\/– Глава 16 –

– Что? – выдохнула я, не поверив своим ушам.

Роналд не ответил, только приподнял брови, насмешливо, издевательски. Будто намекая, что мне от него ничего скрыть не удастся, даже если захочу.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, милорд, – я нахмурилась.

– И это вы мне говорили о доверии? – покачал он головой, поднимая глаза к небу.

– Прошу, объясните свой вопрос, если хотите получить на него ответ в качестве приза, – мое требование прозвучало чуть жестче, чем я планировала.

Сжала руки в кулаки, стараясь унять дрожь.

Я полагала, что он все же спросит о том, откуда у меня деньги. Или о чем-то личном, по типу «почему вы меня избегаете, ваша светлость?». Не знаю… но такого вопроса в лоб я уж точно не ждала. Особенно в такой формулировке.

Черт! Я спалилась со своими расспросами про богов и имена? Или что натолкнуло его на мысль о сделке?

– Хорошо, – встретившись со мной взглядом, произнес мужчина. – Объясните, леди Адель, что такого произошло в храме, после чего отступила алая смерть?

– Я же уже отвечала на этот вопрос… – я осеклась, отметив, как потяжелел взгляд мужа.

– Что вы просто помолились? – фыркнул он, прищурившись. – И боги просто послушались? Мне нужна правда. Я представляю, чего может стоить их милость, Адель. И хочу знать, какому богу вы задолжали.

Решайся, Алина! Решайся. Возможно, это тот шанс, которого ты ждала. Не рискнешь, не узнаешь… Черт!

Вскинув взгляд на Роналда, я произнесла, чувствуя, как холодеют руки:

– Я заключила договор с Рамет.

Мгновение ничего не происходило. Мир будто бы застыл, зазвенел. А потом герцог грязно и мерзко выругался, запрокинув голову.

Ему потребовалась еще секунда, чтобы взять себя в руки.

– Прошу прощения за недостойное поведение, – произнес он совершенно спокойным голосом. Налетел ветер, растрепал ему волосы.

Я промолчала. Ругань и брань меня не трогали. Сейчас я слышала только звон в ушах, после того как призналась мужу в сделке с божеством.

– Рамет, да? – Роналд провел ладонью по лицу, задержал ее у рта. – Что вы должны отдать за спасение народа, Адель?

– Ничего такого, что касалось бы этого самого народа или вас, ваша светлость, – покачала я головой. – Это касается только меня.

– Только вас? – он прищурился. – Ваша светлость, вы говорите о сделке с богиней смерти и утверждаете, что это касается только вас?

– Именно, – я заговорила спокойным и ровным голосом. – Богиня не запросила ничего такого, что могло бы навредить вам, ваша светлость.

– Мне? При чем здесь я, Адель?

– Договор, – напомнила я, вскинув брови. – Вам не стоит переживать за свою жизнь, ваша светлость. Потому что на кону не моя.

Он несколько мгновений хмурился, будто пытался понять, о чем я говорю. А потом резко дернулся и прожег меня злым взглядом:

– Вы сейчас на самом деле подумали, что меня волнует это, Адель?

– А что вас волнует? Ваша жизнь в безопасности. Разве не этого вы испугались?

– Нет.

Короткий и рубленный ответ. За ним должно было последовать объяснение. Еще какие-то слова. Но вместо этого тишину над нашими головами разорвал вой трубы. Игра, устроенная лордом Акиамой, подошла к концу.

* * *

Лорд Роналд Этьен

Герцог злился. Злился на себя. На свою жену. И на проклятого трубача, который именно в этот момент решил прервать их разговор. Дай он им еще хоть несколько лишних мгновений – хотя бы парочку – этого было бы достаточно.

Тогда бы он смог договорить. Тогда бы Адель его выслушала. А не спешила сейчас впереди него на выход из лабиринта. Девушка вела себя так, будто знала правильную дорогу. Или только делала вид, чтобы не выслушивать Роналда.

Сейчас она не стала бы принимать его объяснения о том, что герцога взволновала не мысль о собственной жизни, а сам факт ее договора. Само то, что его жена рискнула чем-то, чтобы пойти на сделку с богами. Что заключила она ее именно с Рамет. С одной из тех, кто стоял на грани.

И то, что Роналд так и не узнал, что попросила богиня взамен. Чего лишилась Адель, чтобы спасти его народ.

Но вместе с тем герцог не мог не восхищаться силой духа, которой обладала эта молодая особа. Она не просто пошла на этот шаг, она молчала о нем до последнего. Не стала говорить об этом. Объявлять. Окажись на месте Адель кто-то другой, он бы уже растрепал всему королевству, что все они живы благодаря его жертве. А она… она молчала до последнего.

