Глава 39

Дамир

Ошибка за ошибкой. Фатальные и непозволительные.

Ошибкой было думать, что эта норовистая кобылка сдалась так быстро. Нет… Её сопротивление придётся ломать долго и упорно. Тысячекратно возросло желание перекинуть Эрику через колено и отвести душу, отшлёпав соблазнительную задницу так, чтобы неделю ровно сидеть не могла.

Эрика волнует меня и заставляет испытывать эмоции, о существовании которых я раньше не знал. Но потом в моей жизни появилась она — белокурая бестия и ангел в одном лице. С того самого момента всё изменилось. Я никогда раньше не рисковал своей жизнью ради женщины. Но ради Эрики я готов подставляться под пули снова и снова.

Меня расстраивает, что она отрицает свои чувства ко мне. Я знаю, что небезразличен ей. Наша близость не может лгать. Наш откровенный разговор, доверие… Сначала хрупкое и способное разбиться в любой момент, но потом окрепшее и ставшее щитом от всех прочих нападок.

Я люблю её.

Всем сердцем. И больше всего на свете хочу быть с ней.

Ещё никогда в жизни я не был так открыт и откровенен с женщиной. Она не первая в моей постели, но первая, с которой мне захотелось разделить не только постель, но и всё остальное. Каждый миг жизни. Хочу наслаждаться каждой каплей счастья и создать свой микрокосмос, в котором есть место нам двоим. Возможно, не только двоим. От мысли о детях внутри начинается ураган, которым сметает все прочие мысли.

Я готов бороться за наше счастье до самого конца. Уверен, что я смогу сделать Эрику самой счастливой. Лишь бы она позволила сделать это.

Вернувшись вечером, я не нахожу Эрику в доме. Охрана сообщает, что она отправилась гулять по территории. Вероятно, прячется в небольшом парке, разбитом за домом. Матерюсь себе под нос — уже вечереет, становится прохладно. Где черти носят мою белокурую упрямицу?

Обыскивать территорию в сумерках, надеясь на слепую удачу? Нет… Я беру своего амстаффа, который быстро берёт след. Я немного злюсь, когда собака путается. Эрика много кружила, видимо, собираясь с мыслями. Или просто продумывая план побега, думая с раздражением, потому что несколько раз пёс подходит вплотную к ограждению, будто Эрика по-настоящему планировала свой побег!

В итоге амстафф приводит меня к небольшой хозяйственной постройке. Собака лает довольно и скребёт лапами дверь.

— Выходи. Я знаю, что ты там!

— Чёрт побери, ты пустился по моему следу с собаками?! — спрашивает Эрика.

— Не хотел долго гадать, где ты. Итак… Долго ты будешь прятаться и бегать от меня?

В ответ звучит тишина. Ладно… Нужно быть терпеливым и не давить на неё. Попробую. Для разнообразия.

— Давай поговорим? Объясни, почему ты хочешь бежать от меня?

— То есть ты сам не понимаешь?! Потому что рядом с тобой опасно.

— Увы, милая, ты полюбила бандита. Опасность в последнее время была выше, чем обычно, но сейчас я избавился от врагов, устранил множество сложностей и с законом. Тебе больше ничего не грозит.

— Ничего, кроме того, что ты сам можешь заставлять меня играть вслепую, ставить под удар и испытывать страх. То утро в отеле было подстроено.

— Циклоп растрепал? Кажется, я знаю, кого уволю!

— Циклоп хотел сделать тебе рекламу, как очень умному мужчине, который держит всё под контролем. Но вышло наоборот… Я не пешка, Багратов, не одна из твоих игрушек! У меня есть чувства!

— Есть. Ко мне. Например.

— Самодовольный, циничный и…

— И ты любишь меня? — спрашиваю с надеждой.

— Я не смогу жить постоянно в таком риске… Скоро сорвусь от такого напряжения.

