Глава 43

Никакая выдержка не уберегла меня от непосредственной и совершенно искренней реакции на слова принцессы. Я самым натуральным образом воззрилась на нее и в удивлении воскликнула:

— Откуда вы взяли подобную чушь?

— Но… — Виании бы сейчас смутиться и сказать, что сказала, не подумав, но она продолжила настаивать на своем, — ведь ходят слухи, что вы любите совсем другого мужчину. Что вы имеете с ним роман…

Что?!

Нет, тот факт, что кто-то знает про Вериселя, можно было предположить, но что слухи уже достигли соседнего государства, я и вообразить не могла!

Вот же Ленариэль!.. Вот же… дура!

Пелена ярости затопила меня.

Стражница Пираналь закашлялась, а Ранимиэль тронула меня за руку, привлекая внимание.

— Повелительница, я уверена, ее высочество кто-то намеренно ввел в заблуждение. Пожалуйста, не гневайтесь на нее!

Я не пойму, целительница что, пытается защитить Вианию? От меня?

Но тут я увидела, что с принцессой творится что-то неладное. Девушка ощутимо побледнела и дышала с присвистом. По лбу Виании катились крупные капли пота и, похоже, что она изо всех сил пыталась удержаться в кресле, вцепившись в подлокотники.

Это я с ней сотворила? Не может быть! Но, судя по реакции Ранимиэль, дело было действительно во мне. Но как? Опять элитари действует так, как ей вздумается?

В голове не осталось ни одной мысли. Так не пойдет. Нужно срочно взять себя в руки и помочь принцессе. Убрать последствия моего случайного воздействия. А то эта магия работает, как зажженная петарда — может рвануть в самый неподходящий момент.

Сделав глубокий вдох, я поднялась и подошла к Виании, которая уже держалась обеими руками за горло, пытаясь вдохнуть. Она смотрела на меня, как кролик на удава, словно прикидывая, проглочу я ее сразу или буду медленно откусывать по частям, чтобы подольше помучать.

Не бойся. Сейчас я тебя исцелю.

Наверное.

Но, в конце концов, на случай, если у меня ничего не выйдет, тут есть Ранимиэль.

Отбросив страх и неуверенность, я взяла принцессу за руку и сосредоточилась на своей магии. Была бы эта самая элитари живым существом, я бы сейчас устроила ей хорошую взбучку. Ну где это видано — заставлять человека задыхаться за сказанную глупость? Да, меня это почему-то сильно взбесило, как в последнее время все, что связано с неверностью Ленариэль. Я поняла, что меня злят любые намеки на прошлые отношения с Вериселем и вообще предположения, что я могу изменять мужу.

Не могу! Я всегда трепетно относилась к брачным клятвам. Пусть Тайронир почти что навязал мне брак, по местным законам мы с ним — муж и жена, а поэтому я буду ему верна. По крайней мере, до развода или пока смерть не разлучит нас.

Моя магия мощным потоком полилась в тело Виании, позволяя той дышать и убирая все последствия моей злости и ярости. На секунду возникло странное ощущение, что не я, а кто-то другой контролирует этот процесс. Такое возможно?

В следующую секунду я поняла, что да, не только возможно, но и в этот самый момент происходит. Вокруг стало значительно светлее, причем сияние исходило от меня самой. Внезапно мои губы раскрылись, и стали слышны слова, которые произносила я и в то же время не я:

— Принимаешь ли ты, Виания Варлек, благословение элитари, и обязуешься ли использовать магию во благо и во имя жизни?

Пару секунд ошарашенная принцесса смотрела на меня совершенно круглыми глазами, а потом выпалила:

— Да! Принимаю и обязуюсь!!!

Зеленый свет, льющийся из моих рук, весь впитался в кожу девушки, после чего погас.

Виания, соскользнув на пол, рухнула на колени и попыталась обнять мои ноги, бормоча что-то бессвязное. Выглядела девушка хорошо, по крайней мере физически — ее безумный взгляд религиозного фанатика я в расчет решила не брать. Пришлось отступать от ее настойчиво протянутых рук, не позволяя, коснуться себя.

Нащупав позади собственное кресло, я с облегчением рухнула в него. Ноги подрагивали — похоже, я слишком много отдала не только магии, но и физических сил.

Ранимиэль рядом тоже медленно опустилась на колени, воздев ко мне руки в молитвенном жесте. На ее лице был написан чистый восторг ребенка, только что узревшего чудо.

И ты, Брут!

Похоже, у нас тут та самая ситуация, когда нужно делать хорошую мину при плохой игре. Насколько я понимаю, хитренькая принцесска только что получила исполнение всех своих надежд и чаяний — вожделенную магию жизни. И даже ее ложь брату теперь не является ложью.