И продолжала бы молчать, если бы Роналд не задал этот вопрос. Он много размышлял над тем, как так вышло, что алая смерть отступила. Спешно. Практически не начав свою жатву. Тамаш рассказал ему, что Адель отправлялась молиться в храм. Как она боролась за жизнь каждого подданного. Но Роналд до последнего не мог поверить, что боги откликнулись на ее зов и пошли на сделку. Он спросил наудачу. Не думал, что его догадка подтвердится. А теперь…

Теперь все только усложнилось. И Роналд физически ощущал необходимость узнать, что сама смерть запросила у герцогини.

Адель удалялась от него практически бегом, подхватив юбку. Она в буквальном смысле бежала от этого разговора. Замирая только на развилках лабиринта, чтобы выбрать верный путь.

– Стойте! – Роналд нагнал свою жену, поймал за руку и удержал на месте. Развернул к себе лицом. – Мы не договорили.

– Нет мы договорили, ваша светлость! – бросила девушка, тяжело дыша и прожигая взглядом.

Ее грудь тяжело вздымалась, прическа растрепалась, и теперь на лицо падало несколько светлых прядок, а взгляд… в нем было столько эмоций… Столько злости.

– Нет, мы не договорили, – твердо произнес герцог, не отпуская жену. Он понимал, что, как только разожмет пальцы, она сбежит. Опять. – Я не успел поблагодарить вас за приз, Адель. И не успел сказать, что, если вам нужна будет какая-то помощь в ситуации с Рамет, вы можете рассчитывать на меня.

– Да? – она фыркнула. И буквально выплюнула свой вопрос: – И как же вы сможете мне помочь, ваша светлость? С богами-то.

– Не знаю, – Роналд не стал лгать. Сказал правду. – Но вы рискнули чем-то очень важным, чтобы спасти мой народ. Наш народ. Как я уже говорил, я перед вами в неоплатном долгу.

Она открыла рот, будто собиралась что-то сказать. Что-то резкое, дерзкое, опасное. Но вовремя опомнилась и перевела взгляд на руку мужа. И это взгляд был красноречивее всего того, что она могла бы сейчас сказать.

Герцог разжал пальцы, опустил руку:

– Прошу прощения, если сделал вам больно.

– Не сделали, – хлестко отозвалась она. Выпрямилась и бросила взгляд в сторону прохода между зелеными живыми стенами лабиринта.

Но не побежала вперед.

– Позвольте вас сопроводить к выходу, – как ни в чем не бывало предложил Роналд, подав своей жене локоть.

Адель коснулась его кончиками пальцев спустя долгое мгновение.

Герцог не знал, поняла ли она его слова. Услышала ли. И сможет ли обратиться за помощью, когда та будет на самом деле нужна. Нет, этого он не знал и не мог знать. Потому что его жена оказалась не простой безмозглой девчонкой, которая большую часть своей жизни провела прикованной к постели. Его жена оказалась многогранной сильной личностью, которая вызывала уважение. И это тоже вносило свои трудности.

* * *

Алина Невская/Леди Этьен

Я еще какое-то время отходила от разговора с герцогом. Из памяти все не шло то, как он смотрел на меня, когда говорил, что готов помочь с Рамет. Так, будто на самом деле боялся последствий этой сделки. Не за себя боялся. За меня.

Уф-ф-ф!

Я раз за разом прокручивала в голове тот короткий разговор на развилке и не могла прийти к единому решению – как относится ко всему сказанному.

Было понятно, что я ничего ему больше по этой теме не скажу. Но зато… в случае, если Адель подведет, у меня будет запасной вариант. Еще один шанс не дать богине смерти власти над собой.

За всеми эти размышлениями я прослушала речь барона после завершения игры. Не обратила внимания на то, кто вернулся из лабиринта с призами, а кто, как и я, оказался разочарован завершением детской забавы.

Хоть немного очнулась от прострации я только после обеда, который проходил все в той же столовой, что и завтрак. Из омута мыслей меня выдернуло появление Ланы, которая поклонилась вначале хмурому и такому же молчаливому, как и я, Роналду, а уже потом мне.

– Ваша светлость, желаете принять ванну? Ваш наряд для вечера готов.

– Хорошо, спасибо, Лана, – невпопад отозвалась я. И, кажется, дала согласие на ванну.

– Ваша светлость, Друвард просил передать, что ожидает вас в парке, – продолжила обращаться к нам камеристка.

– Да, спасибо, – таким же отсутствующим тоном проговорил герцог. Потом резко развернулся и, не проронив больше ни слова, поспешил обратно.

