядом…
И вот теперь, когда мечта сбылась, не знаю, чего хочу больше – прижаться к нему всем телом или оттолкнуть.
Вспомнила все пролитые по ночам слезы и нестерпимо зачесалась ладонь. Дать по морде?.. Вдруг полегчает? По красивой, надо сказать, морде. Хоть и слегка осунувшейся.
Слишком много между нами недосказанного, слишком болят старые обиды. Слишком…
Всё слишком. Одним словом – сложно.
Как мы будем жить, Ниль?
Засмотрелась на чувственный изгиб губ и крохотную, едва заметную, но такую манящую родинку на верхней губе. Вот тут… Сколько раз я её целовала…
— Доброе утро, – тихий, чуть хриплый спросонья, голос застал врасплох. Дёрнулась и, не выдержав внимательный взгляд карих глаз потупилась.
Стало жарко и, как-то само собой, одеяло, которым кто-то заботливо укрыл меня ночью, натянулось по самые уши.
— Доброе, – буркнула. Захотелось нырнуть с головой в спасительное, пусть эфемерное, временное, но укрытие. Спрятаться от внимательного взгляда карих глаз.
Откинула одеяло и порывисто встала.
Самые простые заботы должны отвлечь. Остро захотелось умыться и посетить ближайшие кустики.
Нашла взглядом свою дорожную сумку и зарылась в ней с головой.
Так… Зеркальце, где-то была расчёска…
О! Зубная щётка!
— Тори, не убегай. Пожалуйста.
— Что ты сделал с Шарком?! – против воли вырвался вопрос, мучивший меня со вчерашнего дня. Точнее – с ночи.
Эрниль скривился, словно от зубной боли:
— Он на пути в Моосшу. Этот мерзавец загнал своего птеракля настолько, что пришлось применить восстанавливающие артефакты. Бедное животное.
Я с облегчением выдохнула: чувство вины перед Брайсом не отпускало. Выходка Эрниля с этим арестом…. Она казалась чем то сродни личной мести. Только за что? Это мы виноваты…
— Ничего не хочешь сказать? – вкрадчиво поинтересовался Эрниль.
— Нет. Раз ты Шарка отпустил, значит, он предоставил подорожный кристалл. Значит, он “чист”...
А-а-а! Маленькое полотенце оказалось на дне сумки, как назло! Кто её упаковывал?! Запрокинула голову и подавилась раздраженным стоном: мне же Несси помогала!
— А тебя ничего в этой истории не смущает? Например, его своевременное появление? Ты же виделась с ним перед отъездом.
— И что? – вскинулась я. – Я должна была извиниться! Лично! Я и так поставила его перед фактом о нашем… – взмахнула рукой, – Браке. Или о таком должен был сообщить кто-то другой?!
Суетливо нагребла принадлежностей для туалета, но они никак не хотели оставаться в руках, постоянно выскальзывали. Проще было все вернуть в сумку и захватить уже её с собой.
Эрниль отвел взгляд и скрипнул зубами:
— Это был бы идеальный вариант... Хоть и не приличный. Он тебе ничего не давал? Может, прощальный подарок?
— Мы просто... поговорили, – прикусила язык, умолчав о нападении Брайса и попыталась поймать брусок мыла, лежавший поверх всей кучки в руках.
— Здесь есть тихая тёплая заводь. Если хочешь, можно искупаться. – искушающе протянул Эрниль и лукаво улыбнулся.
— Хочу! – я быстро закивала головой и нетерпеливо переступила на месте. Меня уже потряхивало от напряжения. Сбежать! Хотя бы на время. – Я могу сходить с Несси…
— Нет, Тори. Только со мной. – он лениво потянулся и закинул руки за голову. – Как будешь готова - скажи. Я посторожу.
Не долго думая свалила все вещи обратно в сумку и рванула из шатра прочь.
По возвращении меня встретил уже полностью одетый посвежевший Эрниль, задумчиво рассматривающий мою сумку. Пустую.
Все ее содержимое было выложено на матрасике. В три аккуратных ряда.
Исподлобья оглядела открывшуюся мне картину:
— Это мои вещи! – прорычала и с силой стиснула пальцы.
— Угу-у. Знаю.
— Какого тхрраша ты в них полез?! – Кровь бросилась мне в лицо. Ринулась собирать разбросанные предметы. – Если тебе что было нужно, мог просто спросить…
Эрниль даже бровью не повёл в ответ на мою вспышку.
— Знаю, – ответил он с раздражающей невозмутимостью. — И.. Я тут подумал… Раздевайся, Тори.
— Что?!
— Что слышишь. – криво усмехнулся этот наглый, самоуверенный… М-му... Муд… Муж!
— Ты с ума сошел?
— У нас же брачная ночь, как никак. Мы её пропустили. – Эрниль неторопливо разлегся на матрасе, вальяжно подперев рукой голову. Растянул губы в ленивой улыбке, от которой у меня перехватило дыхание.
— Я не игрушка, Эрниль. В прошлый раз, после единственной ночи, день был… паршивым. Как и следующие месяцы.
На его лице промелькнула и тут же исчезла лёгкая тень.
Промурлыкал, сузив глаза:
— В этот раз все по другому, Тори. Будем наверстывать.
— Я не обещала тебе греть постель. Ты меня перепутал с дешевой..
— Раздевайся. Или я сорву с тебя тряпки сам. И вряд ли они уцелеют.