Глава 56

— Поднимись, — велел Верисель, с удовольствием осматривая меня с ног до головы, так, словно впервые видел: — Этот порошок ты должна высыпать в еду или питье Тайронира, — почти ласково прошептал советник.

— И что он делает? — спросила я.

Хорошо, что способность задавать вопросы у меня осталась.

— Туманит разум и замедляет реакции, — ответил Верисель. — И я легко смогу победить твоего мужа в поединке. А потом ты просто объявишь меня своим женихом. Мы соединимся в обряде при первой же возможности.

— Ты собираешься убить Тайронира? — спросила я.

— Конечно, — ответил Верисель. — Признаться, вначале я хотел оставить ему жизнь, и заменить смерть заточением. Но теперь понимаю, что убить его — единственная возможность для меня стать повелителем эльфов.

— За что ты его так ненавидишь? — спросила я.

Во всей этой жуткой ситуации, в которой я оказалась, был, по крайней мере, один плюс — можно больше не притворяться Ленариэль и задавать вопросы, не боясь попасть впросак.

— Видишь ли, моя дорогая, — Верисель убрал прядь волос с моего лица, заправив ее за ухо, — у меня нет к Тайрониру ненависти. Я просто хочу получить то, что есть у него. То, что по праву должно быть моим!

— И что же это? — спросила я.

— Власть, конечно же. И тебя заодно. Ведь ты носишь моего ребенка.

— Ты в этом уверен? — спросила я.

— Конечно, моя дорогая, — глаза Вериселя сверкнули. — Ленариэль беременна от меня. — А теперь, — он улыбнулся, — я хочу, чтобы ты подошла и поцеловала меня. Это приказ.

Я попробовала возразить или хотя бы воспротивиться, но все без толку. Ноги сами преодолели те несколько шагов, что разделяли нас с Вериселем, а руки автоматически легли ему на плечи. И вот я уже целую его, не испытывая, впрочем, ничего, кроме глухой тоски и тихого внутреннего протеста.

— Отлично. Ты мне нравишься гораздо больше, чем прежняя Ленариэль, — пробормотал Верисель, отстранившись. — Кто бы мог подумать, что магия смерти сработает там, где оказалась бессильна магия разума.

— Вы довольны моей работой, повелитель? — подал голос Квинтарен.

— Более чем, — улыбнулся Верисель. Он положил ладонь мне на щеку, и провел большим пальцем по губам. — Будь у меня больше времени, ты бы уже стояла передо мной на коленях и ублажала несколько иным способом, — прошептал он. — Ничего, у нас все еще впереди…

Меня передернуло от отвращения. Он собирается принуждать меня?.. Глядя в льдисто — голубые глаза, я видела ответ. Да.

— Значит, я могу рассчитывать на награду? — спросил Квинтарен.

— Конечно. Все, как мы и договаривались — ты получишь должность верховного мага сразу, как только я стану повелителем эльфов.

— Благодарю. Я еще хотел бы голову Ллиарериэля ди Ранимира.

— Я подумаю над этим, — сказал Верисель. — И, скорее всего, удовлетворю твою просьбу. Глава магического совета никогда мне не нравился.

— Спасибо, мой повелитель, — склонил голову Квитарен.

— Почему ты зовешь его повелителем? — спросила я.

— Потому что я выбрал для себя подчиняться ему, а не твоему мужу, — ответил Квинтарен. — Настоящая Ленариэль звала Тайронира орт Амарлока не иначе, как узурпатором. Она понимала, он никогда не одобрит ее поклонение темному богу и магии смерти.

— А ты, выходит, одобряешь? — спросила я Вериселя.

— Я хорошо подумал над этим, — ответил тот. — И пришел к тому же выводу, что и Ленариэль в свое время. В борьбе за власть нужно использовать любые средства, иначе проиграешь.

— И ты решил воспользоваться силой магии смерти? — продолжала допытываться я.