Я бросила взгляд в его сторону и отвернулась.

Не знаю, чего добивался Роналд вопросом, прозвучавшим в лабиринте, но точно не того, чтобы мы оба после моего ответа окунулись в прострацию.

Расслабляющая горячая ванна и ароматный чай хоть немного исправили настроение перед предстоящим вечером. А потом пришел черед собираться. Герцог так и не вернулся в покои. Не знаю, какие у него тут могут быть с его камердинером дела, и даже не уверена, что сейчас хочу задаваться этим вопросом.

– Я взяла на себя смелость выбрать для вас этот наряд, – смущаясь, обратилась ко мне Лана, указывая на разложенное на постели платье.

«Этот наряд» оказался летящим платьем из ярко-желтого шелка. С тугим корсетом, обнаженными руками и белоснежной вышивкой по подолу.

– А это вам просил передать его светлость, – добавила девушка, когда мы закончили с платьем.

Речь шла о длинной узкой коробке светло-лилового цвета. Она ждала меня на тахте.

– Герцог? – переспросила я, открывая коробку.

Не знаю, что я там ожидала увидеть, но точно не полупрозрачные перчатки. Вытащила одну, развернула и на мгновение залюбовалась мелкой золотой вышивкой, которая шла от запястья до локтя спиралью.

– Да, миледи, – отозвалась Лана, склонив голову. – Взамен тех, что вы оставили у него вместе с моим кинжалом. Герцог передал подарок черед камердинера еще вчера. Вы наденете их? Они отлично подходят к вашему наряду.

С этим я поспорить не могла. Но надеть подарок… это значит показать мужчине, что я стала более благосклонно к нему относиться. Спасибо преподавателю по танцам, он отлично разъяснил мне все эти нюансы и намеки. Намного лучше преподавателя этикета или того хрена, который пытался научить меня музицировать.

– Принеси другие перчатки, – произнесла я, закрывая коробку.

Лана кивнула, шагнула к платяному шкафу и… обернулась.

– Миледи, неужели вам не понравился подарок его светлости?

– Понравился, – не стала я лгать девчонке. – Но мне кажется, что под этот наряд больше подойдут атласные перчатки. Белые.

– Конечно, миледи, – Лана кивнула и выполнила мой приказ.

А я вновь мазнула взглядом по коробке.

Отношения Роналда ко мне изменилось. Я до сих пор помнила то смятение, которое испытала, когда герцог преклонил передо мной колено. Хранила в памяти все разы, когда мужчина мог повести себя грубее. Все изменилось с момента его возвращения. С момента, как отступила алая смерть. И… умерла Мелани.

Я тряхнула головой.

Какую бы игру ни затеял герцог, я не собираюсь следовать его правилам. Принимать его подарки и ухаживания. Мужчина уже не воспринимает меня врагом, это то, чего я добивалась. Большего мне не надо.

Через полчаса я была готова к выходу в свет. Это подтверждало и ростовое зеркало, находящееся на внутренней стороне одной из створок шкафа. Из него на меня смотрела высокая стройная блондинка в ярко-желтом платье. Поднятая корсетом грудь, обнимающая холодом ноги юбка, белоснежные перчатки выше локтя. На шее небольшое ожерелье из белых камней, в ушах серьги из того же комплекта.

Подбив рукой собранные в прическу волосы на затылке, я отвернулась от зеркала и кивнула Лане.

– Все отлично. Спасибо за помощь.

– Конечно, миледи, – камеристка согнулась в поклоне.

– Ты тоже переоденься, – усмехнулась я. – Еще есть время.

Девушка непонимающе нахмурилась.

– У тебя есть наряд, в котором можно выйти в свет, – напомнила я. – Я бы хотела, чтобы ты тоже сегодня повеселилась.

– Но я ваша служанка, миледи, – испуганно отпрянула Лана, – и не имею права…

– И это мой приказ, – я улыбнулась. – Будешь спорить?

– Нет, ваша светлость, – побледнела она. – Я скоро буду готова.

Она еще раз поклонилась и поспешила к себе.

* * *

Где-то в доме барона Акиамы

– Я поздравляю вас еще раз, леди Акиама, – на губах герцога блуждала усмешка победителя.

– Благодарю, милорд, – Тива сидела напротив герцога в небольшом кресле с низкой спинкой.

Они встретились в крошечной гостиной, где их никто не должен был найти. Леди Акиама получила записку о желании герцога поговорить с глазу на глаз после обеда. Она должна была явиться одна.

– О чем вы хотели поговорить?

– О заключении союза, леди Акиама, – прищурившись, проговорил мужчина.

– Тогда вам лучше говорить с моим мужем, – качнула она головой.

