Глава 52

Не прошло и дня, как Оливия Бруттон прислала мне послание, в котором просила завтра быть во всеоружии: надеть лучшее платье, уложить красиво волосы, вылить на себя флакон духов, подвести глаза было зачёркнуто. Видимо, она сперва написала, потом вспомнила о моей особенности, но переписывать не захотела, а просто перечеркнула, полагая, что слуга не станет это зачитывать. Но было написано главное: завтра в полдень мы едем к наместнику.

Сердце отчего-то ухнуло в живот, а потом вернулось на место, принимаясь за работу. Я выполнила её просьбу, посвятив себе полностью весь день. Томас пропадал в таверне, тратя мои деньги, и я намеревалась натравить на него Рауттена, как только он будет иметь ко мне хоть какое-то отношение. Слишком много вокруг меня собралось тех, кто хотел прибрать к рукам богатство, и не следовало открыто вступать в конфликт.

Отчего-то кажется, не умри Рауна сама по себе, её бы теперь обязательно добили хищники вокруг.

Вечером Томас, изрядно набравшийся драконьего янтаря, появляется на пороге с Мортеном и принимается его сватать. Кажется, у Оливии есть серьёзный конкурент.

Брэйн совершенно не тушуется, наоборот, смотрит на меня влюблёнными глазами, будто понимает, что я могу это видеть, и старается быть обходительным.

Красивый мужчина, которому ничего не светит, и я оставляю их во время ужина за столом вместе с Ольмой, а сама под видом слабости отправляюсь в комнату. Вообще, удобно ссылаться на недуг, в моём мире такое бы не прошло, потому что я – солдат, а здесь женщине позволительно быть слабой.

На следующий день сижу в карете одна. Малайя осталась дома, и она должна контролировать моего брата, которому никак нельзя знать о моих планах. Я же следую к дому Зэйда, где мы встречаемся с Бруттон. Она критически осматривает меня, как только прибываю, кивает сама себе и ведёт в дом.

Ну что ж, игра начинается, первый раунд – сватовство.

- Приветствую вас, Великий наместник, - склоняется в почтительном поклоне сваха. – Привела невесту, - сразу берёт быка за рога.

- Ещё одну? – непонимающе смотрит на неё Зэйд, хмуря брови. – Мне казалось, вопрос решён, дата свадьбы назначена.

- Всплыли кое-какие обстоятельства, - начинает свою сладкую ложь Оливия. – Вы не можете пожениться.

- И почему же? – Рауттен сидит в кресле, которое стоит в большой гостиной, и обстановка напоминает мне приём у императора, если бы, конечно, я на нём хоть бы раз была. Руки Зэйда лежат на подлокотнике кресла с высокой спинкой, обивочный бархат красный, само дерево тёмное и отполированное с изогнутыми ножками и узором с крыльями. Работа искусная и привлекающая внимание, главное не похвалить, я же всё-таки слепа.

- Сидела я дома пила чай в одиночестве и думала, - продолжает сваха. Ну да-да, почти так и было, если упустить момент моего присутствия и деньги, которые повлияли на решение, - и внезапно, - она громко ахает, хлопая себя по лбу, - вспомнила о вашем троюродном дядюшке.

- Ихтольде? – интересуется Зэйд. – А что с ним не так?

- Шикарный мужчина, - тут же хвалит родственника наместника сваха. – Помню вот такой была, - клонится к полу, ладонью показывая рост, - а он бравый, с усищами и бакенбардами шёл по центральной улице в компании солдат и…

- Давайте ближе к теме, не понимаю, какое отношение это имеет к моему вопросу касательно женитьбы.

Его взгляд скользит по мне, и в нём нет никакой заинтересованности, скорее скучающее недовольство.

- В общем, - выставляет руки вперёд Оливия, - ваш дедушка женился на тётушке Пелатеи, ну, вашей нынешней невесты.

- Так, и что? – интонация мне совсем не нравится.

- А то, что вы родственники, а потому никак не можете пожениться, - расплывается Оливия в идиотской улыбке.

Рауттен смотрит на неё какое-то время, изрекая.

- Вы так сияете, дорогая Оливия, будто вас неимоверно радует этот факт.

- Конечно нет, - она понимает, что может всё испортить, потом пускается в подробности каких-то имён, кто кому и как близок по крови, в итоге Зэйд сидит хмурый и задумчивый.

- Вы уверены.

- Абсолютно!

- Тогда вопрос, - закидывает ногу на ногу. – Почему раньше вы не удосужились проследить, КТО КОМУ РОДСТЕННИК? – повышает он голос, и я совершенно не узнаю своего наместника. Того милого и приветливого мужчину. Неужели лис стёр ему не только память, но и доброту в сердце? Хочется развернуться и уйти, но я здесь не для того, чтобы выходить замуж за любимого, а затем, чтобы добыть таль. И я его добуду, чего бы мне это не стоило.