Переведя взгляд на Пираналь, я увидела, что та сохранила невозмутимое выражение лица. Хоть кто-то вменяемый остался.

Я чувствовала просто неимоверную слабость. Поглядев на собственную руку, увидела, что пальцы мелко подрагивают. Похоже, что передача магии отняла все силы. Нехорошо.

— Пираналь, выйди и скажи стражникам в коридоре, чтобы нам принесли чаю с большим количеством сладостей, — велела я девушке.

В данный момент мне было плевать на этикет и соблюдение протокола приема иностранных гостей. И так этот самый протокол нарушен настолько, что ни в какие ворота не лезет.

— Принцесса, поднимитесь и присядьте. Ты, Ранимиэль, тоже, — произнесла я резким тоном.

Девушки поспешили исполнить приказ. Правда, выражения лиц у них обеих остались прежними — смесь восхищения и религиозного экстаза верующих, узревших апостола божьего.

В принципе, если задуматься, для них так оно и было. Если я правильно понимаю, через меня только что говорила и действовала местная богиня, наделив Вианию эльфийской магией жизни. Вот только почему-то меня никто не спросил о том, хочу ли я стать аватаром божества! Еще б понять, для чего это было нужно. Объяснить, конечно, Эли-как-ее-там и подавно не удосужилась.

Печально. Придется по старинке — узнавать все самой.

— Выполнено, повелительница, — доложила вернувшаяся Пираналь.

Хоть что-то происходит по-моему. Надо поесть, и тогда голова начнет лучше соображать. Еще никогда в жизни мне так не хотелось сладкого, как сейчас. Наверняка я смогла бы съесть целый торт.

Что ж, если уж тебя используют боги, нужно извлечь из ситуации максимум выгоды. Посмотрим, получится ли.

— Сейчас вы все принесете мне клятву верности, — произнесла я, по очереди глядя на каждую девушку. — И да, все сказанное здесь сегодня вы не передадите никаким третьим лицам иначе, чем с моего разрешения.

Первая на мои слова отреагировала принцесса — выхватив из-за пазухи небольшой кинжал, она полоснула себя по раскрытой ладони, вызвав кровавую капель. Одновременно с нею передо мной появилась Пираналь — вряд ли ее порадовало, что тут размахивают обнаженным клинком. Пришлось выглядывать из-за широкой спины стражницы.

— Обязуюсь во всем следовать приказам Повелительницы эльфов, вверяю ей свою верность и самую жизнь. Клянусь не разглашать ничего из того, что было и будет сказано здесь сегодня, в этой комнате, — произнесла принцесса. — Клянусь не причинять вреда повелительнице, ни словом, ни делом.

— Я принимаю твою клятву, — сказала я. — Пираналь, ты можешь отойти.

— Слушаюсь, повелительница, — стражница прижала кулак к груди. — Моя верность и так принадлежит вам, как и моя жизнь! Но я, конечно же, клянусь не разглашать ничего из сказанного здесь.

— Моя повелительница! — настал черед Ранимиэль высказаться. — Я, признаться, уже связана словом, данным повелителю эльфов. Я обязана докладывать ему обо всем, что происходит с вами… Но то, что я увидела сейчас, ставит мою верность вам превыше данных прежде обещаний. Я клянусь рассказать только то, что вы позволите.

Что ж, у целительницы непростой выбор. Нужно будет позже уточнить, каким образом она отчитывается Тайрониру. Письма пишет? Или связывается иным, неизвестным мне способом?

Пока не буду отвлекаться от того, что нужно выяснить сейчас. А именно…

Принцесса как раз принялась сбивчиво и сумбурно благодарить меня за то, что я наделила ее магией жизни, через раз называя меня богиней. Интересно, у нее не отключится способность соображать? А то такой фанатизм несколько пугает. Остановив девушку жестом, я произнесла:

— Виания, расскажи, будь добра, о том, почему ты решила, что я люблю другого мужчину, — я нарочно обратилась к девушке на «ты». — Мне нужны все подробности, все слухи, что заставили прийти тебя к таким выводам. Также я хочу знать, кто еще из твоего окружения и человеческого посольства думает подобным же образом. Кто является источников этих слухов?

— Простите, повелительница, — потупила взор принцесса. Она снова соскользнула с кресла и рухнула на колени: — Если бы я знала, что вами руководит богиня, я бы ни за что не поверила тому, что он сказал! По правде, у меня и тогда были сомнения, но я бы ни за что не подумала, что он способен на такой подлый навет! Простите меня, если сможете!

— О ком ты говоришь? — спросила я. — Кто этот он? Кто говорил тебе все это?

— О вашем секретаре, конечно же! — воскликнула Виания. Видимо, что-то такое было у меня в выражении лица, что она поспешила пояснить: — О Мериивеле, конечно же!