— Эрика, я не мог знать, что в отеле всё пройдёт именно так, но догадывался и был готов. Я не сказал тебе ничего, лишь потому что знал, какой будет твоя реакция, — выдыхаю. — Я уже десятки… Нет, сотни раз пожалел об этом! Потому что после того раза ты взбеленилась и стала непохожей на саму себя. Ты начала царапаться и делаешь это больно, потому что… — делаю паузу. — Ты запускаешь коготки прямиком в моё сердце. Я виноват, но я готов искупить свою вину. Я буду откровенен с тобой и больше не заставлю страдать.

В ответ слышится тишина.

— Эрика, я захожу.

— Нет! Боже… Дамир, дай мне время подумать! — начинает паниковать Эрика.

— Не о чем здесь думать. Уже вечереет и становится сыро. Хочешь думать? Да пожалуйста! Думай, сколько влезет, но делай это дома, у хорошо натопленного камина. В тепле и уюте!

Я поднимаюсь и преодолеваю расстояние быстрым шагом.

— Дамир, ты опять идёшь напролом. Как танк… — говорит Эрика, но уже не таким уверенным тоном. — Хорошо, я согласна подумать и…

Думать она собирается? Да о чём тут думать?! Мгновением раньше я хотел быть терпеливым. Но сейчас отметаю прочь это желание и резко вхожу внутрь постройки. Дверь распахивается внутрь и громко хлопает о стену. С полки что-то падает.

Внезапно слышится звук выстрела.

Неужели я ошибался насчёт Эрики?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

* * *

— Дамир… Дамир! Очнись, пожалуйста!

— Твою ж налево, Эрика. Зачем ты выстрелила? Я был безоружен, — хриплю я, чувствуя сильный звон в ушах.

— Дамир! Ты жив! Жив… — рыдает Эрика, целуя моё лицо. Находит губы, впивается в них голодным и жадным поцелуем. — Я видела ружьё, висящее на стене. Но не трогала его. Когда ты вошёл, громыхнув дверью, оно упало и выстрелило! Я бы ни за что не стала стрелять в тебя… Ты мне не веришь? Проверь на отпечатки-и-и! Я не прикасалась к этому ружью!

Какие отпечатки? Что за бред она несёт?

— Я верю тебе, — хриплю еле слышно. — Верю.

Эрика плачет, уткнувшись лицом в мою грудь. Я с трудом отрываю голову от земли, глядя, как белокурые локоны Эрики расплылись по моей рубашке белым облаком.

— Надеюсь, мне удалось тебя убедить? Ты пытаешься убежать от своих чувств. Я не хочу тебя отпускать. Признайся, ну же… — прошу её, не скрывая.

— Я боюсь быть с тобой.

— Но хочешь. Эрика, не бойся. Ни меня, ни того, что есть у нас. Чёрт, это всего одно слово.

— Люблю тебя, — сдаётся она и выбрасывает белый флаг, начиная целовать меня.

Я со стоном целую её в ответ, запирая в тугих объятиях. У меня сильно ноет левое предплечье. Там расползается знакомый и болезненный жар. Кажется, меня всё-таки немного задело выстрелом. Но сейчас это кажется сущим пустяком по сравнению с тем, что я услышал.

Она любит меня. Чертовка… Вымотала мне все нервы, искромсала сердце на куски и поселилась в мыслях.

— Я тебя тоже люблю, Багратова Эрика. Безумно. Больше всего на свете…

Мы целуемся. Не в силах разорвать поцелуй и остановиться. Рядом тяжело дышит Арчи. Наверняка амстафф не понимает, почему его хозяин не торопится подниматься земли.

Но я чувствую, что способен пролежать под Эрикой целую вечность, в особенности когда она так активно целует меня, ласкаясь языком, словно извиняется за то, что помотала мне нервы.

Что же касается ружья, найду кретина, кто разбрасывает опасные вещи в таких местах, оставляя без присмотра. Найду виновника и уволю в тот же миг.