— Да! Раньше магия темного бога казалась мне отвратительной. Но когда я выяснил, кто столкнул Ленариэль с обрыва и понял, что принцесса сама пошла на это, чтобы обрести силу, то пересмотрел свое отношение. Квинтарен предложил мне решение всех проблем — власть над тобой. Я не стал отказываться.

— То есть, проще говоря, ты решил добиться власти моими руками? — усмехнулась я. — В конце концов, ты собрался стать повелителем эльфов… через мою постель?

Я хотела, чтоб слова прозвучали насмешливо и обидно. Но вышло совсем иначе.

— Да, моя дорогая, именно через твою постель, — согласился Верисель. — И должен сказать, для меня это будет исключительно приятно.

С этими словами он впился в мои губы яростным поцелуем. Я попыталась отбиваться, но короткий приказ, что советник прорычал, на секунду отстранившись, свел на нет мои слабые попытки сопротивления.

Неужели теперь будет… вот так?! Я пыталась позвать свою магию, сделать хоть что-нибудь… пусть бы Вериселя снова стошнило, или он уснул… Да что угодно, лишь бы прекратить это! Но тщетно. Он отпустил меня только тогда, когда сам этого захотел.

— Теперь иди, — велел он. — Иди, и сделай так, как я велел.

Я поспешила развернуться и выполнить приказ. Все, что угодно, лишь бы оказаться подальше отсюда. А там, буду надеяться, я соображу, как выпутаться из этой ситуации и предупредить Тайронира о том, что ему грозит. И о том, что я для него приготовила.

Но, как оказалось, ничего соображать не надо. По крайней мере, пока. Не успела я сделать и двух шагов, как буквально врезалась в грудь повелителя эльфов.

— Тай? Это и правда ты?

Тайронир аккуратно взял меня за плечи и отстранил, осмотрев с головы до ног. Хм. Как-то я до этого не задумывалась, что одета всего лишь в ночную сорочку, довольно открытую и прозрачную. Ну да, а находимся мы в комнате, где кроме меня — двое мужчин. И основной предмет интерьера — широкая кровать.

Вот как все это должно выглядеть в глазах Тайронира?

Все зависит от того, сколько он успел услышать.

Эти мысли промелькнули в моей голове в один миг.

— Потрудитесь объяснить, что здесь произошло, — ледяным тоном произнес повелитель эльфов. Он смотрел на Вериселя и Квинтарена, но и мне достался пронизывающий взгляд.

— Всего лишь небольшой ритуал магии смерти, — ответил Верисель, — в котором участвовала твоя супруга. Видишь, тут даже жертва есть, — он указал в кресло, в котором все еще сидел окровавленный Валера.

— Он мертв? — я подалась вперед, но была остановлена железной рукой Тайронира.

— Конечно, он мертв, — ответил Верисель. — Не притворяйся удивленной, Ленариэль. Ты прекрасно знаешь, как и когда умер Мериивель.

И ведь верно. Да, я видела, как Квинтарен воткнул кинжал в грудь Валеры. Видела, но не осознала. Так бывает, когда разум не хочет принимать страшную реальность. Выходит, так случилось и со мной.

Но теперь мертвое тело моего бывшего мужа предстало передо мной, не оставляя возможности игнорировать правду.

— Этот мужчина умер страшной смертью, — продолжил Верисель. — Он был принесен в жертву темному богу во имя того, чтобы Ленариэль, — советник глядел Тайрониру в глаза, — могла обрести силы, о которых давно мечтала и просила. Подтверди! — велел Верисель, посмотрев на меня.

— Это правда, — сказала я прежде, чем смогла оценить его слова.

Кстати, это действительно правда. Ленариэль очень хотела обрести силу смерти. Ради исполнения ее желания принесли в жертву Мериивеля. Это так.

Но я-то не Ленариэль! И ни о чем подобном не мечтала и не просила!