– И сколько тогда просуществует этот союз? Месяцев, – он задумчиво мазнул взглядом по животу баронессы. – Восемь?

Тива поджала губы:

– На что вы намекаете, ваша светлость?

– Меня не касаются дела вашей семьи, леди Акиама. Но слухи уже принесли одну весть, которую я не могу игнорировать.

Он вновь слишком выразительно посмотрел на живот Тивы.

Женщина окаменела, пытаясь прочитать по лицу герцога Этьенского, что ему на самом деле известно. Но сколько бы ни старалась, не могла понять, о чем на самом деле думает мужчина.

– Чего вы хотите, ваша светлость? – она задала этот вопрос спокойно, но голос дрогнул.

– Вам не о чем беспокоиться, миледи, – учтиво склонил голову мужчина. – Как уже сказал, я не стану вмешиваться в дела вашей семьи. Вам самой решать, что делать со своим мужем и этим ребенком. От меня никто ничего не узнает, можете быть спокойны.

Роналд и сам-то узнал не так давно. Благодаря Друварду. Это камердинер принес вначале слухи о том, что баронесса слишком много внимания уделяет одному стражнику. Южанину. Довольно смуглому для этих земель. После слухи, блуждающие среди слуг, подтвердились. Слежка была установлена не просто так. Баронесса имела фаворита. И пусть леди Акиама была осторожна, от шпиона герцога не укрылись ни взгляды, ни украдкие касания, ни перешептывания.

Роналд сейчас очень сильно рисковал, предположив, что ребенок Тивы не от мужа. И по реакции баронессы теперь становилось ясно, что риск оказался оправдан. Но герцог сказал правду. Несмотря на то, какую именно роль сыграл барон Акиама в его судьбе, отвечать ударом на удар он не собирался. Не таким способом уж точно. Но и упустить шанс не мог.

– Что вы хотите, ваша светлость? – повторила свой вопрос баронесса.

– Ваши уши и глаза, миледи, – спокойно отозвался мужчина. – Вы вхожи во многие дома королевства. Даже в королевский дворец. Я хочу, чтобы вы подмечали и сообщали мне обо всех деталях, который касаются меня и моей жены.

– Стать вашей шпионкой? – переспросила Тива, покачав головой. – И все?

– Да, все.

– Не слишком ли низкая цена за ту информацию, которой вы якобы владеете?

Тива больше не походила на хрупкую молодую женщину, которой каким-то чудом удалось выйти замуж за барона. О нет, теперь ей не было нужды скрываться за этой маской. И сейчас она смотрела на герцога, просчитывая возможные варианты развития событий.

Он не просто узнал правду. Но и сообщил ей это в открытую. За такое можно было запросить куда больше. Герцог мелочился. Либо же у него не было на руках ничего, кроме слухов, которые можно легко опровергнуть. Либо же…

– Мне незачем портить с вами отношения, леди Акиама, – опять слишком откровенно отозвался Роналд. – Я не представляю, как вы будете выпутываться из сложившейся ситуации. Полагаю, это будет непросто, особенно если все вскроется. Потому не хочу сильно усложнять вам жизнь своей просьбой.

– Вот как? – Тива недоверчиво дернула уголком рта.

– Именно так, – Роналд без особого труда удерживал маску спокойствия. – Что вы скажете?

Она молчала несколько мгновений, взвешивая все варианты на весах морали и здравого рассудка. А потом произнесла:

– Вас интересуют все сведения? Или что-то конкретное?

– Меня интересует то, что может угрожать мне, моей жене и моим людям.

– Я вас поняла, – она встала. Платье тихо зашелестело. – Но, если вы хотите союза, ваша светлость, вам придется предложить мне что-то больше, чем отказ от шантажа.

– И чего же хотите вы? – изогнул бровь Роналд.

Она подбирала слова очень тщательно, взвешивала каждое перед тем, как произнести:

– Однажды я приду к вам за помощью. Этот ребенок родится. И мне нужна будет поддержка кого-то, наделенного властью, чтобы удержать в руках свои земли. Тогда я приду к вам. И вы меня поддержите.

Теперь настал черед Роналда подумать над этими словами. Взвесить риски. И вынести решение.

Мужчина встал:

– Хорошо, леди Акиама. Это более честная сделка. Я даю вам свое слово, что поддержу вас.

– Тогда я рада нашему союзу, ваша светлость, – Тива улыбнулась.

Она шла сюда, опасаясь ловушки. Но сейчас была в выигрыше. И не она одна.

– Я тоже, леди Акиама, – отозвался Роналд. – И буду ждать от вас письма после грядущего приема у четы де Туар.