Я всего-то хотела выжить и получить возможность родить ребенка.

— Но как такое возможно? — воскликнул Тайронир. — Ведь богиня мать наделила тебя элитари, силой жизни! Как ты могла после этого участвовать в ритуале, посвященному богу смерти?

— Вряд ли у Ленариэль осталась магия жизни, — обронил Верисель. — Взгляни, друг мой, какие чары вокруг нее! Это нечто, чуждое нам, эльфам. Теперь ты понимаешь, какую змею приблизил к себе и пустил в постель?

— Понимаю, — ответил Тайронир, глядя на меня. Его лицо не выражало ничего, сквозь маску ледяного спокойствия нельзя было увидеть ни единой эмоции.

А я в этот момент пыталась разобраться, насколько далеко распространяется влияние Вериселя на меня. Последний его приказ вроде как повис в воздухе — мне нужно дать Тайрониру порошок, что я и отправилась делать.

Хорошо то, что Верисель не запрещал мне говорить. Вот и расскажу все Тайрониру. Нужно только выбрать подходящий момент. А то я уже пыталась открыть ему глаза на сущность Вериселя. И что из этого вышло? Ни— че— го.

— Расскажи мне, что тут произошло? — требовательно обратился Тайронир к советнику. — Ты застал мою жену и этого мага за проведением ритуала магии смерти?

В сторону Квинтарена полетела небольшая синяя молния, и он застыл на месте с открытым ртом. Повелитель обернулся к своему советнику, выказывая готовность слушать.

Да уж. Неужели Тай настолько верит Вериселю, что сам дает ему подсказки? Тому и сочинять ничего не нужно… Вот как тут мне влезть со своей версией событий?! Он же мне не поверит!

— Лена, ты слышишь меня? — внезапно в голове раздался голос… Тайронира. Он общался со мной мысленно, как тогда, во время приема.

— Да, — мысленно откликнулась я, пытаясь скрыть изумление. Повелитель, тем временем, повернувшись к Вериселю, казалось, внимательно его слушал. Советник как раз живописал подробности кровавого жертвоприношения, в котором я, с его слов, принимала живейшее участие.

— Ты под ментальным принуждением?

— Что-то вроде этого. Они провели ритуал магии смерти, после которого я вынуждена во всем подчиняться Вериселю.

— Сопротивляться можешь? Попробуй. Твоих сил и магии жизни должно вполне хватить. Он приказал тебе убить меня?

— Только дать какой — то порошок.

— Наверное, хотел лишить меня сил, — сказал Тайронир. И добавил уже вслух, обращаясь к Вериселю. — Я нашел это в покоях Ленариэль, — он достал откуда-то шкатулку, и, откинув крышку, показал ее содержимое советнику. — Этот браслет Квинтарен, — последовал кивок в сторону застывшего мага, — подарил Ленариэль в день нашего обряда единения! Он преподнес его при мне и при верховном маге! Получается, он еще тогда собирался провести свой ритуал!

— Я думаю, что увлечение Ленариэль темными искусствами началось гораздо раньше, — воскликнул Верисель. — Еще в юности она отличалась странностями.

— Все время забываю, что ты знаешь ее лучше меня, — обронил Тайронир.

— Да, гораздо лучше, — согласился Верисель. — Я могу сам допросить мага и Ленариэль.

— Свою жену я буду допрашивать сам, — возразил Тайронир. Он повернулся ко мне. — Ленариэль, ты сейчас под охраной, которая ждет за дверью, отправишься в свои покои и будешь ждать меня там. После допроса мага я займусь тобой. — Тайронир добавил мысленно: — Я разберусь с Вериселем и приду к тебе.

Я собралась было сделать так, как сказал Тай, но… какого черта? Сидеть в покоях и изводиться в ожидании?! Сейчас, между прочим, будет решаться моя судьба!

— Я останусь, Тайронир. Что бы тут сейчас не произошло, я хочу это видеть